Страница 7 из 65
— Дочерям будет лучше со мной. Ты и сама это знаешь. С ними уже не нужно носиться. Они не маленькие. Это их дом. Жестоко будет отрывать их отсюда.
Как он все это повернул…
— Ты не поэтому так поступаешь. Не ври. Тебе плевать на удобства других. Ты никогда об этом не думал. Я была дурой, что мирилась с этим, — шиплю ему в спину. — Долго мирилась. Другой такой дуры ты не найдешь. Элеонора твоя, просто терпит, пока ты не женишься на ней.
— Это тебя не касается, — поворачивается ко мне. — С Яной я поговорю. Вот увидишь, она сама тебе скажет, что хочет остаться. Устроим семейный совет на днях, — уверенно говорит Глеб. — А ты… начинай собирать вещи. Я устрою твой переезд. А сейчас, извини, мне нужно ехать на работу.
Бывший муж покидает комнату, и я даю волю слезам. Медленно опускаюсь на колени, сгибаюсь и пытаюсь начать снова нормально дышать.
* * *
Полчаса прошло с его ухода. Мне едва ли стало легче, но я привела себя в порядок и перезвонила матери. Не стала ей говорить о планах Глеба. Иначе бы ей плохо стало. Просто сказала, что еще ничего не ясно, и попросила не встревать. Сказала, что мы сами во всем разберемся.
Я все равно этого не допущу. Не будет так, как он сказал. Не в этот раз.
Еще через десять минут я выхожу из комнаты, чтобы спуститься и сделать кофе. Я начну этот день, как всегда. Предательство близкого человека не повод уничтожать распорядок дня.
Внизу я натыкаюсь на Киру. Она аж дергается при виде меня. Он из гостиной идет куда-то. Наушники из ушей вытаскивает.
Я думала, что расклеюсь при виде дочери, начну умолять ее, не поступать так с матерью. Но нет. Я не чувствую ничего, кроме обиды и злости. Не так я ее воспитывала. Деньги отца испортили ее, отдалили от меня. Еще немного, и она посылать меня начнет.
Если она что-то и поймет, то не сейчас. Ей надо пожить с Элеонорой.
Полностью проигнорировав дочь, я направляюсь в кухню.
Кира ничего мне вслед не сказала. Обалдела, должно быть.
Радуйся, милая. Никто к тебе не пристает. Можешь дальше слушать музыку.
Однако на кухне я готовлю завтрак для нас троих. Она все равно мой ребенок, и я не хочу, чтобы она голодала.
Накрыв на кухонном столе, иду наверх, чтобы Яну позвать с собой позавтракать.
У Яны снова закрыто. Стучу деликатно.
— Отстань! Я не хочу с тобой говорить!
— Яна, это я.
Яна тут же мне открывает.
— Я думала, это папашка.
— Он уехал на работу. Пойдем, позавтракаем.
Глава 8
— Я не буду сидеть с этой крысой за одним столом, — шипит дочь, имея в виду свою сестру.
— Ее не будет. Она с нами и не сядет. Она к себе в комнату ушла.
Кира сейчас в комнате своей скроется до самого возвращения отца. Будет делать вылазки только за едой. Я намерена игнорировать дочь.
— Да конечно… Только мы сядем, она заявится, чтобы взбесить меня. Не первый день ее знаю.
Да, Кира любит устраивать провокации. Для нее это как соревнования. Ей вечно нужно показать свое превосходство перед сестрой.
— Ничего такого не будет. Идем. Заодно и поговорим.
— Ладно… — вздыхает Яна и выходит ко мне в коридор.
Вместе мы спускаемся вниз, заходим в кухню.
Яна садится на свое любимое место поближе к окну. Сразу делает глоток фруктового чая, который еще не успел остыть. Я приготовила все как она любит.
Ничего не говорит. Молчит. Видно, как она подавлена. Для нее тоже рухнул целый мир. Это было неожиданно для нас обеих. Ее сестра давно уже со всем смирилась. Ей даже лучше теперь будет. Не будет рядом меня, чтобы останавливать отца от ее необоснованных запросов. Она на телефоне не остановится. А Глеб на радостях из-за своей новой любви будет выполнять ее любые капризы. Так что бесполезно пытаться переубедить Киру. Тут нужна другая тактика.
— Не ковыряйся, а поешь нормально, — говорю Яне.
— Я думала, ты поговорить хочешь.
— Хочу, конечно. Отец к тебе приходил, да?
— Стучал. Я его послала.
— А он что? — делаю глоток вишневого сока. Захотелось. Вообще я не любитель выпить сока с утра. А вишневый мой любимый. Кофе с трудом выпила для бодрости.
— Он напомнил мне, что он мой отец, и я должна его слушаться, — закатывает глаза. — Я все равно ему не открыла, и он ушел, пообещав, что вечером нас всех ждет серьезный разговор и мне придется выйти из комнаты.
Семейный совет, так называемый. На котором говорить будет только он. А все должны будут сидеть с закрытыми ртами.
— Ну да, прятаться не получится.
— Мне не о чем с ним говорить. Пусть со своей курицей говорит.
Наверное, мне стоит прямо сейчас дочери рассказать о планах отца. Чтобы она знала. Очередного «сюрприза» ее психика просто не выдержит.
Хорошо бы, конечно, чтобы она сначала поела, но у нас обеих нет аппетита.
— Разговор важный, Яна… Папа твой судьбу нашу будет решать. Точнее, он уже решил. Объявить нам хочет.
— По-моему, он уже вчера все объявил, — язвительно хмыкнула дочь, все-таки съедая кусочек яичницы. — Вы разводитесь с ним, чтобы он мог жениться на своей сучке. Кира будет подружкой невесты. Хэппи энд! — театрально раскидывает руки в сторону Яна. Смешно.
Если бы…
Но она еще не подозревает, что затеял ее отец, как он видит ее будущее.
— Ян, все немного не так.
— Что не так? Ах да, моя сестренка слишком мелкая, чтобы быть подружкой невесты.
— Твой отец хочет, чтобы Эленора жила тут.
А вчера привел ее специально, чтобы новые ее владения показать.
Яна перестает жевать и вилку в тарелку опускает.
— В смысле?.. Он что… он что совсем офигел⁈ — взрывается дочь, округлив глаза. — Эта дрянь будет жить с нами? Потому что у нас в доме комнат свободных много? Папа решил сэкономить⁈
— Яна, нет…
— Мы будем ее терпеть⁈ Ты будешь ее терпеть⁈ Может, еще завтраки, обеды и ужины будешь для них готовить⁈ — гневно выпаливает дочь.
— Ян, я ничего не буду для них готовить.
— А, то есть то, что папа где-то за стенкой будет спать с ней, это так ничего? Не надо на меня так смотреть! Я уже не маленькая. Прекрасно знаю, чем там папа с этой кобылой занимается.
— Яна, послушай меня, пожалуйста, — и дочь шумно выдыхает, немного успокоившись и откинувшись на спинку стула. — Твой отец не собирается экономить. Совсем наоборот. Он уже все устроил так, чтобы никто никого не беспокоил. То есть, я не беспокоила.
— Не… не поняла… — дочь начинает догадываться. — Он, что…