Страница 92 из 101
Глаза Сорши сузились, а лицо побледнело.
— А, — сказала она, поняв, что он имел в виду. — Я позабочусь об этом. А теперь о пропавшем блокноте.
— Он в кабинете адмирала Теннона, — ответил Алекс. — Позвони ему и скажи, что мы приедем к нему, и пусть захватит с собой коммандера Вона.
— Думаешь, блокнот у кого-то из них? — предположила она.
— Не хочу объяснять дважды, — сказал он, указывая на свои порванные брюки. — У меня в хранилище есть запасной костюм. Я переоденусь, пока ты звонишь, а потом ты нас телепортируешь.
Телепортация была не самым любимым способом передвижения для Алекса, как и выстрел из пушки. Больше всего это напоминало ощущение, будто тебя засунули в стиральную машину и выжали досуха, а потом свернули и протолкнули в тёмную трубу. Обычно после такого его бросало в дрожь, а сердце бешено колотилось, но после той ночи, которую он провел, Алекс просто упал на колени, и его вырвало, когда они с Соршей оказались у небольшого здания, в котором располагался кабинет адмирала Теннона.
Ему удалось отвернуться от Сорши, но у нее были свои проблемы: она хватала ртом воздух и не могла встать. Наконец Алекс справился с дрожью и заставил себя подняться. Он вытер рот платком, а затем помог Сорше встать.
— Ты действительно умеешь доставить девушке удовольствие, — сказала Сорша, когда он поднял ее с земли.
— Забавно, — ответил он, взял ее под руку и направился к двери.
Последний раз Алекс смотрел на часы около шести, так что сейчас, наверное, было уже больше семи. В плохо построенном здании было темно и пусто, за исключением кабинета в конце коридора. Пухлый коммандер Вон сидел на столе лейтенанта Ливитта, прижав к уху телефонную трубку. Увидев Алекса и Соршу, он махнул им рукой, приглашая войти.
— Мне все равно, — говорил он в трубку. — У него один исправный двигатель, скажи ему, чтобы немедленно приступал к работе, это приказ.
Вон повесил трубку и встал.
— Прошу прощения, — сказал он. — Мы весь день переводили корабли.
— Я думал, вы сделали это несколько дней назад, — сказал Алекс.
Вон рассмеялся.
— Переместить большой корабль, это не то же самое, что спустить на воду яхту, — сказал он. — Только на то, чтобы завезти на борт провизию и топливо, могут уйти дни.
Он подошел к двери адмирала, постучал и толкнул ее. Адмирал Теннон сидел за столом и тоже разговаривал по телефону. На его рабочем столе громоздилась гора бумаг, и выглядел он усталым и раздраженным.
— Подождите минутку, — сказал Теннон, глядя на Вона. — "Каролина" уже в пути?
— Будет готова через час, — ответил Вон.
Теннон кивнул и снова поднес трубку к уху.
— "Каролина" выходит в море, — сказал он. — Передайте капитану Фалуэллу, чтобы он отчаливал, как только выйдет из гавани. — Он повесил трубку и встал, повернувшись к Сорше. — Как видите, мисс Кинкейд, мы все очень заняты, так что, пожалуйста, объясните, зачем вы здесь.
Сорша выжидающе посмотрела на Алекса.
— Нам нужна записная книжка доктора Бёрнхэма, — сказал Алекс так, словно это была вполне разумная просьба, как если бы он попросил у библиотекаря копию альманаха.
— О чем вы говорите? — рявкнул Теннон. — Вы же прекрасно знаете, что у нас ее нет.
— Не хочу с вами спорить, адмирал, — сказал Алекс, — но она в вашем сейфе.
— Что за чушь, — прорычал Теннон, глядя на Соршу. — У меня важная работа, а вы тратите мое время.
— Уделите мне минутку, — сказала она с очаровательной улыбкой.
Теннон на мгновение сжал кулаки, но потом успокоился, хотя и закатил глаза, когда открыл ящик стола и достал черную записную книжку в переплете из плотной бумаги. Он подошел к шкафу, за которым скрывался сейф, открыл его и сверился с записями. Когда он начал набирать код, Сорша наклонилась к Алексу, и его окутал аромат ее духов с розовым маслом.
— Если блокнот в этом сейфе, — прошептала она, — то почему его не смогла найти твоя поисковая руна?
— Это огнеупорный сейф "Чабб", — прошептал в ответ Алекс.
Теннон повернул рычаг и открыл тяжёлую дверцу.
— Я вижу, — сказала Сорша. — Поэтому дверца такая толстая, она утеплена.
— И защищена магически, — добавил Алекс.
— Ну и что? — спросил Теннон, указывая на открытый сейф. — Не знаю, что вы ищете, но здесь этого нет. Не хотите объясниться?
У Алекса кровь застыла в жилах. Он хорошо помнил содержимое сейфа, но теперь чего-то не хватало. Кожаного фолианта, который лежал в дальнем углу нижнего отделения, не было на месте. Алекс оглянулся на кабинет, наконец осознав, что он не заметил, когда они входили.
— Где лейтенант Ливитт? — спросил он.
— В лазарете, — ответил Вон. — Он плохо себя чувствовал.
— Постойте, — сказала Сорша, хватая Алекса за руку. — Вы думаете, что Ливитт украл машину Бёрнхэма?
— Это абсурд, — рявкнул Теннон, его лицо исказилось от гнева. — Ливитт, прекрасный и преданный своему делу офицер. Он даже не знал о проекте "Тенистое дерево".
— И он не мог знать никаких китайцев, — добавил Вон.
Алекс бросил на адмирала Теннона холодный взгляд.
— Конечно, он знал о "Тенистом дереве", — сказал Алекс. — У него есть доступ к вашему сейфу, и он делает заметки на ваших совещаниях. — Он достал из кармана сложенную фотографию, которую взял из дома Конни Торрес, и передал ее Сорше. — Что касается китайцев, то лейтенант действительно знаком с некоторыми из них благодаря своему отцу.
— Кто, черт возьми, отец Ливитта? — спросил Теннон.
— Уильям Хендерсон, — ответил Алекс.
— Посол США в Китае? — спросил Вон.
— Не может быть, Алекс, — сказала Сорша. — У Хендерсона был только один ребенок, Дэвид Хендерсон, и он умер три года назад.
— Нет, — возразил Алекс. — Не умер. Помните, Дэвид позорил своего отца, и старый добрый папаша оставил его без гроша.
— Поделом ему, насколько я помню, — сказал Теннон. — Этот парень был грубияном.
— Верно, но он был единственным сыном Хендерсона, — продолжил Алекс. — Он не хотел, чтобы его сын жил на улице, и хотел преподать ему урок.
— А что может быть лучше, чтобы привести своенравного ребенка в чувство, чем служба на флоте, — предположила Сорша.
— Именно, — сказал Алекс. — Папаша выдумывает историю о смерти Дэвида, а потом покупает ему офицерское звание. Вероятно, он использует свое влияние, чтобы устроить Дэвиду тепленькое местечко в качестве адъютанта.
— Я отказываюсь в это верить, — сказал Теннон. — Лейтенанта Ливитта зовут не Дэвид, а Рэндалл.