Страница 113 из 182
Глава 26. Тот, кто убил Лиору
Глава 26. Тот, кто убил Лиору
Имя Илара Весса лежало передо мной на бумаге.
Обычные чёрные буквы.
Никакого знака убийцы.
Никакой особой печати.
Лицензированный маг-диагност.
Пятьдесят один год.
Специализация: повреждения узора, магическое истощение, сложные последствия перегрузки.
Именно такого человека должны были пригласить к женщине, которую считали пострадавшей после серьёзного магического воздействия.
Именно поэтому никто не удивился его присутствию рядом с Лиорой.
Я тоже не удивилась.
В первый день.
Я вообще ничего тогда не знала.
Лежала в чужой постели, смотрела на незнакомого седого мужчину и пыталась понять, почему все называют меня чужим именем.
Теперь воспоминание стало другим.
Илар стоял рядом, когда я открыла глаза.
Он видел, что тело Лиоры не умерло.
Видел меня.
И побледнел.
Я вспомнила это слишком хорошо.
– Вы уверены, что это он? – спросил Каэр.
Я подняла глаза от бумаги.
Мы всё ещё находились в моей комнате. Утро, которое начиналось почти спокойно после самой тяжёлой ночи в моей новой жизни, закончилось за несколько секунд.
– Да.
– Вы тогда не знали его имени.
– Не знала.
– Лицо?
– Помню.
Каэр не спорил.
Но и не принимал память за доказательство.
Я уже научилась различать.
– Седые волосы. Худое лицо. Спокойные руки. Он стоял справа от кровати.
Я закрыла глаза.
Комната Тейрана вернулась коротким обрывком.
Белая ткань.
Чужие голоса.
Тяжёлая голова.
Пальцы на запястье.
И человек, который смотрит так, будто умершая только что сделала что-то совершенно неприличное.
Открыла глаза.
– Он сказал: «Лиора».
Каэр стал внимательнее.
– Что ещё?
– Не помню точно.
И тут же поправилась:
– Нет. Не хочу додумывать. Помню имя. Помню, что он меня осматривал. Помню его лицо, когда я заговорила.
– Какое?
Я задумалась.
Страх?
Удивление?
Тогда я не знала этого человека и могла ошибиться.
– Он был потрясён.
– Это естественно, если пациентка неожиданно приходит в сознание.
– Да.
Сама сказала.
Потому что именно так теперь нужно было работать.
Не делать каждую странность уликой только потому, что появился удобный подозреваемый.
Даже если мне очень хотелось.
Каэр взял лист.
– Ранн должен увидеть это сейчас.
– Согласна.
Он не позвал слугу.
Пошёл сам.
Я осталась одна.
Всего на несколько минут.
И впервые за всё время с момента раскрытия Обрыва почувствовала не страх.
Злость.
Очень спокойную.
Почти холодную.
Илар Весс был первым человеком этого мира, который меня коснулся.
Проверял пульс.
Смотрел глаза.
Говорил другим, что состояние Лиоры необычное.
А несколькими часами раньше или, возможно, совсем незадолго до моего пробуждения именно его руки могли сделать с ней то, след чего Мираэль нашла почти два месяца спустя.
Я посмотрела на свои ладони.
Лиорины.
Если бы Обрыв удался так, как должен был, они уже были бы холодными.
Тело умерло бы.
Дело осталось бы делом обвинённой женщины, которая не пережила тяжёлую магическую травму.
Каэр остался бы с убеждением, что она почти наверняка виновна.
Риан с последней ссорой.
Санна с письмами её матери.
Элмар с репутацией человека, погибшего в обычной дорожной аварии.
А настоящая цепочка поставок продолжила бы работать.
Я больше не могла воспринимать это как чужую историю.
Не после Санны.
Не после Риана.
Не после того, как узнала, что Лиора пыталась доказать правду и умерла за несколько дней до того, как её доказательство пришло в собственный двор.
Дверь открылась.
Вошёл Северт.
За ним Мираэль.
Каэр остался у двери.
Северт взял документ.
Прочитал.
– Вы узнаёте его? – спросил он.
– Да.
– Насколько уверенно?
– Если поставите передо мной десять седых магов, думаю, выберу правильного.
– Это не юридическая категория.
– Жаль.
Мираэль села.
– Илар проводил первичное обследование Лиоры?
Северт перевернул страницу.
– Его назначили на обязательную диагностику в последний день перед Обрывом. Доступ законный.
– Какой объём процедуры?
– Полное исследование состояния узора после магического истощения.
Я посмотрела.
– То есть он мог делать с Лиорой почти всё, что внешне выглядело как обследование?
Мираэль покачала головой.
– Не всё. Но достаточно многое.
– Обрыв?
Пауза.
– Скрыть начало воздействия внутри глубокой диагностики возможно.
Вот.
Не доказательство.
Но возможность.
Северт отложил лист.
– Мне нужны записи процедуры.
– Уже запрошены? – спросила я.
– Теперь будут запрошены не как часть старого дела Лиоры, а как материалы возможного преступления против неё.
Разница снова оказалась огромной.
Раньше Илар был врачом возле обвиняемой.
Теперь стал человеком, которому официально дали доступ к потенциальной жертве убийства.
– Он сейчас где? – спросил Каэр.
– В Тейране.
– Уверены?
Северт посмотрел на дату последней отметки.
– Был там два дня назад.
Мне не понравилось слово «был».
– Он знает, что Мираэль установила Обрыв?
– Не должен.
– А что старое дело пересматривают?
– Может знать.
– Откуда?
– Лиора была публичной фигурой. Повторные запросы уже идут через несколько учреждений.
Я почувствовала знакомое раздражение.
Система.
Если один человек запрашивает старые документы, кто-то видит.
Если эксперт требует материалы, кто-то подписывает выдачу.
Нельзя расследовать крупное государственное дело так, чтобы ни один служащий не заметил.
– Значит, если Илар виновен, он может понять, что к нему идут.
Северт уже доставал небольшую плоскую коробку.
Я раньше видела похожую в Вейрхольме.
Парный вестник.
Не мгновенный разговор через половину королевства.
Но короткое письменное сообщение могло уйти связанному артефакту в государственном учреждении Тейрана значительно быстрее гонца.
– Именно поэтому приказ уйдёт сейчас.
Он написал несколько строк.