Страница 8 из 77
— Если убьют всех, то кто города-то возродит?
Старик пожал плечами:
— Через месяц после их ухода люди начинают приходить. Может, умеют прятаться. А может, такие же чужаки, как ты.
— И вы не уходите?
— Твари меня не трогают, — спокойно сказал он. — Просто игнорируют. И я каждый раз вижу, как гибнут десятки тысяч родных душ. — его взгляд стал тяжелее.
— Никто не пытался дать им отпор? — спросил я, глядя старику прямо в глаза.
Он усмехнулся без радости.
— Пытались. Я пытался. Создавал армию, строил укрепления, разрабатывал военные технологии. Но каждый раз люди всё равно гибли. Такое ощущение, что число этих тварей бесконечно.
— А если напасть первыми? На спящих, пока они не могут сопротивляться?
Старик покачал головой.
— Я искал их логово. Долго искал. Но так и не нашёл.
Я прищурился. Ситуация становилась всё интереснее. Либо старик действительно бредит, зациклившись на несуществующей угрозе… либо здесь происходит что-то, с чем мне ещё не доводилось сталкиваться.
И чем больше он говорил, тем сильнее я склонялся ко второму варианту.
— Сколько осталось до нашествия? — спросил я.
— Примерно неделя, — ответил старик спокойно, будто речь шла о смене времени года.
Решил проверить всё сам. Купил запас провизии, пару бурдюков с водой и кое-какой инструмент. Транспорта здесь не было, но удалось найти что-то вроде местной лошади — массивное, широкогругое животное, ленивое, но всё же лучше, чем идти пешком.
Двое суток пути — и впереди показался новый город. Люди там жили точно так же спокойно и благополучно, как и в первом. Но самое интересное — на центральной площади сидел всё тот же старик. Или его точная копия.
Я подошёл ближе.
— Приветствую.
Старик поднял взгляд и кивнул.
— Почему вернулся? До нашествия осталось совсем немного. Беги, прячься. Скрул не знают жалости.
— А как вы так быстро сюда добрались? — спросил я, присматриваясь к нему.
Он нахмурился.
— Я? Я Никуда не уходил.
Я на миг застыл, переваривая сказанное.
Либо этот дед меня нагло дурачит, либо я вообще не понимаю, что здесь творится.
И ведь играет он свою роль без единой фальши — Станиславский бы сказал «верю».
А может, он действительно говорит правду?
Или я каким-то образом просто сделал круг и вернулся в тот же самый город?
Придётся проверять.
Я выбрал тихое, безлюдное место у стены, вырезал в камне небольшую метку и отправился обратно по тому же маршруту. Если я и правда заблудился, то всё в порядке — только в моём случае это слово уже давно звучит странно.
Если же окажется, что я попал в какой-то замкнутый круг… значит, я начинаю сходить с ума.
Хотя, по словам этого странного старика, в этом мире «хорошо» закончилось уже очень давно.
Ещё два дня в седле — и я снова у первого города.
Метка, которую я оставлял, исчезла. Вернее, её здесь никогда и не было. Значит, это другой город, а не просто круг, который я намотал по глупости.
И да, на площади опять сидел старик.
Что это значит? Да чёрт его знает. Кроме одного: до нашествия тварей осталось всего трое суток.
Четыре дня вылетели в пустоту, и теперь времени почти не осталось.
Неужели этому миру снова суждено погибнуть?
В глубине души всё ещё теплилась надежда, что старик просто бредит… но с каждой новой встречей она становилась всё слабее.
Я оставил у города новую метку и пошёл в противоположную сторону.
На мой вопрос, откуда именно приходят монстры, старик только неопределённо махнул рукой — направление можно было описать одним словом: отовсюду. Отлично…
Два дня пути — и впереди снова город. Метки нет, значит, это уже третий.
Сколько же их вообще?
Честно говоря, я немного побаивался идти на площадь, но всё же пошёл.
И — как и ожидал — старик сидел на том же месте. Город был такой же, словно его построили по одному и тому же чертежу: те же дома, улицы, даже запахи.
Я так ничего и не сумел выяснить, ни одной зацепки, ни единого ответа.
А до «дня Х» оставались сутки.
Вариантов немного: встать на защиту города и сдохнуть или убежать и… тоже сдохнуть.
Перспективы — так себе.
И всё же я цеплялся за мысль, что, возможно, где-то тут есть шанс спастись. Пусть даже он пока выглядит как призрак.
На следующий день энергетический фон изменился. Он стал плотнее, тяжелее, словно воздух начал давить на плечи невидимой плитой. Люди вокруг этого не замечали — продолжали свою размеренную жизнь, как будто ничего не происходило.
Я вышел за пределы города, чтобы хотя бы иметь пространство для манёвра, если придётся драться или отступать.
Ровно в полдень поднялся гул, к которому быстро добавилась дрожь земли — такая, что казалось, сама планета ускорила движение своих плит, пытаясь убежать от чего-то опасного. Минут через тридцать мне самому захотелось бежать вслед за этой метафорической планетой.
Горизонт заволокла тёмная волна, несущаяся прямо к городу.
Хорошая новость была одна: она шла не со всех сторон, а из одного направления. Плохая — тварей было не просто много, их было бесчисленное множество.
Я глубоко вздохнул, признавая, что старик всё это время говорил правду… либо я окончательно свихнулся и наблюдаю свой собственный бред. Честно говоря, на второе я сейчас очень надеялся.
Щиты активировались автоматически. Параллельно я начал формировать заклинания. Мои любимые — огненный вихрь и воздушный вихрь. В тандеме они могли разнести в пыль целую армию, и, похоже, пришло время проверить, смогут ли они сделать то же самое с этой ордой.
Орда накатывала, словно лавина из плоти и когтей. Мой вихрь успел выжечь приличный кусок переднего фронта, но радость была недолгой — пустое пространство мгновенно заполнилось новыми рядами. Я едва успел отойти в сторону, как первый десяток уже рвался ко мне.
Клинок сам ложился в руку. Раз за разом я перехватывал удары, скользил в сторону, бил по шее, по суставам, по глазам — и каждый раз на место убитого вставали двое. Попробовал снова ударить магией — либо сбивало плетение, либо энергия уходила в пустоту.
Пришлось экономить силы и сосредоточиться на выживании. Даже в таком насыщенном магией мире, где воздух будто звенел от энергии, большие заклинания выжигали резерв быстрее, чем он успевал пополняться. Не хотелось сдохнуть в шаге от финала просто потому, что выложился на старте, пытаясь впечатлить толпу монстров.