Страница 52 из 79
Рейнский порт находился в промышленном районе Бонн-Кастель. Это место совсем не походило на респектабельный Бад-Годесберг. Промзоны здесь сменялись бесконечными рядами складских ангаров из гофрированного металла и кирпича. Все это индустриальное пространство безжалостно разрезалось железнодорожными путями, ведущими в сторону Кельна. Над причалами зловеще возвышались гигантские краны, а пейзаж дополняли огромные кучи речного гравия, угля и металлолома. Пахло мазутом, речной тиной и дизельным выхлопом. Порт двигался, гудел и гремел — жил своими привычными рабочими буднями.
Они подъехали к нужному причалу. У самого края бетонного пирса, покачиваясь на тяжелых свинцовых волнах, стояла старая самоходная баржа «Лорелея».
— Ну вот мы и на месте, — сказал Нойер. — Прошу вас, дамы и господа, на выход!
Нойер помог Агнете выбраться с заднего сиденья. Опустошенная пережитым, она больше не плакала. По шаткому деревянному трапу, переброшенному на палубу, они попали на судно. Из темноты рулевой рубки показался капитан.
— Ян! Ян Ковальски! — представился он.
— Агнета, — еле слышно прошептала журналистка.
— Константин, — протянул руку Стрелец.
— Вот, старина, мы и свиделись! Сколько лет прошло! — воскликнул Нойер, искренне улыбнувшись старому товарищу. — С Ковальски мы вместе были в советском плену. Так что в нем я уверен как в самом себе.
Спустившись по крутой железной лестнице, беглецы оказались в небольшой кают-компании. Пахло соляркой и крепким чаем.
— Ты бросишь меня здесь? — спросила Агнета испуганно.
— Пока мы не придумаем ничего лучшего, тебе придется задержаться на барже. Не смотри, что она старая. Эта посудина еще всех нас переживет, — неудачно пошутил Нойер.
— А вы? — она посмотрела на Стрельца. — Зачем я вам?
— Вы мне, собственно, ни к чему, — спокойно ответил советник. — Но мне нужно, чтобы вы остались в живых. Это вопрос принципиальный.
— Обнадеживает, — оптимизм потихоньку возвращался к журналистке. — И что, вы даже не станете выяснять, кто слил мне этот меморандум?
— А зачем? Тоже мне секрет полишинеля, — ответил Стрелец.
— То есть вы знаете?
— В курсе.
— Ну, раз все все знают, то и говорить больше не о чем, — подвел нехитрый итог Фридрих Нойер.
Говорить действительно было не о чем. «А вот что со всем этим делать?» — Стрелец задал вопрос самому себе.