Страница 20 из 87
— Он помогал, решал, организовывал. Потом в какой-то момент все стало настолько переплетено, что я уже сама не знала, где мои решения, а где его. Я не хочу снова обнаружить через несколько лет, что дом мой только на бумаге, а без другого человека не могу вызвать мастера.
Кайр посмотрел на крышу.
— Тогда вызывайте сами.
Я неожиданно рассмеялась.
— И все?
— А что я должен сказать?
— Не знаю. Обычно люди начинают убеждать, что они другие.
Он повернулся ко мне.
— Я другой человек. Но вы не обязаны верить на второй день.
Я перестала смеяться.
Так просто.
Без обещания, что никогда не причинит боль.
Без рассказа о собственной исключительности.
В груди стало тепло.
Уже не от смущения.
От чего-то более тихого.
— Дайте контакт кровельщика, — сказала я.
— Дам.
— И лекаря тоже можно оставить в списке специалистов приюта, если она согласится работать по договору.
Кайр улыбнулся.
— Большой прогресс.
— Не испортите.
К полудню временная проверка перешла в самую неприятную часть.
Документы детей.
Иллар разложил их на столе.
Я принесла свои вчерашние записи.
Кайр остался, потому что официально подал заявление о возможном родстве с Нессой.
Ирма пока сидела с детьми.
— Начнем с регистраций, — сказал Иллар.
Я подвинула ему список дат.
— Я уже заметила одно совпадение.
— Какое?
— Несса, Финн и Лея родились в разные годы, но появились в центральном реестре почти одновременно.
Иллар быстро проверил.
— Да.
— Почему?
— Поздняя регистрация допускается, если ребенок жил в удаленной общине или документы были утрачены.
— Трое разных детей в течение одного месяца?
— Не запрещено.
— Регистратор один.
Он посмотрел.
— Варен Холт.
Кайр нахмурился.
— Он имел право регистрировать рождения?
— В тот период временно исполнял обязанности старшего регистратора Серого Бора, — ответил Иллар.
— Удобно, — сказала я.
Иллар поднял взгляд.
— Это наблюдение или обвинение?
— Пока наблюдение.
Кайр едва заметно улыбнулся.
Я проигнорировала.
— У каждого документа есть первичное основание? — спросила я.
Иллар начал разбирать приложения.
У Нессы — справка лечебницы Доррена.
Копия.
Не оригинал.
У Финна — запись из поселкового журнала.
У Леи — свидетельство лекаря и двух свидетелей.
— Где оригиналы? — спросила я.
— Должны храниться в районных архивах.
— Запросим.
— Конечно.
— У Тома регистрация обычная?
— Почти.
Почти мне не понравилось.
— Что значит почти?
Иллар показал.
Том был зарегистрирован через три недели после рождения.
Срок нормальный.
Но отцовство Дейрона подтверждалось его личным заявлением.
Материнская подпись отсутствовала.
Причина:
мать умерла после родов.
— Имя?
— Амира Белл.
— Где умерла?
— В лечебном доме Серого Бора.
Я знала это место.
Не посещала каждый случай лично, но отчеты получала.
Пять лет назад.
Я могла даже подписывать финансирование лечения женщины, ребенок которой потом оказался записан на моего мужа.
Стало неприятно.
— Мне нужны лечебные журналы.
Иллар кивнул.
— Запрошу.
Кайр спросил:
— Почему ни по одному ребенку не проводили кровную проверку?
— Потому что Дейрон признал отцовство добровольно.
— И этого достаточно?
— По старой процедуре в удаленных районах да, если никто не оспаривает.
Я посмотрела на него.
— Я оспариваю.
Иллар поднял брови.
— На каком основании?
Хороший вопрос.
Нельзя было сказать:
потому что я прожила с ним семь лет и мне не нравится эта история.
— На основании противоречий в регистрациях и возможного родства Нессы с семьей Торрен.
Кайр добавил:
— Я официально прошу экспертизу по ней.
Иллар записал.
Я продолжила:
— Если ее отцовство окажется ложным, нужно проверить остальных.
— Это разумно.
— Тогда оформляйте.
Он посмотрел на меня.
— Для принудительной экспертизы самого Дейрона понадобится решение Совета.
— Почему принудительной?
— Он может предоставить образец добровольно.
Кайр тихо сказал:
— Не предоставит.
Я посмотрела на него.
— Почему уверены?
— Если документы правдивы, ему нечего терять. Если ложные, он будет тянуть.
— Может быть.
— Хотите поспорить?
— Нет. Просто не люблю выводы раньше действий.
Его улыбка стала чуть шире.
— Вы быстро перенимаете хорошие привычки.
— Не ваши.
После обеда Иллар уехал с копиями документов.
Пообещал направить запросы в архивы и подготовить официальное предложение о кровной проверке.
Временная лицензия оставалась действующей.
Детей никто не забирал.
Это было главное.
Кайр тоже собирался уехать, но Несса сама подошла к нему в передней.
Я стояла чуть в стороне.
— Я согласна.
Он сразу понял.
— На проверку?
— Да.
— Сегодня не нужно.
— Почему?
— Потому что ты только сейчас решила. В Ардене есть независимый родовед. Он может приехать завтра или послезавтра.
Несса посмотрела на меня.
— Независимый это не его?
— Не его, — сказала я.
— И не Дейрона?
— И не Дейрона.
— Тогда хорошо.
Кайр явно хотел спросить что-то еще.
Удержался.
Несса уже повернулась к лестнице.
Потом остановилась.
— Если вы мой дядя, у вас есть еще семья?
Голос Кайра изменился.
— Есть.
— Какая?
— Мать. Старший брат живет отдельно. Две двоюродные сестры. Много людей в стае, которые помнили Элару.
Несса сжала пальцы.
— Они будут смотреть на меня?
— Наверное.
Она нахмурилась.
Кайр сразу добавил:
— Но только если ты захочешь с ними встретиться.
— А если не захочу?
— Тогда не встретишься сейчас.
Я почувствовала тепло.
Он действительно слушал вчера.
Несса посмотрела на него внимательнее.
— Хорошо.
Она ушла.
Кайр еще несколько секунд стоял неподвижно.
— Тяжело? — спросила я.
Он выдохнул.
— Очень.
— Но вы справились.