Свидание со смертью

Столько времени я винил себя за то, что оставил Финеаса. Но в Черном Бассейне Хелена четко указала на то, что альтернатива, единственный другой вариант, все равно привела бы к тому, что нас с племянником разлучили бы.

У меня не было выбора. Тот, который я сделал… Для меня он был единственно возможным.

Я мог сожалеть о последствиях, но не о самом выборе.

Хелена показала мне это.

— То, как Смерть обрел свою роль, не имеет значения, — произнес сэр Белый, поднимая на меня ладонь с серебряными когтями. — Немногим важно лишь то, что он нарушил эту клятву. Мы пришли к согласию, и наше решение принято. Ренвик Локли, ты ныне и навсегда лишаешься своего титула, своей роли, своей косы и своего места здесь, в Священных Чертогах.

Один за другим сэр Синий, леди Красная и леди Зеленая тоже подняли ладони, направляя их на меня, и в их руках закрутилась цветная дымка — энергия крепла, разгоралась, наливаясь силой.

— Нет! — закричала Хелена, бросаясь ко мне и обвивая руками, словно это могло остановить удар или спасти меня от лучей, ударивших со всех сторон.

Где-то снова закаркал Плуто, и его панические крики эхом разнеслись поверх внезапного гула в моих ушах, когда четыре потока энергии — белый, красный, синий и зеленый — вонзились в меня, пронеслись насквозь и разом выплеснулись наружу. Мощная волна силы сорвала с меня мантию, плащ, капюшон, косу и костлявую оболочку, оставив меня стоять посреди зала в моем человеческом обличье — в ботинках, рваных джинсах, кожаной куртке и футболке.

Немногие тут же перевели прицел своих рук и этой энергии на Седрика, который приветствовал вспышку с распростертыми объятиями.

Стиснув зубы, я с ненавистью уставился на него, пока мои бывшие одежды обвивали его тело, а ткань и дымка танцевали под раскаты зеленеющей энергии его колдовской магии, укутывая его со всех сторон.

Он ухмыльнулся, а затем мрачно рассмеялся, когда моя коса материализовалась в его руках в тот самый момент, когда он — точно так же, как я делал это бесчисленное количество раз до него, — призвал орудие-оружие из эфира. Его смех нарастал по громкости, в то время как окутывающий его дым с зеленоватым отливом, трепещущие рваные одежды и колеблющаяся фигура метались между человеческим обличьем и новой костлявой ипостасью.

Хелена испуганно всхлипнула, прильнув ко мне. Повернувшись к ней, я притянул ее ближе, заключая в объятия. Я крепко прижал ее к себе, слишком отчетливо понимая, что мы находимся в считанных мгновениях от того, чтобы — так или иначе, а может, и вовсе всеми возможными способами — быть разлученными навсегда.

Седрик раскатисто хохотал, дым его собственной сущности поднимался и вился вокруг него, сплетаясь с люминесцентной, фосфоресцирующей ядовито-зеленой магией, которая освещала его ставшее наполовину человеческим, наполовину скелетным тело, превращая в ужасающую фигуру с еще большей мощью, чем та, которой когда-либо обладал я.

Пока он упивался своей победой и этим актом возмездия — первым из многих, которые ему теперь предстояло совершить и затребовать, — фигуры Немногих сжались в цветные сферы. Одна за другой они устремились назад, к своим Бассейнам, погружаясь в воды и исчезая.

Но куда они направлялись?

Это был глупый вопрос.

Они возвращались в свои владения.

Потому что их работа здесь была закончена.

Мое наказание? Судьба Хелены?

Похоже, Немногие сочли за благо оставить эти вопросы в «высокопрофессиональных» руках новоиспеченного Смерти этого мира.

Настоящего напыщенного психопата.