Страница 51 из 223
Петр Алексеевич
1682–1725
Детство и юность
Лишившись в 1676 году отца, Петр до десяти лет воспитывался под присмотром своего старшего брата – царя Федора Алексеевича, который выбрал для него в учителя подьячего Никиту Зотова, обучавшего мальчика грамоте.
Царь Федор Алексеевич не оставил завещания о передаче престола. Детей у Федора Алексеевича не было, и на престол претендовали два брата – Иван и Петр Алексеевичи. Иван Алексеевич был пятым сыном Алексея Михайловича и его первой жены Марии Ильиничны Милославской. Царевичу Ивану исполнилось к этому времени 16 лет, а царевичу Петру – 10, и по старшинству престол должен был бы перейти к Ивану. Но он отличался слабым здоровьем, и сторонники Нарышкиных провозгласили царем Петра.
Иван V и Петр I. Коронационный альбом. 1682
Однако царевна Софья и родственники первой жены Алексея Михайловича Милославские с этим не смирились и спровоцировали стрелецкий бунт, во время которого десятилетний Петр стал свидетелем жестокой расправы над близкими ему людьми.
Эти события оставили в памяти мальчика неизгладимый след, отразившись и на его психическом здоровье, и на мировоззрении.
Неизвестный художник. Портрет самодержицы Софьи Алексеевны. 1680-е
С 23 мая того же года по требованию бояр Милославских Петр был утвержден Земским собором «вторым царем», а Иван – «первым». 25 июня 1682 года цари Иван V и Петр I венчались на царство.
Оба отданы были вместе с братом, «ради юных лет обоих государей», под руководство «великой государыни, благоверной царевны и великой княжны» их старшей сестры Софьи. Так наступила эпоха неслыханного в России двоевластия Ивана и Петра, и даже троевластия, если считать царевну Софью.
Правление Софьи продолжалось семь лет. За это время Московское государство закрепило свои успехи на западе – Польша навсегда отдала Киев русским. На востоке русские землепроходцы столкнулись с китайцами. Из-за дальности этих земель в 1689 году с китайцами был подписан мир, по которому русские соглашались не забирать нижнее течение реки Амур.
До 1689 года Петр со своей матерью Натальей Кирилловной жил в подмосковном селе Преображенском, приезжая в Москву только на время официальных церемоний. Петр рос без всякой опеки. В нем рано пробудился интерес к войне и военному искусству. Проводя лето и зиму в подмосковных селах, Преображенском и Семеновском, он набирал из молодых дворян и крестьян «потешные полки», производил маневры, строил крепости. «Потешные полки» стали впоследствии ядром русской регулярной армии.
В январе 1689 года по настоянию матери Петр I женился на дочери именитого боярина Евдокии Федоровне Лопухиной.
До 1694 года правительство Петра I возглавляла его мать Наталья Кирилловна. В 1696 году, после смерти Ивана V, Петр стал единодержавным царем.
Школа жизни
Однажды в Измайлове Петр обнаружил старый английский бот, который по его приказу отремонтировали и опробовали на реке Яузе. Вскоре Петр попал в Немецкую слободу, где впервые познакомился с европейским бытом, испытал первые сердечные увлечения и завел друзей среди европейских купцов.
В августе 1689, когда до него дошел слух о подготовке Софьей нового стрелецкого бунта, он бежал в Троице-Сергиев монастырь, куда к нему прибыли из Москвы верные полки и часть двора.
Софья, почувствовав, что сила на стороне брата, предприняла попытку примирения, но было поздно. Софья была отстранена от власти и заключена в Новодевичий монастырь.
Еще теснее стала связь Петра с Немецкой слободой. Ближайшими его друзьями сделались два иностранных офицера, шотландец Гордон и швейцарец Лефорт. Общительный Франц Лефорт втянул его в бытовую жизнь Немецкой слободы. Петр стал ездить в гости к новым знакомцам, принимать участие в их увеселениях и попойках.
Итак, первоначальной общественной школой Петра был Кокуй, с его разноплеменными отбросами Европы, попавшими в Москву, «на ловлю счастья и чинов». Если Европа в ее высших слоях особенной чинностью не блистала, то что уж говорить об этих отбросах. Особенно в присутствии царя, защищавшего эти отбросы от всякого полицейского вмешательства. Делали что хотели.
Пили целыми сутками – так, что многие и помирали. И не только пили сами – заставляли пить и других, так что «варварские» москвичи бежали от царской компании, как от чумы.
Привычки и черты
Первое, на что обращали внимание наблюдатели и что их более всего поражало в Петре, – это его необычайная внешность, простота образа жизни и демократизм в общении с людьми разных слоев общества. Его современник, вспоминая поразившие его в царе привычки и черты, писал: «Его царское величество высокого роста, стройного телосложения, лицом несколько смугл, но имеет правильные и резкие черты, которые дают ему величественный и бодрый вид и показывают в нем бесстрашный дух. Он любит ходить в курчавых от природы волосах и носит небольшие усы, что к нему очень пристало. Его величество бывает обыкновенно в таком простом платье, что если кто его не знает, то никак не примет за столь великого государя… Он не терпит при себе большой свиты, и мне часто случалось видеть его в сопровождении только одного или двух денщиков, а иногда и без всякой прислуги».
«От природы он был силач; постоянное обращение с топором и молотком еще больше развило его мускульную силу и сноровку. Он мог не только свернуть в трубку серебряную тарелку, но и перерезать ножом кусок сукна на лету. Очень рано, уже на двадцатом году, у него стала трястись голова и на красивом лице в минуты раздумья или сильного внутреннего волнения появлялись безобразившие его судороги. Все это вместе с родинкой на правой щеке и привычкой на ходу широко размахивать руками делало его фигуру всюду заметной. Его обычная походка, особенно при понятном размере его шага, была такова, что спутник с трудом поспевал за ним. Ему трудно было долго усидеть на месте: на продолжительных пирах он часто вскакивал со стула и выбегал в другую комнату, чтобы размяться. Эта подвижность делала его в молодости большим охотником до танцев. Он был обычным и веселым гостем на домашних праздниках вельмож, купцов, мастеров, много и недурно танцевал, хотя не проходил курса танцевального искусства. Если Петр не спал, не ехал, не пировал или не осматривал чего-нибудь, он непременно что-нибудь строил. Руки его были вечно в работе, и с них не сходили мозоли».
По словам В. О. Ключевского, «Петр вышел непохож на своих предшественников… из Петра вышел подвижной хозяин-чернорабочий, самоучка, царь-мастеровой».
Азовские походы