Любить меня - плохая идея

Глава 43. Зачем приехал?

Глава 43. Зачем приехал?

Я стою и ошалело взираю на человека, которого собиралась забыть.

Мозг отказывается верить, но я же вижу его. Это не глюк и не игра воображения. Он приехал.

Сам. Сюда. Но зачем?

Макс смотрит на меня с улыбкой, не хватает ещё фразы «Сюрприз». Сюрприз так сюрприз. Вообще, не думала, что он приедет.

Я моргаю, но он не исчезает.

– Зачем ты приехал? – наконец спрашиваю я, когда ко мне возвращается способность говорить.

– Как зачем? К тебе. Давно не видел. Соскучился.

– Тебе здесь нечего делать, – говорю я и пытаюсь захлопнуть створку у него перед носом.

Но Макс выставляет руку, упираясь ладонью в калитку, и не даёт её закрыть.

Он заходит во двор и задвигает за собой щеколду.

Так, по-хозяйски, будто каждый день сюда приходит.

– Макс, ты издеваешься? – я скрещиваю руки на груди, пытаясь унять мелкую дрожь от утреннего холода и его внезапного появления. – Я русским языком сказала: тебе тут нечего делать. Садись в машину и уезжай обратно в город.

– Мишка, прекращай рычать, – он делает шаг ко мне, внимательно смотрит мне в глаза. – Твой отец мне всё рассказал. И про аварию, и про мать. Я всё знаю, Вик. Не надо меня гнать.

Я сглатываю колючий ком в горле. Хочу прогнать его, чтобы потом не испытывать вину за то, что втянула его в свои проблемы. У него ведь своя жизнь, другая. Он певец. Талантливый. И сочувствие его мне не надо, но он смотрит на меня так, что я выдавить из себя ничего не могу.

– Я никуда не уеду, Вик, пока мы нормально не поговорим, – добавляет Макс, нарушая утреннюю тишину. – Так что прекращай отталкивать от себя всех подряд. Лучше пригласи в дом. Я бы сейчас от кофе не отказался.

Я прикрываю глаза. Свежий прохладный ветерок забирается под кофту, по спине бегут мурашки.

И я понимаю, что у меня банально нет больше сил препираться с ним. Проще согласиться и впустить его, чем стоять здесь, доказывать ему, что я сильная и мне никто не нужен.

Молча разворачиваюсь и иду к крыльцу. Слышу за спиной его тяжёлые шаги.

В доме темно, только в кухне горит подсветка гарнитура.

– Только тихо, – шепчу я, скидывая тапочки в прихожей. – Мальчишки спят.

Макс кивает, разувается и проходит за мной на кухню. Включаю свет над плитой, ставлю чайник и устало прислоняюсь поясницей к кухонному гарнитуру.

Макс моет руки под краном, табуретку и садится за стол. Внимательно осматривает небольшое пространство кухни.

– Уютно здесь, – негромко произносит он.

– Да. Мама ремонт недавно сделала, – отзываюсь я, глядя в сторону окна.

– Как она? – спрашивает Макс.

Я смотрю в стену на обои в мелкий цветочек.

– Я ходила в больницу ненадолго, но к ней не пускают. Пока без сознания. Сильный удар головой, сломаны рёбра. Отчим ещё хуже. Врачи говорят, если выкарабкаются – будет чудом.

Я делаю судорожный вдох и всё-таки поворачиваюсь к нему.

– Так что, Макс, если ты приехал уговаривать меня вернуться, то не надо. Мне братьев не с кем оставить. И в детдом я их не отдам ни при каких условиях.

Он сидит, сцепив руки в замок на столешнице.

– И как ты дальше будешь? Думаешь, тебе дадут стать их опекуном без средств, без нормального дохода и жилья?

– Я не знаю, – честно признаюсь я, обхватывая себя руками за плечи. – Что-то буду придумывать. Искать работу. Но пока я всё же надеюсь, что мама выживет. Не хочу думать о плохом.

– Ты бы тогда хоть административный взяла в универе, – резонно замечает Макс. – Пока ничего не ясно. Зачем всё бросать? Учёба и специальность тебе всегда пригодятся, что бы ни случилось.

– Напишу потом, – отмахиваюсь я. – Сейчас просто не до этого было.

Макс коротко кивает.

Чайник с щелчком отключается. Я достаю с полки две кружки, кидаю пакетики, заливаю кипятком и ставлю одну перед ним. Сажусь напротив, и обхватываю кружку ладонями, чтобы хоть как-то согреть пальцы. Упрямо смотрю прямо в тёмную жидкость. Боюсь поднять на него глаза.

Боюсь, что если столкнусь с его взглядом, то вся моя напускная стойкость просто рассыплется.

– Вик, – тихо зовёт Максим.

Я всё-таки поднимаю голову.

– Мы справимся с этим. Не переживай. – Он накрывает ладонью мои пальцы. – Я для этого и приехал. Зря ты думаешь, что я отступлю, если ты на меня покричишь у калитки. Я свой выбор сделал.

Я молчу, потому что совершенно не знаю, как на это реагировать. Выбор сделал. А мне не верится. Как можно променять то, что у него есть на меня? Я ведь никто и ничего из себя не представляю. Что-то пыжилась, пыжилась, а в итоге вернулась домой.

– Я уверен, что и мама, и отчим у тебя выкарабкаются. Всё будет хорошо, – продолжает Макс. А затем чуть отодвигает табуретку. – Иди сюда.

Он тянет меня за руку. Я инстинктивно пытаюсь сопротивляться, напрягаю плечи, не желая показывать свою слабость, но бороться с ним, а главное – с самой собой, оказывается, слишком сложно.

Я делаю шаг, и Макс тянет меня на себя, усаживая к себе на колени.

Он крепко обнимает меня, его ладонь ложится мне на спину, гладит вдоль позвоночника. Губы касаются моего виска. И я сама не понимаю, как уже сижу, уткнувшись носом в его плечо.

Вокруг нас разливается такое странное, забытое умиротворение, что горло мгновенно перехватывает спазмом.

– Я ведь люблю тебя, Мишка, – тихо шепчет он мне прямо на ухо. – И мне плевать на то, откуда ты, что у тебя за семья и что с тобой не так. Для меня ты лучшая.

От его слов внутри что-то окончательно ломается. Глаза жжёт, и я бессильно всхлипываю. Пытаюсь остановить непослушные слёзы руками. Но они всё равно катятся из глаз.

Он крепко прижимает меня к себе.

– Я ведь приехал замуж тебя звать.

Я резко вскидываю голову, шмыгаю носом и смотрю ему в глаза. Может, ослышалась?

– Что?

Макс смотрит на меня предельно серьёзно, без шуток и насмешки.

– Да. Хочу, чтобы ты стала моей женой. – Он большим пальцем стирает влажную дорожку с моей щеки. – И не надо мне говорить, что мы ещё молодые. Мозги у меня есть. Заодно и братьев твоих себе заберём официально, если что пойдёт не так. Вдруг, – заканчивает Макс, не отводя взгляда.

Я продолжаю сидеть на его коленях, чувствуя, как под ладонями бьётся его сердце. Мысли в голове несутся бешеным вихрем, врезаясь друг в друга.

Замуж? За Сола? Сейчас?! Как? Когда?

Я же вообще об этом не думала.

Какая, к чёрту, свадьба, когда у меня жизнь летит в пропасть, а мать в реанимации?