Страница 6 из 77
И именно в этот момент к делу подключились те, кто обычно выходит, когда всё начинает идти не по плану.
Я почувствовал их раньше, чем увидел.
На дальнем фланге воздух стал плотнее, тяжелее. Два, три, четыре ярких узла силы вспыхнули в чужом построении. Маги Черновых, элита — те, кто до этого стояли где-то в глубине, ожидая, пока чернь и дешёвая магия отработают своё.
Теперь им пришлось выходить вперёд.
Фигуры в более тяжёлых мантиях, с яркими наплечниками, с полированными до зеркального блеска амулетами. С плеч у них тянулись в небо жёсткие, прямые линии силы — как щупальца, которыми они хватались за небо и землю одновременно.
— Ну наконец-то, — выдохнул я. — А то уже скучно.
Воздух вокруг снова зашевелился, подстраиваясь под новую фазу. Город дышал со мной в унисон. И это была всего лишь разминка.
Элитники Черновых вышли так, будто их собирались представлять перед императором: ровным шагом, синхронно, с поднятыми подбородками.
Если бы не поле боя вокруг и не десятки искорёженных всадников позади, можно было бы подумать, что это парад.
Пятеро.
Все в мантиях глубоких оттенков — тёмно-синем, багряном, чёрно-сером. На груди — серебряные или золотые знаки ранга. На плечах — амулеты-крепления для сложных плетений. Один — высокий, седой, с лицом, которое я видел когда-то на собрании или балу, а может в составе делегации. Наглец, учивший нас, «младших», что магия — не игрушка.
— Узнал, — пробормотал я. — Приятная встреча.
Они развернулись полукругом, занимая позицию так, чтобы накрыть меня сектором плотного магического огня.
Потоки силы поднимались от них, как столбы жара над пылающими углями.
— Начали, — услышал я слабый звук их командного жеста.
Первый пошёл — штормовые стрелы.
Такое заклинание — всегда зрелище: воздух вокруг них вспучивается, выступает наружу, формируя винтовые каналы давления. Стрелы вылетают не плавно, а как будто лопаются вперёд — рывком, оставляя позади дрожащие белые хвосты.
Десятки.
Они не просто летели в меня — они искали.
Каждая тянулась к малейшему смещению силы, к любому намёку на движение.
Вслед за ними поднялась каменная буря.
Земля под ногами врагов вспучилась, сорвавшись в десятки крупных кусков породы. Камни вращались, блестя острыми гранями, каждый — размером с голову. Полукруг, красивый, как учебник по боевой магии.
И последним — сжигающий луч.
Белый, почти без цвета, настолько плотный, что казался сухим.
Луч такого уровня не оставляет ожог — он выжигает структуру материи.
В лоб принимать это было бы идиотизмом.
Даже для человека, который пережил встречи с более опасными существами, потому и пережил, что головой думал.
Я щёлкнул пальцами.
Воздух возле меня мгновенно разорвался вихрями — тонкими, чёткими, как вращающиеся лезвия. Штормовые стрелы влетали в них и сталкивались друг с другом, сбивая собственные траектории. Две ушли вверх, три — вниз, одна взорвалась так близко от мага справа, что тот инстинктивно дёрнулся.
Каменную бурю я просто разделил.
Поднял ладонь — и провёл вертикальный срез.
Воздух перед ладонью уплотнился, собрался, как стекло, и прошёл через бурю от края до края.
Все камни, попавшие в разрез, взорвались пылью, как будто их перемололи в муку.
Пыль упала чуть позже, рассыпавшись на оседающие струи.
Сжигающий луч…
Вот этот был опасен.
Он рвал пространство перед собой, оставляя после себя дрожащую дорожку. Я чувствовал, как он давит на купол, пробуя защиту, как бесцеремонный вор пытается сгибать дверную ручку.
Я собрал воздух в ладонь — плотный, горячий, скомканный — и подбросил его вверх, под углом.
Луч ударил в мою «площадку», отскочил, изменил траекторию…
И вернулся туда, откуда пришёл.