Страница 34 из 56
Подошла к нам, а затем недовольным голосом напомнила о своем существовании. Заявила, что Шейнар – ее куратор, – странно, что он об этом забыл! И сейчас им нужно обсудить все на свете.
В этом дуэте я явно была лишней, поэтому, пожелав им совет да лю… в смысле, удачи, я развернулась и ушла, хотя еще долго чувствовала устремленный в мою спину взгляд единственного глаза Шейнара.
Шагала, стараясь не хромать – по крайней мере, до поворота за угол, – но потом все же снизила скорость и кое-как дотащилась до входа в главный корпус.
Поднявшись на крыльцо, вошла в прохладный холл, но в столовую так и не отправилась. Вместо этого свернула в один из пустующих коридоров, уселась на подоконник и достала из сумки дневник.
Мне хотелось посмотреть на то, что он так усердно строчил.
Ну что же, оказалось, словесная истерика случилась уже не у меня, а у того, кто оставлял сообщения по другую сторону дневника. Хотя и скупая, словно он отрывал каждую строчку от собственного сердца.
Вернее, она.
Да, внезапно выяснилось, что мой собеседник – девушка, хотя ее возраста и других подробностей о ней я пока еще не знала. Но и это был уже хлеб…
Хотя и странный.
«Я вижу, что ты меня не послушала, и Шейнар, как куратор, получил в пару Вендис!» – именно это было написано в дневнике, из-за чего я снова нервно оглянулась.
Коридор, конечно же, пустовал. Я сидела на подоконнике одна-одинешенька, да и эти строчки, уверена, появились еще на плацу. Значит, моя собеседница…
Выходит, она каким-то образом наблюдала за мной еще и там, после чего дала об этом знать через артефакт. А затем принялась выдвигать требования.
«Ты должна делать абсолютно все, о чем я тебе пишу. В точности выполнять все мои указания», – такой была следующая строчка.
После этого шла еще одна: «Каждое твое самоволие приближает нас к ужасной катастрофе».
- Все это прекрасно, – сказала я дневнику. – Но почему никто у меня не спросил, хочу ли я спасать мир от ужасной катастрофы? И заодно ничего мне не объяснил, но вместо этого постоянно что-то от меня требует?
Задумалась, по какому праву этот артефакт хочет, чтобы я исполняла его указания, а затем еще и ругает, если что-то идет не так. Не найдя ни единого объяснения, я раскрутила чернильницу и написала:
«Если ты думаешь, что рассчиталась со мной сомнительным выигрышем в «Алом Тигре» и теперь можешь просить о всяких глупостях… Вернее, приказывать мне, что делать, то тебе не стоит забывать, что это ты сама, завладев моим телом, растратила все наши с отцом деньги, после чего я с трудом исправила твою ошибку. Так что ничего я тебе не должна, забудь! И вообще, у меня нет ни времени, ни желания разговаривать с каким-то артефактом! У меня полно своих дел».
Потому что я проголодалась и решила отправиться в столовую. Затем собиралась вернуться в свою комнату, сменить пропитавшуюся кровью повязку и начать думать о том, какое решение может принять по мне совет попечителей и декан вместе взятые.
«Сейчас ты сидишь на подоконнике на втором этаже главного корпуса академии. Думаешь о том, чтобы пойти в столовую», – внезапно появилось в дневнике, и от неожиданности я едва не свалилась с того самого подоконника.
Причем вместе с сумкой.
Дневник тоже выпал из моих рук и грохнулся на пол. Хорошо хоть чернильницу не перевернула!
Кажется, артефакт снова вспыхнул синим, но поднимать его я не спешила – сейчас мне было не до него.
Я принялась озираться, пытаясь понять, откуда за мной следят. Но дело в том, что в коридоре никого не было и каких-либо скрытых заклинаний или же оставленных на мне «сигналок» я не почувствовала!
Значит, не магия. Может, меня видно через окно?
Подняв артефакт и быстро закрутив чернильницу, я прильнула носом и лбом к стеклу, пытаясь высмотреть того…
Вернее, ту, кто за мной наблюдал.
Из окна открывался отличный вид на сад и дорожку, сворачивавшую к главному входу. Да, студенты там были, шли по своим делам в разные стороны, но я не заметила никого, кто бы стоял и пялился на окна второго этажа.
- Вот же гадство! – пробормотала я, после чего сунула дневник с чернильницей в сумку и заковыляла к ближайшей аудитории.
Дернула за ручку – надо же, открыто!
Зашла внутрь, закрыв за собой дверь. Покосилась на банки с заспиртованными огромными мохнатыми пауками и такими же гигантскими членистыми конечностями, после чего решила, что ужасаться, падать в обморок или поддаваться приступу тошноты я не стану.
Сейчас мне было не до этого. Забившись в дальний угол – поближе к банкам и подальше от окон, – я снова открыла дневник.
«Каждое сообщение тебе отнимает у меня энергию, а она мне нужна, чтобы вести тебя и спасти наш мир», – вот что было в нем написано.
- Прекрасно! – вновь пробормотала я.
«Ты мне не веришь, я все прекрасно понимаю. Этой ночью проследи за Вендис, и тебе многое станет понятно.
И вот еще: не беспокойся, в Светлую Академию тебя не переведут, все будет совсем иначе. А мусс из драконьих ягод в столовой сегодня есть не стоит – у тебя на них аллергия».
Не выдержав, я снова схватилась за перо и чернильницу. Уселась за парту, раздвинула банки с пауками, после чего написала:
«Кто ты вообще такая и что о себе возомнила?!
Но кем бы ты ни была, хватит уже за мной следить! Шпионить за своей соседкой я тоже не собираюсь, пусть Вендис делает по ночам все, что захочет».
Немного подумав, добавила:
«К тому же никакой аллергии на драконьи ягоды у меня нет».
Потому что я никогда их не пробовала.
После чего мы с пауками в банках принялись ждать ответа от дневника, но в нем так больше ничего и не появилось.
Поняв, что в желудке урчит все громче, я оставила пауков, сложила дневник и прихромала в столовую, где за дальним столиком отыскала Аленору и Гордона. Чтобы себя порадовать, съела большую отбивную с овощами – такую, что аж свисала с обеих сторон тарелки, – а затем назло дневнику взяла себе у стойки раздачи целых два десерта.
Хотела съесть и третий, потому что драконьи ягоды оказались на редкость вкусными, но больше в меня уже ничего не влезло.
Именно тогда, почесав руку, а заодно прислушиваясь к словам Аленоры о том, что нам задали на завтра по Монстрологии, я увидела Кайра. Сперва мне показалось, что это Шейнар, – потому что оба были одеты в черное, да и издалека лицо с синяком под глазом ввело меня в заблуждение.
Но потом я вспомнила, что у Шейнара пострадал как раз другой глаз, вздохнула и отвернулась. Не выдержав, почесала и вторую руку.