Страница 49 из 182
– Старый фрагмент защитного контура. На нём слишком много разных следов.
– То есть дар перегружается?
– Да.
– Лиора справлялась лучше?
Никто не ответил сразу.
Риан опустил глаза.
Мираэль сказала:
– Значительно.
Раздражение вспыхнуло мгновенно.
Глупое.
Несправедливое.
Но настоящее.
Лиора умела.
Лиора знала.
Лиора тайком лезла в архив.
Лиора брала элементы.
Лиора врала.
А теперь мне приходится собирать инструкцию по эксплуатации её собственной руки.
– Отлично.
Я откинулась.
– Может, она заодно оставила руководство?
– Нет, – спокойно сказала Мираэль. – Но она училась пользоваться даром много лет.
– А у меня почему-то нет этих лет.
Каэр перестал смотреть в окно.
Я почувствовала это.
– Вы злитесь на неё, – произнёс Риан.
– Да.
Он будто не ожидал.
– Почему?
Я повернулась к нему.
– Потому что она знала слишком много вещей, которые сейчас нужны мне, и не оставила нормального объяснения ни одной.
Ответ прозвучал жестоко.
Я сразу это поняла.
Но не забрала.
– Если она видела проблему, зачем молчала? Если подозревала поставки, зачем в одиночку полезла в закрытый архив? Если ей нужен был этот элемент, почему не объяснила Каэру?
Риан стал жёстче.
– Ты говоришь о ней так...
Он замолчал.
– Как о другом человеке?
Я закончила сама.
Риан отвернулся.
Не время.
Совсем не время.
Мираэль спокойно закрыла один футляр.
– Раздражение можно отложить. Магическую реакцию нет. Если хотим понять, что произошло вчера, продолжим.
Я была ей благодарна за смену темы.
– Продолжим.
Она подвинула спорный элемент.
– Сначала не трогайте.
– Зачем тогда принесли?
– Чтобы вы перестали воспринимать прикосновение как единственный способ.
– А есть другой?
– У некоторых магов чтение начинается ещё до контакта. У Лиоры обычно нет.
– Обычно?
– Сильный свежий след могла почувствовать рядом.
Я посмотрела на пластину.
Ничего.
Обычный металл.
– Мне она ничего не говорит.
– Это нормально.
– Ненавижу эту фразу.
Мираэль впервые чуть улыбнулась.
Потом стала серьёзной.
– Теперь коснитесь одним пальцем. Не пытайтесь искать конкретный ответ. Только отмечайте ощущения.
Я протянула руку.
Остановилась.
Стало не по себе.
Не потому, что пластина выглядела опасной.
Потому что я уже знала, что тело способно ответить раньше меня.
Каэр сделал шаг.
Не ко мне.
Просто ближе к столу.
Я посмотрела на него.
– Что?
– Ничего.
– Опять?
– Если станет плохо, Мираэль остановит.
– А вы?
– Подам воду.
Я усмехнулась.
– Полезная функция маршала.
– Не самая сложная.
Неловкое напряжение немного ушло.
Я коснулась металла.
Первые секунды ничего.
Потом исчез звук.
Не настоящий.
Я всё ещё слышала дождь за окном.
Шорох бумаги.
Чьё-то дыхание.
Но под ними возникло ощущение тишины.
Той самой.
Из сна.
Будто привычный фон мира придавили тяжёлой ладонью.
Я задержала дыхание.
– Есть.
– Что? – быстро спросила Мираэль.
– Тише.
– В комнате?
– Нет.
Чем дольше палец лежал на металле, тем сильнее становилось ощущение.
Не покой.
Не отсутствие шума.
Подавление.
Как если бы кто-то накрыл горящую свечу металлической крышкой, но я чувствовала не огонь, а момент, когда ему перестаёт хватать воздуха.
Желудок сжался.
– Неприятно.
– Отпускайте, – сказала Мираэль.
Я не отпустила.
Где-то на краю ощущения возникло другое.
Тонкое.
Знакомое.
Тревога.
Не моя.
Нет.
Я уже знала свою.
Моя сейчас требовала убрать руку.
А эта была старой, застывшей, почти стёртой.
Металл.
Номер.
Пальцы.
Женская рука, которая поворачивает пластину к свету.
И вдруг резкая уверенность:
не должно быть.
Никаких слов.
Никакого лица.
Только смысл, который родился не в моей голове.
Не должно быть.
Я дёрнула руку.
Комната качнулась.
– Лиора!
Риан вскочил.
Я зажала рот ладонью.
Тошнота была сильнее, чем в прошлый раз.
Мираэль успела подставить миску, но меня не вырвало.
Каэр оказался рядом.
Не касался.
Просто стоял достаточно близко, чтобы я видела его сапоги, пока пыталась дышать.
– Воды, – сказала Мираэль.
Стакан появился передо мной.
Я взяла.
Пальцы дрожали.
Часть воды пролилась.
Каэр придержал стакан снизу.
Не мою руку.
Стакан.
Так было легче.
Я выпила.
– Всё.
– Нет, – сказала Мираэль.
– Что нет?
– На сегодня всё.
– Я могу ещё раз.
– Не можете.
– Могу.
– Тогда вы просто хуже понимаете слово «перегрузка», чем я думала.
Я хотела спорить.
Каэр тихо произнёс:
– Хватит.
Я резко посмотрела.
Он не приказывал.
Но голос оказался слишком знакомым по дороге.
Тот самый, которым он говорил перед опасным участком.
Мне это не понравилось.
– Я сама решу.
– Разумеется.
Он сразу отступил.
Просто.
Без спора.
Раздражение осталось без топлива и начало гаснуть.
Мираэль прикрыла спорную пластину тканью.
– Он прав в результате, хотя формулировка могла быть лучше.
Каэр бросил на неё взгляд.
– Благодарю.
– Я не вас поддерживаю.
– Это заметно.
Я сидела, прижав холодный стакан к губам, и неожиданно захотела рассмеяться.
Не потому, что смешно.
Наверное, организм устал от тошноты.
Риан не смеялся.
Он смотрел на меня так, будто видел повторение чего-то очень старого.
– Что? – спросила я.
– Лиора тоже не умела останавливаться.
Раздражение вернулось.
– Значит, у нас всё-таки есть что-то общее.
Он вздрогнул.
Я пожалела.
Снова.
Пришлось отвернуться к Мираэль.
– Что я почувствовала?
– Сначала расскажите полностью.
Я рассказала.
Тишина.
Подавление.
Чужая тревога.
Ощущение, что воздействия там быть не должно.