Свидание со смертью

Я поморгала на брелок, затем на свой автомобиль, заглядывая в салон, чтобы убедиться, что это действительно мой желтый «Жук». И точно — вот он, мой огромный шелковый подсолнух, радостно улыбающийся из встроенной в приборную панель вазочки. А рядом на переднем пассажирском сиденье бесполезно валялась куртка, которую я поленилась прихватить с собой на работу, потому что зачем думать наперед? Раньше-то это мне сильно помогло, ага?

Не тогда же, когда я согласилась пойти на свидание с Питером чертовым Уинстоном в тот день, когда он вызвался помочь мне с книгомобилем только для того, чтобы позвать меня куда-нибудь. И уж точно не тогда, когда я сама предложила пойти на первое свидание на хэллоуинскую вечеринку в костюмах радуги и гребаного лучика солнца — просто чтобы Дейл меня бортанул и пошел тереться о какую-то девку в гольфах до колен, с карандашом в пучке и фальшивым бейджиком заведующей филиалом с идиотским именем «Пейдж Тернер». Какая-то безмозглая позерка, которая, пожалуй, отродясь не читала Шекспира, понятия не имеет, кто такой Китс, думает, что Хемингуэй — это просто порода кошек, и не представляет, насколько ужасно тяжелый и отвратительный день был у бедняги Александра!

— Аргх! — взревела я на собственную машину, от души врезав переднему колесу пинка, который, впрочем, как и все остальные мои попытки найти мужчину, не похожего на ходячий совок для дерьма, не принес абсолютно никакого толка.

И неужели именно поэтому у меня замирало сердце от буквального скелета? Потому что, пока все остальные завидные холостяки палец о палец не ударили, чтобы не заглядываться на каждую встречную-поперечную в моем поле зрения, он действительно придержал для меня дверь?

И если уж вдаваться в технические детали, то из всех вообще-то именно Жнец звонил мне.

Может, в его планах на жизнь и значилось в какой-то момент прикончить меня так же, как того белокурого безымянного парня, но по крайней мере он хотя бы звонил.

Планка стандартов для свиданий. Она ведь действительно лежала на дне ада, да? Настолько убого низко, что меня потянуло на (и, пожалуй, я даже немного расстроилась из-за отсутствия перспектив телефонного секса) Саму. Смерть.

— Невероятно, — прорычала я, втыкая явно мертвый ключ в замочную скважину, чтобы открыть дверь вручную. Но и это не сработало. — Да вы издеваетесь, — добавила я сквозь стучащие зубы, хотя к этому моменту уже трудно было сказать, злюсь ли я на машину, на Питера или на свое возможно скорый отход в мир иной.

Тяжело вздохнув, я окинула взглядом парковку в поисках кого-нибудь из сотрудников, кто еще не уехал.

Мимо пронесся очередной леденящий порыв ветра, заставляя сухие листья задорно шуршать по асфальту практически опустевшей стоянки.

Машины Клео и след простыл — и, учитывая все обстоятельства, мне было трудно этому не радоваться. Мне определенно не нужны были подробности о ней и Питере, помимо тех, что она уже выболтала и которые и без того породили в моей голове целую армию резвящихся мозговых гоблинов. Счастливого гребаного Хэллоуина.

Пикапа Бена на парковке тоже не было, как и вольво Питера — не то чтобы я стала бы строчить ему смски, даже если бы он работал в ночную смену. На данном этапе я бы скорее попросила подвезти Майкла гребаного Майерса⁴.

И все же я вытащила из сумочки телефон. Потому что выбор, судя по всему, сводился к вызову дорожной помощи или Uber. Что из этого мне действительно было нужно?

Ответ пришел сам собой — по крайней мере частично, — когда моя машина завелась.

— Чего?

Моргая от удивления, я отпрянула от автомобиля, который громко взревел, словно кто-то жал на газ, хотя на водительском сиденье — да и ни на каком другом — никого не было.

Машина резко дернулась вперед, отчего я с испугом отскочила назад.

О боже. Это снова повторялось. Только на этот раз вместо того, чтобы свалиться с балкона или лететь вниз по шахте лифта, меня собирался сбить собственный, украшенный подсолнухом желтый Volkswagen Beetle.

Перекинув ремешок тыквенной сумочки через плечо, я бросилась бежать к зданию, крепко сжимая в одной руке ключи от входной двери, а в другой — телефон.

Если я вернусь внутрь здания, сработает сигнализация и приедет полиция. Я смогу переждать внутри, пока…

Сдавив горло испуганным вдохом, я споткнулась и замерла у ступеней, ведущих к главному входу.

Облаченный в тот же безупречный черный костюм, теперь дополненный сюртуком в тон, прямо по центру широкой лестницы стоял мужчина. Его синие глаза излучали леденящий взгляд, а бело-русые волосы развевались на ветру.

Этот мужчина — тот, кто должен был быть мертв, тот, чью смерть я видела собственными глазами — уставился прямо на меня, а уголок его рта кривила едва заметная недоброжелательная усмешка.

Все предостережения Жнеца разом всплыли в моей памяти, обретая куда больший смысл, чем раньше, ведь он наверняка знал, что этот человек вернется.

Однако блондинчик уже заметил меня, и с той ухмылкой, что застыла на его губах, «вступать в контакт» с ним было последним, чего мне хотелось.

Прячься, говорил мне Жнец.

Но что делать, если прятаться было негде?

Особенно когда моя собственная машина со слепяще-сияющими фарами неслась прямо на меня.