Страница 27 из 113
Выглядела она восхитительно, будто и не карабкалась два часа назад на отвесную стену на скалодроме. Словно горная козочка, легко находила уступы, цеплялась за едва заметные бугорки, подтягивалась на страховочном тросе и перепрыгивала то выше, то ниже.
Натужно пыхтя, я старался повторить, но выходило плохо. Сердце колотилась о ребра, не давая глубоко вдохнуть. Каждая мышца тряслась от напряжения. В какой-то момент сорвался и унизительно повис, как свинья на веревочке. Конечно, сошел с дистанции под хихиканье Яниных друзей. Поджарый, гибкий, как ягуар Пашка хлопнул по спине: «Норм, дядь, лет через пять будешь, как мы». И заржал, будто конь. Сволочь.
— С тобой я, с тобой, моя любовь, — растянул я в улыбке рот.
Но в голове так и прокручивались кадры из переговорной. Анна, бумаги, волосы, снятые с головы… И деньги! Просто куча денег, которые я по своей глупости сам лично отдал ей в руки! Скрипнул зубами, пережевывая мясо. От усталости и нервов не почувствовал вкуса.
Через час оказались в номере. Но радости я уже не ощущал. Прислушивался к шороху в ванной, куда загадочно улыбаясь, удалилась Яна. Пытался унять сердце, которое будто взбесилось.
— Пришло время десерта, дорогой, — Яна распахнула халатик.
Сердце глухо ударилось о грудную клетку. Словно попросилось наружу. Я притянул Яну к себе, скользнул пальцами по ее шее, отводя назад волосы. Зажмурился, чтобы не вспоминать, как ужасно выглядит без волос Анна.
Огромная кровать приняла наши тела. Я впивался в Янины губы, грубо ласкал грудь, замирая на секунду от спазма, который нет-нет да и прошивал слева. Я снова почувствовал себя на отвесной стене. Каждое движение требовало титанического усилия.
И вдруг в самый пик, когда до взрыва оставалось совсем чуть-чуть, леденящий кулак сжал сердце. Выбил из груди воздух, заставив ловить его как выброшенная на сушу рыба. В ушах загудело, навалился черный липкий ужас и боль. Всепоглощающая боль.
— Ваня! — сквозь туман я увидел испуганное лицо Яны. — Ваня, что с тобой?!