Муцянь

82 Что подстерегает в лесу

Чэнь Ло в который раз приостановился, тряхнул головой, избавляясь от насыпавшегося в волосы сора: листьев, рассохшихся почек, чешуек коры, – и сказал:

— Знаешь, что в Мяньчжао говорят про такой лес?

— Про какой такой? – не понял Сяоцинь, занятый тем же самым. Нужно было проявить ловкость, чтобы избавиться от сора и не сбить ненароком с головы шапку.

— Про тот, где на голову всякая дрянь сыплется?

Сяоцинь, поразмыслив, предположил:

— Что это боги небо подметают? Точно не припомню. Это какой-то чэнъюй?

Чэнь Ло фыркнул. Его версия была не столь возвышенной, но годилась для рассказов со свечой.

— Нет, – отрезал он, выждав, чтобы подогреть интерес мальчишки, а значит, и эффект от сказанного. – Когда в лесу сор сыплется на голову, говорят, что это черти прыгают по верхушкам деревьев.

— Тьфу! – сердито отреагировал Сяоцинь, не забыв при этом сотворить священный знак. – Ты в своём уме – чёрта поминать на ночь глядя?

— Ну, до ночи ещё далеко, – философски заметил Чэнь Ло, – а до чёрта, ха-ха, высоко. В этом лесу очень высокие деревья.

Обычные деревья в лесу скоро сменились ощетинившимися, как ежи, соснами, и на головы путникам теперь сыпались ещё и сосновые иглы с шишками. Сяоцинь проворчал, что черти, должно быть, кидаются в них шишками, потому что обкололи пятки, когда прыгали по кронам сосен, и завидуют их сапогам.

— Откуда ты знаешь, что черти без сапог? – возразил Чэнь Ло.

— А откуда ты знаешь, что в сапогах? – в свою очередь возразил мальчишка. – У них наверняка должны быть когти на лапах, чтобы взбираться на верхушки деревьев.

Чэнь Ло опять припомнил Мао-Мао и засмеялся.

— Всё тебе шуточки, – проворчал Сяоцинь недовольно. – Страшно несправедливо, что тебе ещё ни разу шишкой не прилетело по голове.. будто черти специально по мне метят..

— Чувствуют твой страх, – со знанием дела сказал Чэнь Ло. – Вот я их не боюсь, поэтому.. Ай!

Сяоцинь злорадно засмеялся.

— Белка уронила, – невозмутимо произнёс Чэнь Ло, заметив в ветвях мелькнувший пушистый хвост.

— Очень вовремя, – фыркнул мальчишка и задрал голову, чтобы поглядеть на белку, но её и след простыл. Видно, где-то было беличье дупло.

Чэнь Ло между тем носком сапога подрыл сосновую хвою, усыпавшую землю под деревьями, и предложил:

— Можно грибов набрать.

— Чтобы лишить белку запасов на зиму в отместку за шишку на голове? – уточнил Сяоцинь, присаживаясь на корточки и разглядывая найденную Чэнь Ло россыпь грибов.

— Грибы можно на костре пожарить и съесть.

— А ты уверен, что эти грибы съедобны? – спросил Сяоцинь.

— Все грибы можно съесть, – важно ответил Чэнь Ло, а когда мальчишка потрясённо на него уставился, собираясь развенчать это заблуждение какой-нибудь меткой фразой, добавил: – Но некоторые только один раз.

— Ты.. – задохнулся Сяоцинь.

— Эти съедобные. Я уже такие видел.

— Где? – с подозрением спросил мальчишка, ожидая какого-нибудь подвоха в ответе.

Но Чэнь Ло сказал, что повар поместья Чэнь часто покупал грибы, которые выглядели точно так же, как эти, и они были довольно вкусны.

— Ты уверен? – ещё подозрительнее уточнил Сяоцинь.

— А что?

— А то, что такие грибы аптекарь Сян высушивал и размалывал, чтобы травить крыс в доме.

Чэнь Ло выронил уже сорванный гриб и поспешно вытер руки об одежду. Сяоцинь зарыл грибы обратно в хвою:

— Были бы они съедобные, белки бы давно уже разрыли их и утащили в свои кладовые. А эти даже жуками не изъеденные. В лесу ничего нельзя принимать на веру. Если чего-то не знаешь, лучше не трогать и уж точно не пытаться съесть. Грибы, аптекарь Сян говорил, коварнее ядовитых змей. Некоторые специально съедобными прикидываются.

— Да понял я, понял, обойдёмся без грибов на ужин, – отмахнулся Чэнь Ло.

— Ягоды тоже лучше не трогать, – предупредил Сяоцинь, которому, видно, хотелось щегольнуть перед Чэнь Ло своими аптекарскими знаниями.

— А шишки? – в шутку спросил Чэнь Ло, подобрав одну рассохшуюся шишку и подкидывая её на ладони.

— Да кто в своём уме станет шишки есть? – поразился Сяоцинь.

— Аптекарь и не знаешь? – поддел его Чэнь Ло.

— Не знаю чего? – нахмурился мальчишка.

— Шишки.. не такие, конечно, а молодые, те, что ещё зелёные и не затвердели.. жуют, чтобы перебить запах изо рта или когда горло застудишь, – с важным видом объяснил Чэнь Ло.

— Пф, конечно, я это знал, – небрежно сказал Сяоцинь, – просто забыл. И вообще это не считается.

— Почему это не считается?

— Потому что речь идёт не о еде, а о лекарственном эффекте.

— Как скажешь, – поднял руки Чэнь Ло. – А чай считается?

— Из шишек? – сомнительно вопросил Сяоцинь.

— Уж в чаях-то этот молодой господин разбирается, – приосанился Чэнь Ло. – Семья Чэнь испокон веков торгует чаями. Сосновый чай хорошо освежает.

— Даже не хочу представлять, каков он на вкус, – покривился мальчишка.

— Если подсластить, очень даже ничего, – возразил Чэнь Ло. – В столице такие чаи очень популярны, отец рассказывал.. Когда дойдём до Чанъаня, нужно непременно попробовать.

— Дойди сначала, – хмыкнул Сяоцинь, демонстративно разворачивая перед ним карту.

Чэнь Ло сделал вид, что внимательно смотрит, но обронил:

— Сначала нужно дойти хотя бы до Фэнцзина. Или хочешь заночевать в лесу?

Сяоцинь сейчас же припомнил слова Чэнь Ло о прыгающих по верхушкам деревьев чертях, свернул карту и поспешил вперёд так, словно его упомянутые черти хлыстиком по пяткам подстёгивали. Чэнь Ло усмехнулся и пошёл следом.