Эпифания Длинного Солнца

— А уж осведомленность Твоего Высокомудрия в любых.. э-э.. материях, какие ни возьми, поистине поражает.. мм.. воображение.

— Постой, – приняв решение, распорядился Кетцаль. – Мятежи. Что Аламбрера? Пала?

— Что-что, прости?.. Аламбрера? Э-э.. нет, Твое Высокомудрие. Сколь мне известно, нет.

Негромко вздохнув, Кетцаль потянулся за чашкой с бульоном.

— Значит, сегодня вечером.. Сядь, патера. Вечно ты прыгаешь, скачешь, на месте не усидишь. На нервы, надо заметить, действует. Не доведет тебя непоседливость до добра. Лемур мертв. Об этом ты знаешь?

Ремора, со стуком захлопнув невольно разинутый рот, опустился в кресло.

— Не знаешь. Хотя по службе обязан держаться в курсе событий.

Ремора пристыженно склонил голову, признавая за собой упущение.

— Позволь осведомиться, Твое Высокомудрие..

— Каким образом о сем узнал я? Тем же самым, каким узнал, что женщина, за которой ты послал Наковальню, отправилась к озеру Лимна вместе с патерой кальдом. С Шелком.

— Твое Высокомудрие!

Кетцаль вновь одарил Ремору безгубой улыбкой.

— А не боишься ли ты, патера, что меня арестуют? Бросят в ямы? Вероятнее всего, Пролокутором в таком случае станешь ты.. а ям я не боюсь.

Удлиненная, без единого волоска, голова Кетцаля мелко закачалась, запрыгала над чашкой.

— Бояться ям, в мои-то годы.. Ничуть, ничуть!

— И тем не менее молю, Твое Высокомудрие, будь.. э-э.. осмотрительнее.

— Отчего город не пылает от края до края, патера?

Захваченный врасплох, Ремора бросил взгляд за ближайшее из окон.

— Глинобитный кирпич, крылокаменные стены. Деревянные брусья, поддерживающие верхние этажи. Солома либо черепица кровель. Минувшей ночью сгорели пять торговых кварталов. Отчего же сегодня огнем не охвачен весь город?

— Ливень, Твое Высокомудрие, – призвав на помощь всю храбрость, предположил Ремора. – Обильные.. э-э.. осадки с раннего утра.

— Именно, именно. В мольпицу патера кальд, Шелк, отправился с некоей женщиной в Лимну. В тот же самый день ты отправил туда Наковальню на поиски особы, «водящей с патерой знакомство». Также женщины, поскольку уточнений ты всячески избегал. Ну а за час до обеда со мной говорил по стеклу советник Лори.

Ремора напрягся всем телом.

— Он-то и сообщил Твоему Высокомудрию, что советника Лемура более нет среди нас?

Кетцаль покачал головой вправо-влево.

— Напротив, патера: он сообщил мне, что Лемур жив. Жив, невзирая на слухи о его смерти. Каковые он и просил меня опровергнуть сегодня, после полудня.

— Но если советник.. э-э.. Лори уверяет, что..

— Значит, Лемур, вне всяких сомнений, мертв. В противном случае он побеседовал бы со мною лично. Либо показался бы в Хузгадо. Либо и то и другое.

— Но пусть даже так, Твое Высокомудрие..

Возражения коадъютора, словно поддержав нетерпеливый взмах узкой ладони Кетцаля, оборвал очередной раскат грома.

— Сумеет ли Аюнтамьенто одержать верх без него? Вот в чем вопрос, патера, вот в чем вопрос! Мне нужно твое мнение.

Дабы заручиться хоть каким-нибудь временем на раздумья, Ремора потянулся к собственной чашке, отхлебнул давно остывшего чаю.

— Помимо Аламбреры, немало оружия и боеприпасов.. э-э.. так сказать, мускулов всякой распри, хранится в.. э-э.. расположении расквартированной в городе стражи.

— Это я знаю сам.

— Ну, а Аламбрера, Твое Высокомудрие – сооружение весьма.. мм.. внушительное. По моим сведениям, одна ее наружная стена достигает двенадцати кубитов.. э-э.. в поперечнике.. однако Твое Высокомудрие полагает, что нынче вечером она сдастся? Могу ли я узнать, из каких источников Твое Высокомудрие почерпнул сии сведения, прежде чем высказать мнение?

— Ни из каких, – буркнул Кетцаль. – Просто-напросто размышляю вслух. Если Аламбрера продержится еще день или около, патера кальд Шелк проиграл. Таково мое мнение. Теперь я хочу услышать твое.

— Твое Высокомудрие оказывает мне великую честь. По-моему, тут следует принимать в расчет также.. мм.. спящую армию. Несомненно, советник Лемур.. э-э.. Лори не замедлит призвать ее.. э-э.. под ружье, буде сочтет положение.. мм.. угрожающим.

— Твое мнение, патера.

Чашка Реморы задребезжала о блюдце.

— Пока.. э-э.. верность городской стражи остается.. мм.. безукоризненной, Твое Высокомудрие.. – Осекшись, Ремора шумно перевел дух. – На мой взгляд, хотя я, разумеется, в делах военных.. мм.. не специалист, пока городская стража верна властям, патере кальду.. э-э.. мм.. победы не одержать.

Казалось, Кетцаль слушает только грозу: часы в форме гроба, стоявшие у дверей, успели оттикать не менее пятнадцати раз, а комнату все это время наполняло лишь завывание ветра да хлесткий стук дождя в стекла окон.

— Ну а, допустим, тебе сообщили, что часть стражи уже перешла на сторону Шелка?

Ремора невольно вытаращил глаза.

— У Твоего Высокомудрия?..

— Не имеется никаких резонов так полагать. Вопрос мой – чисто гипотетический.

Прекрасно знакомый с «гипотетическими» вопросами Кетцаля, Ремора вновь перевел дух.

— Тогда я, Твое Высокомудрие, сказал бы, что в столь злосчастном положении.. при столь плачевном стечении.. мм.. обстоятельств наш город окажется в.. мм.. весьма опасных водах.

— А Капитул?

Ремора удрученно поник головой.

— И Капитул также, Твое Высокомудрие. В той же степени, если не хуже. Будучи авгуром, Шелк вполне.. э-э.. вполне может объявить себя не только кальдом, но и Пролокутором.

— Действительно. Почтения к тебе, коадъютор, он не питает?

— Отнюдь, Твое Высокомудрие! Совсем.. э-э.. наоборот!

Кетцаль молчал, прихлебывая из чашки бульон.

— Неужели Твое Высокомудрие.. э-э.. намерен поддержать сторонников.. мм.. патеры кальда силами Капитула?

— Поручаю тебе, патера, составить и разослать циркуляр. В твоем распоряжении почти шесть часов, и этого более чем достаточно, – распорядился Кетцаль, не отрывая взгляда от чашки с неподвижной, густой бурой жидкостью. – После службы в Великом Мантейоне я его подпишу.

— Наказ всему клиру, Твое Высокомудрие?

— Подчеркни особо: наш священный долг – утешение раненых и Прощальная Формула для умирающих. Намекни также – намекни, избегая определенности в утверждениях, что..

Осененный новой идеей, Кетцаль умолк.

— Да, Твое Высокомудрие?

— Что смерть Лемура положила конец былым притязаниям советников на власть. С патерой кальдом, с Шелком ты, говоришь, знаком?