Страница 40 из 119
— Потому что здесь опасно! Ну же, не стой, как пень! Часть твоего мира (или даже не часть) погибла! Так же, как и две трети моего мира! Ты ничего не понял о Стене. И о том, почему она понадобилась. Там было страшно. Неудивительно, что Лихо.. Мой брат Винсент.. оказался сломан. Во всех смыслах. Он был военным и попал именно туда — к Стене. Там многие полегли. Я сама была еще подростком. Смотрела новости и не могла поверить, что всё это по-настоящему. Катастрофа началась с красных и синих всполохов в небе. Та же история! Я всё объясню. Только не здесь. Поговорим в замке. Нам нельзя задерживаться. Я знаю, о чем говорю. Пожалуйста, просто поверь!
Я опасалась, что принц снова начнет упрямиться. Но что-то в моих словах, голосе, выражении лица (или всё сразу) заставило его подчиниться. Он сосредоточенно кивнул и пошел за мной к выходу. А я так шустро перебирала ногами, будто за мной гнались. Впрочем, я не была уверена, что все не кончится именно этим. Погоней за нами. Начала подозревать, что слежка из покрытых разводами окон мне не мерещилась.
— Рассказывай, что всё это значит, — потребовал принц, едва мы покинули здание мэрии и зашагали в обратном направлении по всё той же пыльной дороге, теперь казавшейся раза в два длиннее.
Но я сердито мотнула головой.
— Лучше не разговаривать.
— Почему?
— Чтобы никто не услышал.
Принц вытаращил глаза и проговорил, невольно понизив голос:
— Мы тут одни.
— Скорее всего, нет. Поэтому стоит пока помолчать и не привлекать внимание, если нас еще не заметили.
Не знаю, напугала я его, или же он решил не провоцировать «сумасшедшую меня», но следующие минут двадцать не произнес ни слова. Мы просто шли. Довольно быстрым шагом, но и не бежали. Мне очень хотелось припуститься, но я понимала, что это будет ошибкой. Во-первых, мы рискуем кого-то спровоцировать беготней. Во-вторых, сил израсходуется много, а потом может не хватить. Это как в забеге на длинную дистанцию. Важно рассчитать силы до финиша, чтобы не задохнуться по дороге.
Снова преследовало ощущение, что за нами наблюдают, а вредная память рисовала картины из прошлого, как я сижу подростком перед телевизором и смотрю новости. Поначалу никому не было страшно. Ученые выдвигали разные гипотезы появлению в небе красных и синих свечений в нескольких точках мира. Люди обсуждали это в сети и в реальной жизни. Разве что всякие странные личности, вроде экстрасенсов или маргиналов, прогнозировали конец света. Но от них отмахивались. Мы жили в эпоху открытий. Большинству людей казалось, что предстоит одно из них. И это открытие точно не грозит катастрофой.
А потом жителей мест, где случались свечения, начали мучить головные боли, и правительствам стран пришлось объявлять карантины то тут, то там. А дальше.. Дальше стали исчезать звезды. Не повсеместно. Но часть мира (а это были пять стран), где на тот момент не было зафиксировано ни одной странности, приняли непростое решение..
— Ты это слышишь, лапуль?
— Что? — я так глубоко погрузилась в воспоминания (работали только ноги), что не обратила внимание на тихий свист.
— Будто кто-то кого-то призывает, — добавил принц. Страха в его голосе не прозвучало. Только тревога.
— Главное, не останавливайся, — шепнула я и чуть ускорила шаг. Переходить на бег, по-прежнему, считала ошибкой. Не сомневалась, стоит броситься наутек, это будет началом конца. Для нас обоих.
Увы, предосторожность не помогла.
ЭТО случилось, когда до Жемчужины Ронды оставалось метров двести.
Они появились одновременно. Со всех сторон разом.
Странные серые существа, похожие на людей, но без лиц. Казалось, тела обтянуты комбинезонами из латекса, а на головы надеты маски, похожие на те, что используют фехтовальщики. Но нет, то были вовсе не маски. И не комбинезоны.
— Это еще кто? — возмутился принц.
Мы резко остановились, и он закрутился на месте в попытке оценить размер катастрофы. Существа двигались на нас. Неторопливо, но не оставляя шанса на побег.
— Те, кто остался, когда другие рассыпались в прах, — ответила я негромко.
— Что им нужно? — задал он новый вопрос, почти не разжимая губ.
— Уничтожить нас или превратить в себе подобных. Так и будет, если они нас коснутся. Шансы пятьдесят на пятьдесят. В смысле — прах или уродец.
— Пытаешься сказать, что это по любому конец, лапуль? — он яростным движением выставил ладонь вперед. — Но я не собираюсь сдаваться без боя.
Да, он не собирался. Намеревался сразиться с серыми существами при помощи голубых лучей, которыми уже не раз пользовался при мне. Но не вышло. Они вырвались, но тут же погасли. Не увенчалась успехом и вторая попытка. Будто кто-то или что-то блокировала способности принца.
— А ну, отойдите! Хуже будет!
Нет, эту глупость сказал не мой спутник. А я сама.
Слова просто вырвались.
Или это была не совсем глупость, ибо пальцы нащупали вновь проявившую цепочку на шее. Кажется, она становилась видимой и осязаемой исключительно в моменты, когда была необходима. Так случилось возле круглой комнаты, когда мы не попали в оборот, или в садике Сивиллы, где меня намеревались прикончить. Вот и сейчас цепочка с кулоном отделилась от кожи, ведь мне грозила смертельная опасность. Вот только..
Только я не забыла, что случилось с охранниками в моем мире.
Нет, серых существ мне будет ни капельки не жаль. Но рядом стоит принц..
Увы, противники, от вида которых в жилах стыла кровь, сильнее сжимали кольцо вокруг нас. Они ничего не говорили, не издавали ни единого звука, просто двигались вперед.
— Не подходите! — приказала я паническим голосом, когда все существа одновременно выставили перед собой правую руку. Для одной единственной цели — коснуться нас с принцем, чтобы обратить либо в прах, либо в такую же жуть, как сами.
Мой спутник попытался проявить героизм — прикрыть меня собой. Но идея была так себе. Нас ведь окружали и спереди, и сзади.
«Он умрет либо от моей руки, либо от их», — мелькнула мысль. — «Либо его ждет судьба хуже смерти..»
— Ложись! — крикнула я и толкнула принца в спину.
Он повалился на колени, не ожидая удара.
А я..
На этот раз я действовала осознанно. Взмолилась мысленно, чтобы не задело принца, и приказала кулону ударить в противников, а с губ сорвался яростный вопль. В тот же миг закрылись глаза.