Будешь моим

Поворачивается ко мне, берёт за руку, притягивает ближе. Его взгляд — тёплый, благодарный.

— Останешься со мной сегодня? — тихо спрашивает.

Улыбаюсь, наклоняюсь и целую его в висок.

— Конечно.

Он обнимает меня, прижимает к себе. Мы сидим так несколько минут — просто дышим в унисон, наслаждаясь тишиной и близостью.

Ваня целует меня неспешно, с чувством, постепенно переходя к шее. Я глажу его руками — по спине, по шее, провожу пальцами по голове. Его кожа тёплая, чуть шероховатая от едва заметной щетины на шее. Слышу его учащённое дыхание, чувствую, как под моими ладонями напрягаются и расслабляются мышцы спины.

Ваня опускает меня на кровать, ложится сверху и смотрит на меня. В полумраке комнаты его глаза кажутся тёмными, почти чёрными, но я всё равно вижу в них тёплый, трепетный огонь. Я сглатываю — воздуха не хватает, сердце колотится так сильно, что, кажется, его удары отдаются в висках.

Снова целуемся — на этот раз глубже, жарче. Его губы настойчивее, но всё так же бережно. Ваня проводит пальцами вдоль моего позвоночника, вызывая волну мурашек, затем запускает руки под одежду и аккуратно снимает её. Движения уверенные, но осторожные — будто он считывает каждое моё движение, каждую эмоцию.

Укладывается между моих ног, гладит грудь, целует — сначала в уголок губ, потом вдоль линии челюсти, к шее. Каждое прикосновение отзывается внутри сладкой дрожью. Мне очень хорошо — так, что перехватывает дыхание.

— Ванечка… — шепчу, задыхаясь. — Вань…

Он останавливается, приподнимается на локтях и смотрит на меня — внимательно, вопросительно.

— Я ведь… у меня никого ещё не было, — наконец произношу я, чувствуя, как щёки заливает румянец.

— Никого? — переспрашивает он, слегка приподнимая бровь. Его голос звучит чуть хрипло, но в нём нет ни капли разочарования — только удивление.

— Никого, — подтверждаю я. — Ты… ты расстроен?

Ваня мягко улыбается, убирает прядь волос с моего лица, проводит большим пальцем по щеке.

— Нет… я счастлив. Значит, я буду первым и единственным?

— Получается, так, — киваю я, всё ещё немного робея.

Он молча перекатывается с меня и ложится рядом.

Смотрю на него, пытаюсь прочесть в лице хоть что-то.

— И что мы будем делать? — тихо спрашиваю я.

— Спать, — отвечает он с тёплой улыбкой.

— Просто спать? — в моём голосе невольно проскальзывает нотка растерянности.

— Мхм, — подтверждает он. — Ты же не хочешь торопить события, я правильно понял?

— Правильно, — киваю, и в груди разливается облегчение пополам с нежностью.

— Ну тогда спокойной ночи, — Ваня слегка сжимает мою руку.

— Спокойной ночи, — отвечаю я едва слышно.

Ложусь к нему на грудь, слышу мерное, спокойное биение его сердца. Он накрывает нас одеялом и целует меня в макушку.

Какой он понимающий, — думаю я, закрывая глаза. — Ванечка — самый лучший. Так тонко почувствовал мою неуверенность и не стал давить. Не попытался убедить или уговорить — просто принял мой выбор.