Страница 2 из 87
Тот самый мужчина, который последние годы приносил мне отчеты по выплатам вдовам и никогда не забывал поздравить с началом зимы.
Сегодня он достал из папки готовый договор.
Я взяла лист.
Буквы сначала расплывались.
Пришлось медленно вдохнуть.
Потом еще раз.
Это была не слабость.
Просто мое тело почему-то не знало, что ему положено читать юридический текст сразу после того, как закончился семилетний брак.
Я начала с имущества.
Личное приданое возвращалось мне полностью.
Собственные счета оставались за мной.
Подарки, официально зарегистрированные на мое имя, тоже.
Дейрон предлагал пожизненное ежемесячное содержание, достаточное, чтобы я никогда больше не работала.
И Рябиновый Дом.
Я подняла глаза.
— Поместье в Рябиновой Долине?
— Да.
— Оно не используется лет десять.
— Дом в хорошем состоянии.
— Ты был там?
Пауза оказалась короткой.
— Бывал.
Почему-то именно это мне не понравилось.
— Когда?
— По делам хозяйства.
— Каким?
— Эйлин.
Я вернулась к договору.
Не сейчас.
Хорошо.
Я научилась ждать документов.
Рябиновый Дом находился почти в двух часах езды от главного поселения Серого Бора. Когда-то там жила сестра деда Дейрона. Потом поместье использовали как место отдыха для вдов и детей стаи, а еще позже закрыли.
Я была там один раз.
До свадьбы.
Помнила большой сад, старую рябиновую аллею и слишком много комнат для одного дома.
— Почему именно он?
— Ты любила это место.
Я посмотрела на Дейрона.
— Я была там один день двенадцать лет назад.
Он отвел взгляд.
Еще один маленький факт, который следовало положить отдельно.
Потом.
— От содержания я отказываюсь.
На этот раз заговорил нотариус.
— Госпожа Моррен, я бы не советовал принимать решение сразу.
Старая фамилия прозвучала неожиданно.
Моррен.
Не Вейл.
Я еще даже не была разведена, но в его голове уже вернулась к прежнему имени.
— Почему? — спросила я.
— Предложенная сумма является существенной. После расторжения брака вы больше не будете получать выплаты как Луна и потеряете доступ к стаевым фондам.
— Доступ к стаевым фондам я имела для работы, а не для собственного содержания.
— Разумеется. Я говорю только о личных средствах.
Я посмотрела на сумму еще раз.
Дейрон действительно не пытался оставить меня без денег.
Наоборот.
Предлагал достаточно, чтобы потом десятилетиями можно было говорить:
я обеспечил бывшую жену.
Она ни в чем не нуждалась.
Все было достойно.
— Нет.
Дейрон сел.
— Не упрямься.
В груди впервые за все заседание появилась злость.
Не громкая.
Чистая.
— Я не упрямлюсь.
— Ты сейчас расстроена.
— Да.
— Поэтому не нужно принимать финансовое решение, о котором потом пожалеешь.
Я положила договор на стол.
— Я принимаю свои деньги, личное имущество и дом как окончательный имущественный расчет.
— Эйлин...
— Я не хочу получать от тебя содержание следующие двадцать лет.
— Это не милостыня.
— Я и не называла.
— Тогда в чем проблема?
Я посмотрела ему в лицо.
— В том, что я хочу закончить этот брак.
Дейрон замолчал.
— Полностью, — добавила я. — Не оставлять между нами ежемесячный перевод, который каждый раз будет напоминать, кто когда-то был моей опорой.
Его выражение стало жестче.
— Я никогда не заставлял тебя зависеть от меня.
— Ты правда хочешь обсудить это сейчас?
Вопрос был опасным.
Он понял.
Я тоже.
За семь лет я не получала зарплату за работу Луны.
Так было принято.
Я управляла школами, социальными фондами, лекарскими программами, домами для стариков и частью хозяйственных закупок.
Формально это считалось общественной ролью супруги Альфы.
Никто не запрещал мне иметь собственное дело.
Просто на него никогда не оставалось времени.
И каждый раз, когда я думала взять отдельную работу, находилось что-то более важное для стаи.
Дейрон не запирал меня дома.
Он просто привык, что мое время принадлежит общим задачам.
Я тоже привыкла.
Это было частью моей ответственности.
Частью любви.
Теперь общих задач больше не будет.
— Дом и мои средства, — повторила я. — Этого достаточно.
Дейрон некоторое время смотрел на меня.
— Хорошо.
Нотариус сделал запись.
Я дочитала договор до конца.
— Когда развод вступает в силу?
— После подтверждения Советом и регистрации в Ардене, — ответил нотариус. — При отсутствии спора сторон процедура займет несколько дней.
— Спора нет.
Дейрон повернулся ко мне.
— Ты даже не хочешь поговорить?
Я посмотрела на него.
— Ты хотел поговорить последние несколько месяцев?
Он не ответил.
Этого хватило.
Совет продолжился.
Они обсуждали порядок временного исполнения обязанностей Луны.
Мои текущие документы.
Фонды.
Ключи.
Доступ к школе и лечебнице.
Слушать собственное удаление из жизни оказалось странно.
Не больнее объявления о разводе.
Просто деловито.
На следующей неделе мои подписи заменят.
Документы передадут.
Ключи заберут.
Люди, которые годами приходили ко мне с вопросами, начнут обращаться к другому человеку.
Я сама обучала нескольких служащих, поэтому система не рухнет.
Именно этого я всегда добивалась.
Хорошая работа не должна была зависеть от одной женщины.
Только раньше я почему-то никогда не думала, что этой женщиной могу перестать быть я.
В конце заседания старик Ренар все же подошел.
— Госпожа Моррен.
Я застегивала папку.
— Да?
Он выглядел неловко.
— Я хотел сказать, что многие в стае благодарны вам за годы работы.
Мне захотелось спросить, почему эти благодарные люди сидели молча, пока мой муж объяснял им необходимость заменить меня более подходящей женщиной.
Но Ренар не принимал решение за Дейрона.
И я не хотела тратить первую минуту своей новой жизни на человека, который просто выбрал удобное молчание.
— Спасибо.
Он кивнул и ушел.
Дейрон ждал возле двери.
— Нам нужно поговорить.
— Хорошо.