Страница 70 из 107
— Ты так и не хочешь рассказать, что случилось? — когда я разобралась с заказом. — Это из-за того мужчины ты расстроилась? Не мое дело, конечно, но..
— Ты прав, не твое. Однако.. — я решила, что не хочу выглядеть жалкой. Поэтому лучше объясниться. — Это был мой бывший парень — Андрей. Мы встречались в университете. А потом.. Вмешалась его мама. Я этой даме не нравилась. А Андрей.. Он не хотел с ней ссориться. Недавно Андрей женился. И нет, я давно по нему не страдаю. Просто.. Я была, мягко скажем, не при параде, а он с женой. Мне хотелось..
— Показать, что всё отлично, — закончил мысль корреспондент. — Понимаю.
— Неужели?
— О, да. Как-то я возвращался с задания за городом. Меня подвезли на развалюхе до редакции. Выхожу из нее, костюм заляпан грязью. А на тротуаре стоит бывшая невеста с новым ухажером. Неприятно получилось.
— Да уж.. — протянула я, округляя глаза. — Сочувствую.
— Спасибо, — Хантер грустно улыбнулся. И тут же продолжил интервью: — Значит, университетского ухажера зовут Андрей.
— Да.
— А кто такой Макс? Его упоминала твоя матушка.
Я чуть зубами не заскрежетала.
— Какой ты..
— Наблюдательный?
— Можно и так сказать, — смягчила я действительность.
— Мне показалось, что вы с сестрой пытались поделить одного кавалера.
— Не совсем так, — пробурчала я. — Наши с Максом семьи хотели породниться. Ты же знаешь, как это бывает. Деньги к деньгам. Родители договорились еще при жизни моего отца, что поженят нас с Максом. А он в итоге решил, что моя сестра его устроит больше. И договор не нарушил, и жену выбрал более удобную. И не смотри сочувственно. Ситуация не очень приятная. Все ведь знали, что мы вроде как помолвлены. Но я и облегчение испытала. Мне этот брак не был особенно нужен. Вот. Теперь ты знаешь, как обстоят дела.
— Если хочешь, я пойду с тобой на прием. В качестве пары или просто моральной поддержки.
— На прием? Какой прием?
— На тот, который устраивают твои родственники, чтобы твоя фотография появилась в газетах.
— Черти.. — простонала я, обхватив голову руками. Я совсем забыла о маменькиной затее.
А ведь идти придется. Она не отстанет. Может, правда, взять Хантера с собой? Убью сразу двух зайцев. Во-первых, корреспондент меня подстрахует. Он это умеет. Во-вторых, мама взбесится, а это неплохо. Впрочем, идея была безумная.
— Тебе нельзя со мной. Нет-нет, я тебя не стесняюсь. Но на презентации будут журналисты. И фотографы. Ты попадешь в газеты вместе со мной. И дотошные.. Прости, любопытные корреспонденты попытаются выяснить, что за фрукт разгуливает с наследницей-неудачницей семейства Грушевских. А тебя не существуют. Ни к чем привлекать внимание, в общем.
— Пожалуй, ты права, — согласился Хантер. — У моего попадания на страницы газет могут быть последствия, — он немного помолчал и спросил: — Значит, дело не в бывших ухажерах. И не в приеме. Но что же тебя огорчило, Амелия? Я ведь каждую минуту был с тобой и ничего странного не заметил. Хотя я, правда, дотошный.
Я на мгновение закусила губу, раздумывая, стоит ли признаваться. А потом решила, что нечестно утаивать от Хантера магические странности.
— Не хочу давать тебе ложную надежду, но.. — я запнулась.
— У тебя появились идеи, как вернуть меня назад?
— Не совсем. Я кое-что видела. Недоступное остальным. Дважды.
И я рассказала о нитях на веранде и отражении дома Итона в стекле. Хантер, как я и опасалась, оживился.
— Значит, шанс вернуться есть! Нужно идти к веранде и, если нити снова появятся, потянуть!
— Прямо сейчас? — я сделала большие глаза. — И проторчать там весь вечер и ночь?
— Нет, конечно, ночь торчать не нужно, — проговорил Хантер с улыбкой. — Но завтра следует снова туда наведаться.
— Мне могло показаться.
— Или нет. Ты же дочь Серафима. Он путешествовал по мирам. Значит, и у тебя..
— Я не дочь Серафима! — перебила сердито. — А просто.. потомок.
— В каком колене? — не удержался от любопытства корреспондент.
— Я — его внучка. У Серафима был роман в моей бабушкой. И в этом мире родился еще один Серафим. Правда, не обладающий магией.
Я тяжко вздохнула и поведала то, что слышала от Габриэля. Может, и не стоило. Но чутье подсказывала, что Хантеру можно доверять. Да и не тот он человек, который побежит рассказывать мою тайну семейству Моро. Особенно, если учесть его отношение к советнику мэра.
— В общем, сработало имя. Хвостатый.. в смысле, Нельсон.. Он желал перенести дочь Серафима. Бабушка изменила папино имя для окружающих. Но для магического мира оно осталось прежним. Так что я и дочь, и внучка Серафимов.
— Как интересно, — пробормотал Хантер. — Значит, отец не унаследовал способностей Серафима, а ты получили дар через поколение. И похоже, единственная из трех детей. Как причудливо работает магия.
— Я бы предпочла обойтись без этих причуд, — усмехнулась горько. — Жила бы себе и жила спокойно. В родном мире.
— Кто знает, кто знает, — улыбка так и не сходила с лица корреспондента. — Быть может, твое появление изменило некоторые события к лучшему. Разве ты ни на что не повлияла?
— Хм.. — я задумалась. — В ночь моего появления на дом Моро напали. Это я перенесла Итона. По сути спасла. Хотя всё вышло само собой.
— Но, получается, без тебя бы Итон погиб.
— Верно. Вот только мы не знаем, жив ли он сейчас. Костяшка не устроила бы сумасшествие на приеме, если бы не злилась на меня.
— Тоже верно. Хотя Итон всё равно бы на ней не женился. Леди Кларисса определенно была девушкой для развлечений, а не для создания семьи. У Моро-младшего появилась бы официальная невеста, а любовница в лучшем случает осталась просто любовницей. И учитывая ее характер, устроила бы что-то мерзкое.
— Пожалуй, — пробормотала я и тоже улыбнулась. Благодарно.
Мне всё больше нравился Хантер. С ним было легко. Он не нервничал по поводу и без оного, рассуждал здраво, предлагал помощь. Приятно, когда рядом такой мужчина. Жаль, что Итон другой. Мне было бы гораздо легче смириться с ролью невесты.
В дверь позвонили.
— Наш ужин, — оповестила я и пошла принимать пиццу.
* * *
Трапеза прошла преимущественно в молчании. Хантер оценил еду нашего мира. Правда, не поверил, что пиццу можно есть руками. Особенно, когда я взялась за вилку и нож.
— Каждому свое, — поведала я. И велела: — Только не смейся. Я сначала отрезаю и съедаю корочку, а потом всё остальное. Так вкуснее.