Страница 40 из 182
Он добавлял место, где два человека могли честно считать разные цифры правильными.
Я повернулась.
– Теперь ещё две партии.
Лоран прикрыл глаза.
– Вы обещали одну.
– Я сказала, что начну с одной.
– Это совсем другое обещание.
– Юридически я вообще ничего не подписывала.
Он тяжело поднялся.
– Какие?
Я выбрала две из тех, где расхождение приходилось на тот же период.
Одна шла на хозяйственные нужды госпитального корпуса.
Вторая предназначалась для ремонта складской кровли.
Разные товары.
Разные получатели.
Разные книги.
И снова каждая отдельная цепочка выглядела почти нормально.
Вот что раздражало больше всего.
Нигде не было строки:
«Три ящика украдены неизвестным преступником».
Каждый документ сам по себе объяснялся.
В одной книге товар считался отправленным.
В другой его принимали на день позже.
В третьей вес округляли.
В четвёртой часть материала возвращали после ремонта.
Ничего вопиющего.
Я несколько раз ловила себя на том, что начинаю заранее ждать нужного результата, и заставляла возвращаться назад.
Сверять подписи.
Даты.
Количество.
Не искать подтверждения собственной теории.
Проверять её.
К середине дня стол опять исчез под бумагами.
Но теперь это были не сотни случайных строк.
Три дороги.
Три товара.
Три истории.
Я взяла первый лист.
– Медь.
Провела пальцем.
– Здесь разница возникает между общим складом и мастерской.
Второй.
– Масло для хозяйственной части госпиталя. Здесь общий склад отдаёт полное количество.
– Госпитальная служба подтверждает меньше, – сказал Лоран.
– Да.
Третий.
– Кровельный материал. Здесь промежуточная площадка считает, что передала всё, а ремонтная служба принимает меньше.
Лоран нахмурился.
– То есть это не один склад.
– Нет.
– Не один получатель.
– Нет.
– Не один служащий.
– Нет.
Я села.
– Но этап один.
Он посмотрел на меня.
Я сдвинула три листа рядом.
– В каждом случае товар уже считается выданным одной службой.
– И ещё не полностью подтверждён другой.
– Именно.
Тишина.
Вот теперь мысль перестала быть моей личной подозрительностью.
Лоран видел то же самое.
Не преступление.
Не виновника.
Место.
– Это может быть особенностью документооборота, – сказал он.
– Может.
– На переходах всегда больше ошибок.
– Согласна.
– И задержек.
– Да.
– Значит, трёх примеров мало.
– Конечно.
Он прищурился.
– Вы сейчас нарочно со мной не спорите?
– А надо?
– Обычно после моего «это может быть объяснимо» вы начинаете задавать ещё пятнадцать вопросов.
– Они будут. Я просто выбираю порядок.
Лоран тихо выругался.
Я улыбнулась.
К вечеру у нас было уже двенадцать партий.
Я не просила все документы целиком.
Только точки передачи.
Отправитель.
Получатель.
Заявленное количество с одной стороны.
Подтверждённое с другой.
Восемь совпали.
Две имели нормальные объяснения.
Одна упёрлась в повреждение в дороге, подтверждённое отдельным актом.
Последняя повторила ту же картину.
Небольшая разница.
Между передачей и приёмкой.
Я сидела над листами и чувствовала усталость, которая одновременно раздражала и радовала.
Потому что теперь у нас было не «мне кажется».
Была повторяемость.
Маленькая.
Но реальная.
– Нужно расширять выборку, – сказала я.
Лоран потёр глаза.
– Не сегодня.
– Я не сказала сегодня.
– Вы подумали.
– Возможно.
– Нет.
– Вы удивительно властны для управляющего.
– Три дня рядом с вами.
Я откинулась на спинку кресла.
– Хорошо. Завтра.
В дверь постучали.
Каэр вошёл раньше, чем я успела собрать бумаги.
Он был без плаща, в тёмной рубашке и форменном жилете. Судя по выражению лица, день у маршала проходил не легче нашего.
В руках он держал два листа.
Сначала посмотрел на меня.
Потом на стол.
Потом на Лорана.
– Что здесь произошло?
– Леди Астен решила проследить путь товара, – сухо ответил управляющий.
– Всего одного, – уточнила я.
Лоран повернулся.
– Двенадцати.
– Один оказался недостаточно общительным.
Каэр подошёл ближе.
Мне пришлось снова напомнить себе, что несколько дней назад я отступала от него после каждого движения.
Теперь первым возник не образ дракона.
Человек.
Уставший мужчина с тёмными волосами, которые к вечеру уже не лежали так аккуратно, как утром.
Это изменение я заметила слишком быстро.
И сразу разозлилась.
На себя.
На него было не за что.
Пока.
– Иара сказала, вы третий день почти не выходите из хозяйственного крыла, – произнёс Каэр.
– Я выходила на склад.
– Под охраной.
– Видите, какой я образцовый поднадзорный человек.
Его взгляд задержался на моём лице.
Потом на почти нетронутой чашке.
– Вы ели?
– Да.
Лоран издал подозрительный звук.
Я медленно повернула голову.
– Предатель.
– Вы съели половину обеда.
– Значит, ела.
Каэр ничего не сказал.
Но через минуту Далену за дверью передали просьбу принести ужин сюда.
Я нахмурилась.
– Я не просила.
– Я тоже не заставляю вас есть.
– Очень тонкое различие.
– Рад, что заметили.
Он сел на свободный стул.
Не во главе стола.
Напротив меня.
– Показывайте.
Я посмотрела на Лорана.
Тот пожал плечами.
– Что именно? – спросила я.
– То, ради чего главный управляющий три дня лично вытаскивает старые складские книги.
– Может, ему нравится моё общество.
– Нет, – сказал Лоран.
– Сегодня все против меня.
Каэр протянул руку.
– Лиора.
Я замерла на долю секунды.
Имя по-прежнему отзывалось с задержкой.
Меньше, чем в первые дни.
Но задержка была.
Он заметил.
Я подала лист.
– Это пока не доказательство хищения.
– Я не спрашивал, доказательство ли.
– Тогда что?
– Что вы видите.