Страница 63 из 182
Это почему-то одновременно облегчило и разочаровало.
Очень взрослая реакция.
– Что я почувствую?
– Возможно, ничего.
– Уже слышала.
– И в прошлый раз оказалась не права?
– К сожалению.
Мираэль показала на светлый диск.
– Ладонь сюда.
Проверка началась скучно.
Именно так я любила магию.
Моя рука лежала на холодной поверхности. Мираэль что-то отмечала. Иногда просила убрать ладонь, подождать, повторить.
Потом очередь пришла Каэру.
Он сел на другом конце стола.
Положил руку на тёмный диск.
На его коже тонкие магические линии казались почти незаметными.
Я почему-то смотрела на пальцы.
Длинные.
Сильные.
Старый шрам возле большого сустава.
Обычная рука мужчины.
Не драконья лапа.
И совершенно точно не объект научного интереса.
Я отвела глаза.
– Теперь вместе, – сказала Мираэль.
Мы положили ладони на диски.
Между ними лежала тонкая металлическая пластина с линиями, соединяющими обе стороны.
Ничего не произошло.
Я подождала.
– Если сейчас опять выяснится, что я редчайшее магическое явление, буду требовать оплату за исследования.
– Тихо, – сказала Мираэль.
– Я стараюсь разрядить обстановку.
– Мешаете измерению.
Я замолчала.
Каэр смотрел на свой диск.
Уголок его рта подозрительно изменился.
Негодяй.
Первое ощущение появилось через несколько секунд.
Не тепло.
Не желание.
Не какие-нибудь сияющие нити судьбы, к счастью.
Просто стало легче дышать.
Я даже не сразу поняла.
Последние минуты после глубокой проверки тело оставалось напряжённым, словно где-то внутри слишком туго затянули незаметный ремень.
Теперь напряжение начало отпускать.
Медленно.
Головная боль стала слабее.
Я нахмурилась.
– Мираэль.
– Не двигайтесь.
На пластине между нами появилась тонкая светлая линия.
Не вспышка.
Скорее едва заметный отблеск, который прошёл по одному из металлических каналов.
Потом по второму.
Мираэль подалась вперёд.
Каэр резко поднял голову.
– Вы чувствуете? – спросил он.
– Что?
– Поток.
Я попыталась прислушаться.
Ошибка.
Ощущение снова ослабло.
– Не знаю.
Мираэль подняла палец.
Мы оба замолчали.
Я перестала искать.
Просто сидела.
И через несколько секунд почувствовала Каэра.
Не его мысли.
Не настроение.
Даже не тело.
Присутствие.
Странное понимание, что второй человек находится напротив, но оно шло не через зрение и слух.
Я закрыла глаза.
Он всё равно оставался там.
Не точкой.
Не образом.
Просто фактом.
Открыв глаза, обнаружила, что Каэр смотрит прямо на меня.
– Вы тоже? – спросила я.
– Да.
Мираэль резко убрала центральную пластину.
Ощущение оборвалось.
Не болезненно.
Но настолько заметно, что я невольно втянула воздух.
Каэр тоже дёрнул рукой.
Мираэль смотрела на приборы.
Потом на нас.
Потом снова на записи.
– Ещё раз.
– Зачем? – спросила я.
– Потому что один результат может быть ошибкой.
Мне это понравилось.
Хотя выражение её лица не нравилось совсем.
Вторая проверка длилась дольше.
Мираэль поменяла диски местами.
Переставила пластину.
Дала нам несколько минут отдыха.
Потом повторила.
Результат оказался тем же.
Только на этот раз ощущение пришло быстрее.
И ещё одна вещь.
Когда Мираэль случайно задела край одного из кристаллов и он резко дал неприятный магический всплеск, Каэр отреагировал раньше меня.
Его рука дёрнулась в мою сторону.
Не коснулась.
Но лицо стало жёстким.
– Что?
Я сама только через секунду почувствовала тонкую боль в виске.
Мираэль уже остановила контур.
– Вы почувствовали её реакцию?
Каэр медленно ответил:
– Не боль.
– Что тогда?
– Что что-то произошло.
Она ничего не сказала.
Это было хуже любого восклицания.
– Мираэль, – произнесла я.
Эксперт сняла перчатки.
Села.
Так делают врачи перед фразой, после которой пациент перестаёт любить медицину.
– Результат необычный.
– Насколько?
– Очень.
– Переведите на человеческий.
– Это и был человеческий.
– Попробуйте ещё.
Она посмотрела на Каэра.
– Между вами не слабый резонанс.
– Это я понял, – сказал он.
– И не обычный высокий.
Каэр побледнел настолько мало, что другой человек мог бы не заметить.
Я заметила.
Потому что несколько недель училась читать его по миллиметрам.
– Что тогда? – спросила я.
Мираэль сложила руки.
– Истинный отклик.
Словосочетание ничего мне не сказало.
Зато Каэру сказало всё.
Он откинулся от стола.
Очень медленно.
И впервые с момента нашего знакомства я увидела его по-настоящему ошеломлённым.
Это впечатляло сильнее магии.
– Что? – спросила я.
Никто не ответил сразу.
– Я сейчас начинаю нервничать.
Мираэль первой пришла в себя.
– Истинный отклик представляет собой крайне редкую степень магической совместимости.
– Насколько редкую?
– Достаточно, чтобы светские легенды превратили её во что-то гораздо более романтическое, чем она есть.
– Уже не нравится.
– В быту используют выражение «истинная пара».
Я посмотрела на неё.
Потом на Каэра.
Потом снова на неё.
– Нет.
Мираэль чуть нахмурилась.
– Что именно нет?
– Всё выражение целиком. Особенно слово «истинная».
Каэр неожиданно сказал:
– Согласен.
Я повернулась.
Он выглядел уже собраннее.
Маршал вернулся.
Только пальцы лежали на столе слишком неподвижно.
– Вы согласны? – переспросила я.
– Термин неудачный.
– А я думала, драконам должно нравиться.
– Некоторым нравится.
– Судьба, предназначение и женщина, выданная магией без права возврата?
– Примерно так это описывают плохие песни.
– Ваш мир снова демонстрирует впечатляющее сходство с моим.
Мираэль устало прикрыла глаза.
– Если вы двое закончили бороться с фольклором, я могу объяснить реальность.
– Очень прошу.