Страница 33 из 77
По мере приближения к воротам шум становился привычнее: голоса, стук, лай собак, звон железа. Жизнь, которая продолжалась здесь, как будто где-то в сорока километрах не лежит целый лагерь мёртвых.
В этом всегда было что-то неправильное и правильное одновременно.
Перед воротами я замедлил шаг.
Не потому что не мог идти дальше — просто рефлекторно: нужно было собрать остатки мыслей в кучку перед тем, как снова надеваешь маску «лидера».
И в этот момент, краем зрения, я увидел движение у леска, чуть в стороне от дороги.
Тень.
Силуэт.
И — на долю секунды — вспышка ярко-синих глаз.
Таких, которые я уже видел недавно.
Таких, от которых кожа помнит странный холод.
Я остановился, всматриваясь в густую зелень.
Там — ничего.
Только ветви, немного игривый ветер, играющий с листвой. Ни ауры, ни явного магического следа. Пусто.
Я фыркнул.
— От усталости ещё и мерещиться начнёт… прекрасно, — пробормотал я вполголоса.
Стражники на воротах, кажется, решили, что это не им адресовано, и сделали вид, что ничего не слышали.
Я подтянул плащ, поправил ремень с клинком и прошёл внутрь.
Город выдохнул мне навстречу.
А я, наконец, позволил себе вдохнуть поглубже.
Штаб после Ростова жил как после пожара: стены целы, люди на местах, даже порядок какой-то есть — но воздух всё равно пахнет гарью и усталостью. Я сидел за столом, пытался заставить себя читать доклады, а мысли снова и снова цеплялись за одно и то же: слишком быстро всё разгоняется. Вчера — царь. Сегодня — Чернов. Завтра, кажется, сама земля начнёт требовать отчёта.
Дверь распахнулась без стука. Не потому что хамство — потому что так входят, когда речь не о «можно», а о «сейчас».
— Доклад с внешнего кольца, — сказал связной, и по голосу было понятно: он бы предпочёл принести плохую новость о налогах, чем то, что сейчас скажет. — Дозор с юго-востока. Они… видят движение.
— Чернов? — спросил кто-то из офицеров, ещё до того как я поднял взгляд.
Парень сглотнул.
— Не похоже.
И вот это уже стало интересно. Черновы были слишком привычной бедой: грязной, наглой, человеческой. С ними всё понятно — жадность, власть, страх, интриги. А «не похоже» в нашем мире обычно означало «потом будешь жалеть, что спросил».
— Говори нормально, — сказал Илья. Он стоял у карты, но руку не опускал, будто уже готов был схватить карандаш и вычертить новую линию обороны.
— К городу движется армия. — Связной вытянулся, как на построении. — Не людская. Фигуры крупные. Идут плотными рядами. Рост… выше человека на голову, а у некоторых — на две. Мускулатура… как у быков. Оружие — тяжёлое. Палки, топоры, что-то похожее на кривые клинки. Шлемы грубые, но однотипные. На дистанции лица не разобрали, но… силуэты звериные.
В комнате повисла тишина. Такая, когда никто не хочет первым сказать вслух то, что уже подумал.
— Мутанты? — выдавил один из младших командиров.
— Иные? — пробросил другой. — Или… из тех миров?
— Наёмники? — осторожно спросила Марина. — Чернов мог…
Я поднял ладонь, и голоса стихли.
Связной продолжил, уже тише:
— И ещё… они давят. Это сложно объяснить. Дозор говорит, что давление чувствуется даже когда их не видно. Как будто воздух становится тяжелее. Лошади нервничают. Птицы уходят. Собаки во дворах воют.
Я медленно выдохнул. Давление… да. Я знал это ощущение. Оно не магическое в привычном смысле, не «сильный маг рядом», а что-то более примитивное и честное: сила стаи. Сила тысячи тел, которые согласились в одном — идти вперёд и ломать всё на пути.
Офицеры зашевелились, заговорили одновременно.
— Это не Черновы, точно.
— Может, это вообще не из Империи
— А если это… те? Сказочные? Орки?
— Сказки сказками, но вот тебе войско под боком. Да и есть нечто подобное в одном из соседних миров.
Илья уже тянулся к карте.
— Если они выйдут к полям, у нас будет полдня, максимум. Южные укрепления выдержат, купол…
— Купол выдержит, — сказал я, и голос прозвучал спокойнее, чем я ожидал. Не потому что я был храбрее всех. Потому что устал паниковать. — Вопрос не в этом.
Марина посмотрела на меня внимательнее.
— Ты же видел таких, помнишь я просила помочь с конфликтом?
Я кивнул, не отводя взгляд от стола, будто на дереве могли проявиться силуэты вражеских колонн.