По правилам Ордена

Мужчина показательно скривился, но и этот жест ему очень шел и не портил его красивого лица. Однажды Хэнку не повезло попасть под горячую руку (и, кажется, тяжелый сапог) оскорбленного в лучших чувствах рогоносца. Так вот, даже фингал под глазом украшал Хэнка, расцветая фиолетовыми всполохами по острой скуле. Но больше он не хвастался своими постельными подвигами с замужними дамами.

— Посмотри мою малышку.

Он ласково погладил капот новой модели “Кьерро”, которая поступила в продажу только месяц назад. Я с сомнением посмотрела на спорткар с низкой подвеской, больше напоминавший сплющенную булочку, чем машину, и произнесла:

— Ты серьезно Хэнк? Тебя совсем не смущает, что я в команде противника?

— Какой же ты мне противник, Джо? У нас так много общего.

— Например тысяча арков, которую ты мне заплатишь за работу. Они были твои, но станут моими. Объединяюще, — улыбнулась я.

— Не лиса — лисище, — игриво сощурился Хэнк, точно зная, что я сильно заломила цену за банальную проверку системы.

— Но я сегодня ой какая добрая.

Хэнк с интересом посмотрел на меня. Мгновение — и выражение его лица сменилось с пижонского на “начальник частной охранной организации”. Водился за ним такой грешок, который мешал ему охмурять симпатичных клиенток.

— Тебе нужна информация? — уточнил он.

— Что ты знаешь о наших гостях из столицы?

— Если ты боишься, Джо, то зря. Всем шестерым арендовали частные дома на окраине города у дороги, ведущей к шахтам. Так что в этом районе они вряд ли появятся.

— И когда они прибудут в Бренг?

— Джо, детка. Они уже полчаса как здесь.

Я похолодела. Воздух будто выбило из легких. Не из-за страха, а от неожиданности. От столицы до сюда семь часов дирижаблем. Это значит, что отряд ордена отправился в путь практически сразу же, как стало известно о перехвате партии.

— Пошли выпьем кофе, — предложила я.

После таких новостей перерыв был жизненно необходим.

— Надо же, ты сама меня пригласила. Это прогресс.

Горячий напиток снял оцепенение. Нельзя подходить к ИИ в растрепанных чувствах, можно “заразить” эмоциями и придется чистить повторно.

— … у нее моно-цилиндрический артефактный движок на магии огня. Она не едет — летает, — в красках расписывал преимущества нового магикара Хэнк, но я уже не слушала его, допивая свой стакан.

— Ааа!

Крик заставил меня резко подпрыгнуть на месте, озираясь по сторонам. Понадобилось несколько секунд, чтобы понять, кто кричал.

— Джо, скорее! — в панике махал руками Марк. — Тревор ранен.

— Что?!

Я рванула в мастерскую. За мной последовал и Хэнк. Его тяжелая поступь барабанила в такт моему колотящемуся сердцу.

— Да поднимайте же эту махину! — зло крикнула я.

Мужчины приподняли балку подъемника, которую Тревор не успел закрепить и уронил на себя. Из его правой руки вместе с надеждой на победу вытекала кровь.

Все! Это конец!

Или нет.

Пока Тревором занимались медики, в моей голове билась только одна пульсирующая мысль: нам нужны эти деньги на лечение Бонни. Гонка уже завтра, и теперь за руль Морти придется сесть мне.

После этого сумасшедшего дня я возвращалась домой, чтобы откопать на дальних полках шкафа свой старый гоночный комбинезон. Звезда-гигант клонилась к горизонту, заливая улицы слепящим оранжево-красным светом. Нервы были натянуты до предела, мысли лихорадочно просчитывали завтрашнюю трассу, и я совершенно не смотрела по сторонам.

И закономерно за это поплатилась.

На полном ходу я влетела в кого-то высокого и абсолютно непреодолимого. Отскочив, я бы непременно упала, но чужие сильные руки мгновенно перехватили меня за талию.

— Осторожнее, — раздался сверху низкий, бархатный голос с легкой хрипотцой.

Я вскинула голову, но лучи заката ударили прямо по глазам. Все, что я смогла разглядеть сквозь слепящее марево — это темную короткую стрижку и четкий аристократический профиль. От незнакомца едва уловимо пахло свежестью и древесными нотками — словно молния только что ударила в дерево. От этого запаха и крепкой хватки по коже отчего-то пробежал табун мурашек.

— С-спасибо! Извините, я задумалась! — сбивчиво буркнула я, вырываясь из захвата, и поспешила прочь.

Оглядываться было некогда. Завтра меня ждал сложнейший заезд.