Страница 7 из 23
А я помню, как потом ел макароны, не солёные вообще, с таким выражением, будто наконец понял, что такое жизнь.
— Молодец, — прорычала женщина.
Она принесла сладости — пахлава, лукум, печенье с кунжутом. Подошла к каждому, налила чай.
Всё чётко, без слов, как будто в голове у неё таблица: «кто сколько съел и что о нём подумать».
Мехмет заулыбался ещё шире.
Откинулся на подушку.
— Мне нравится жить в России. Всё хорошо. Работа есть. Стабильно. И рядом… Лариса.
Я подняла глаза.
Он сказал это с такой интонацией, будто я — это главный бонус к жизни в холодной стране.
Он посмотрел на меня, как бы между делом, а я улыбнулась.
Широко.
Почти искренне.
— Ну конечно, — подтвердила я, — Всё как нельзя лучше.
И потянулась за пахлавой.
Внутри меня уже булькало от сахара, усталости и желания достать чемодан, но я держалась.