Страница 12 из 73
Когда юноша все же добрался до места вырубки, солнце уже стояло высоко в небе. На поляне его ждало четверо крепких молодых крестьян, вооружённых луками, дубинами да ножами. День был знойным и душным, и мужчины временами вытирали со лба пот подолами коротких льняных рубашек. Верхние халаты были сброшены на землю. Мужчины тихо переговаривались между собой, и Чженю пришлось подобраться на опасно близкое расстояние, чтобы подслушать. Юноша бесшумно перепрыгнул с одной ветви на другую, обхватил её руками и ногами, а затем застыл среди хвои. Чжень не двигался, дышал так тихо и ровно, что сердце его едва билось, а разум оставался пустым и холодным. Чжень был занят лишь одним делом и потому делал его хорошо. Чжень слушал.
— На проклятом месте, – сплюнул на землю один из мужчин. – Ночью только вернётся, раз нечисть.
— Даосы света не боятся, – покачал головой другой. – Сам же видел, брат Иинг!
— Но в деревню он только на закате придёт, – ответил ему первый.
— Он с вечера здесь! – снова возразил второй. – Захотел бы прийти в деревню, пришёл бы! Ублюдок хочет реку перегородить!
Чжень прикрыл глаза, снова открыл. Ему не понравилось то, как легко и быстро раскрыли его замысел. Местные понятия не имели о приближении Саранчи, так что действия Чженя для них выглядели бесцельным вредительством. В то, что от севера Саранча мало что оставила, они вряд ли поверят.
— Затопит всё, – уже тише произнёс второй.
— На кой только, – ещё тише ответил Иинг. Третий мужчина по-прежнему молчал. Чжень понимал, что мирно и спокойно побеседовать с ними не получится, но другие идеи к нему в голову не приходили. Нельзя защитить людей втайне, нельзя оберегать их и держать в неведении. Рано или поздно им придётся столкнуться с чудовищами из степей. Чжень бесшумно спрыгнул с дерева. Третий охотник тут же схватился за лук и подскочил. Юноша успел бы прыгнуть к нему и ногой отбросить оружие в сторону, но это ему было не нужно. Он спокойно стоял, глядя охотнику в глаза. Зазвенела тетива, а через мгновение и стрела словно сама легла Чженю в руку и он бережно положил её на траву.
— С севера приближаются степные чудовища, – спокойно заявил ученик монаха. – Затопив тот берег, я ненадолго их задержу.
— Даос! – первый охотник тоже уже схватился за лук. Второй успел только развернуться к юноше. Чжень мотнул головой. Не было смысла тратить слова на пустые оправдания. Неважно, считают его местные даосом или нет. Нужно концентрировать внимание на чём-то одном, и тогда ты не сойдёшь с правильного пути.
— Вы ничего не теряете, если позволите мне закончить вырубку, – продолжил юноша. – Я не прошу вас мне помочь, хотя, если вы пошлёте мне хотя бы полдюжины человек, я покину ваши края ещё до заката.
— Чтобы ты заморочил им головы своим даосским колдовством? – не унимался Иинг.
— Я справлюсь и один. Только не отвлекайте меня, пожалуйста, и дайте закончить.
Разумеется, ему не дали даже закончить предложение. Иинг выпустил стрелу, и одновременно с ним третий охотник тоже спустил тетиву. Чжень уклонился от одной стрелы, вторую отбил в сторону ногой. Он мог бы поймать и две сразу, но ему хотелось оставить руки свободными на случай, если оставшийся охотник возьмётся за дубину.
— Я не даос, – устало ответил Чжень. Он не хотел пускаться в разъяснения, это только сбило бы местных с толку и отвлекло от мысли о Саранче. Выхода, впрочем, не было. – Но я спас жизнь даосу и так получил печать.
— Почему мы должны тебе верить? – спросил Иинг, в то время как два его товарища уже клали на тетиву новые стрелы. Дубина, которой немного опасался Чжень, всё ещё лежала у ног третьего охотника.
— Потому что монах не лжёт, это отягощает карму, – сказал юноша, а затем буднично поймал обе стрелы и бросил их на землю. Охотник с дубиной не успел бы бросить лук и схватиться за другое оружие, так что сейчас Чжень был спокоен. В ветвях запела неизвестная юноше птица. Охотники молчали.
— Пожалуйста, дайте мне закончить вырубку.
Никто не ответил. Что-то зашелестело в хвое. Один из охотников дёрнулся, пустил стрелу, но та лишь застряла в кроне дерева. Белка поскакала по стволу выше. Чжень не шевелился.
— Он нас взглядом хочет себе подчинить, – уверенно кивнул Иинг, глядя юноше то ли на грудь, то ли на шею. Чжень позволил себе едва заметную улыбку.
— Я могу продолжать вырубку и при вас, если пообещаете не стрелять одновременно, – спокойно сказал он. – Тогда мне не придётся ломать ваши луки. Монах не имеет права портить чужой труд.
— Нет, вы слышали? – спросил у своих товарищей Иинг, но ему никто не ответил. Чжень повернулся к ближайшему дереву, сделал глубокий вдох, провел короткую «дорожку» лу – часть полноценного упражнения таолу. Он расставил ноги, вытянул руки перед собой, а потом словно волной перекатил свой вес с одной точки на другую. Руки его при этом оставались вытянутыми, и юноша снова почувствовал нарастающую в ладони ци. Выдохнув, Чжень ударил раскрытой ладонью по стволу сосны. Кора посыпалась из-под его руки, но одного удара ученику монаха никогда не хватало. Был бы здесь Ши Даоань, он бы срубил весь лес за одно утро. В очередной раз зазвенела тетива, и в очередной раз Чжень поймал стрелу и осторожно положил её в траву.
— Благодарю, – вежливо поклонился он охотникам. Иинг ничего не понял, третий охотник, молчавший всё это время, криво усмехнулся.
Чжень снова ударил по сосне и снова заставил ци бежать по телу, вместе с кровью, концентрируясь в ладони. Охотники о чём-то болтали, очень тихо, но не так, чтобы Чжень не смог их услышать. Юноша просто следовал правильному пути и не хватался за несколько дел сразу. Звон тетивы и свист ветра услышит его тело и без участия самого Чженя. Ученик монаха должен был срубить дерево. На шестой или восьмой удар, Чжень не пытался считать, ствол заскрипел. Юноша ударил снова, а потом привычно перебежал вокруг дерева, чтобы поймать его, как делал это уже несколько раз до этого.
— Монах, – внезапно заговорил третий охотник. Чжень повернулся к нему и поклонился, в знак того, что внимательно слушает собеседника. – Ты бы нас всех убил, если бы хотел?
— Нет, – ответил юноша. – Мне нельзя убивать живых существ, но, к сожалению, это не всегда возможно. Я бы просто сломал ваше оружие. Если бы вы не были охотниками, я мог бы сломать вам несколько костей.
— А то, что мы охотники, тебе чем помешает? – не понял третий. Чжень не разрешил себе улыбаться, хотя точно знал, что Ши Даоань расплылся бы в улыбке, отвечая на такой вопрос.