Страница 29 из 56
Но она – вот же чудо-чудесное! – отказалась меня оставлять. Принялась поддерживать под руку, чтобы я как можно меньше наступала на больную ногу, так что до аудитории мы все-таки добрались. Но к этому времени занятие уже началось.
Его проводил магистр Ульрих Дорн, выглядевший как типичный Темный. Высокий, худой, с первыми седыми прядями в черных волосах, спадающих на плечи. И с таким выражением на лице, словно он страдал запущенной язвой желудка, а наше с Аленорой опоздание вызвало у него очередной болезненный приступ.
Я честно попыталась взять удар преподавательского гнева на себя. Заявила, что это моя вина – не рассчитала, что со своей травмой, полученной на полосе препятствий, я буду передвигаться медленнее, чем нужно, чтобы успеть на занятие вовремя.
Затем показала темное пятно на штанах как раз над коленом – там, где наложенные повязки пропустили кровь и та пропитала ткань моей одежды.
- Аленора мне помогала добраться до аудитории, магистр Дорн! – заявила я.
Думаю, в Светлой академии меня бы непременно помиловали за такой сущий пустяк, как пятиминутное опоздание, а подруге еще и пожали бы руку за проявленное ею благородство.
Но в этой…
- Садитесь, мисс! – заявил преподаватель Аленоре, кивнув на свободную парту в конце аудитории. – С вами я поговорю в другой раз, обсудим недопустимость опозданий на мои занятия. Вы должны знать, что все, кто имел обыкновение это делать, сейчас лежат на кладбищах. Потому что вы – будущие боевые маги, и именно вам придется встретиться с угрозой, которую представляют собой Врата. И если вы пропускаете мои занятия, то вам прямой путь в могилу!
Сказав это, магистр Дорн повернулся и почему-то уставился на мой розовый бантик. Причем с таким видом, словно недавно съел такой же, а теперь у него изжога.
- Вы же, мисс Астер, задержитесь! – произнес он. – В этом году мне не довелось принимать вступительные экзамены, потому что меня понизили до преподавания у начальных курсов. – В его голосе мне послышалось едва скрытое негодование. – Но я слышал, что вы написали теоретический экзамен на сто баллов.
- Ничего об этом не знаю, – честно сказала ему. Затем поправила саму себя: – Нам не сообщали результаты.
Мои однокурсники тотчас же подтвердили, что все было именно так – не сообщали. Зато Гордон, кинув в мою сторону полный сожаления взгляд, кажется, решил отвлечь взъевшегося на меня преподавателя. Заявил, что не только Лирьен Астер, но и он тоже написал теоретический экзамен на сто баллов.
Но если я ничего об этом не знаю, то он в курсе своих результатов и может…
- Не можете! – ледяным голосом произнес магистр Дорн. – На занятие опоздала мисс Астер, а это дозволяется только в исключительно уважительных случаях. Таких, например, как собственные похороны. У вас сейчас похороны, мисс Астер?
- Никак нет, магистр Дорн! – отозвалась я. – Но, судя по всему, они вот-вот начнутся.
Преподаватель кивнул, подтверждая, что я ни в чем не ошиблась.
Затем приказал мне идти – хромать – к доске, где придется ответить на три его вопроса по темам, которые были на вступительных экзаменах. А потом он решит, достойна ли я учиться в этой академии, и сообщит об этом руководству.
Хотя, подозреваю, ничего подобного оно от него не ждало.
Неожиданно преподаватель уставился на сумку на моем плече – и она заинтересовала его даже больше меня, хромавшей к доске. Я видела, как сузились его темные глаза, и внезапно почувствовала опасность.
Словно кто-то внутри тревожным голосом предупредил, что нас ни в коем случае не должны разлучать – меня и дневник, – потому что от этого зависело слишком многое.
Что именно, пока еще я не знала, но чувствовала, насколько много было поставлено на карту. Поэтому мне надо как можно скорее отвлечь внимание въедливого преподавателя, что я тут же и сделала.
- Что именно вы бы хотели узнать об истории Разломов? Могу с вами поделиться, – вкрадчивым голосом заявила ему, на что магистр Дорн моргнул.
В аудитории тут же установилась тишина, затем кто-то из моих однокурсников полусдавленным шепотом заявил, что это довольно смело со стороны Светлой, а Гордон выразительно покрутил пальцем у виска.
Но меня было уже не остановить – неудержимый мотылек несся со всей силы своих маленьких крылышек навстречу катастрофе в лице рассерженного магистра Дорна.
С которым, конечно же, следовало разговаривать совсем по-другому.
- Прошу вас, задавайте вопросы, – добавила я, понимая, что мне конец, потому что ответов у меня, скорее всего, не будет.
Не сказать, что я ничего не знала об истории появления Врат в нашем мире. Мы проходили это в школе, но по теме я не готовилась. Вместо этого старательно изучала основы травоведения и сейчас могла назвать все целебные свойства каждой встречавшейся в окрестностях Марвенны былинки.
Заодно я старательно упражнялась в Светлой магии – как в теоретической, так и в практической, – потому что именно это и было на экзаменах в Академию Светлых Сил.
Так что…
- Первое зафиксированное появление Разломов, мисс Астер, – произнес преподаватель. – Назовите мне точную дату и источник.
На это я решила, что пусть ответ на вопрос мне неизвестен, зато я знаю точную дату, которую выбьют на моем надгробии. Источник тоже мне предельно понятен – уморили на Истории Разломов.
Но не успела я придумать, как озвучить это умозаключение вслух, как внутри меня что-то произошло. Словно в глубинах разума всколыхнулось нечто темное… Вернее, оно показалось мне именно таким, потому что пришло откуда-то из дальних уголков памяти – но сразу же посветлело, и я вместе с ним.
Даже засияла, потому что ответ был мне известен.
Я знала и дату, и источники, поэтому заговорила – быстро, чтобы случайно ничего не забыть и оно бы не вернулось туда, откуда явилось.
- Первые разломы появились в нашем мире около тысячи лет назад. Нам неизвестна точная датировка… – Магистр Дорн открыл было рот, но я оказалась быстрее: – Зато мы знаем, когда появилось первое о них упоминание. Работа историка Алдариса «Временные вехи», написанная в 3217 году. Страница двести пятнадцать, если брать издание Мортона и Сыновей. А вот месяц написания «Вех» не скажу, потому что сведений у нас об этом не имеется. Можете снизить мне оценку, магистр Дорн!
И захлопала ресницами.