Страница 55 из 75
Глава 35. Юля
Глава 35 Юля
Когда я слышу, что мое заявление не подпишут, пока не переговорю с начальством,
чувствую, как в груди вскипает злость. Да что им всем от меня нужно?! Можно уже
наконец оставить в покое!
Мне вообще-то нервничать нельзя, это первое, что заявил врач. Я только начала
понемногу успокаиваться, и вот опять стресс.
Ни минуты не сомневаюсь, что это дело рук Игната. Его заместителю на меня наплевать.
Нет, мы нормально общались по работе. Но держаться за меня нет причин, я точно не
незаменима.
А вот зачем это делает Игнат, я не понимаю. До сих пор злится, что не согласилась на
его условия? Мстит за то, что пыталась навесить на него ребенка?
Так я вроде ничего не просила, хотела просто сообщить. Думает, потом начну требовать
денег? Неужели совсем не успел меня узнать? Вот это обиднее всего.
На самом деле я понимаю, его наверняка не раз пытались поймать ложной или даже
настоящей беременностью. Но что же теперь, надо было промолчать? Тогда потом
получила бы обвинения, что скрыла.
А вообще я устала. Не нужно мне было связываться с Красильниковым. К сожалению даже
понимание этого не уберегло от очередной ошибки. А расплачиваться за нее придется не
только мне, но и моему малышу.
Но я постараюсь максимально оградить нас обоих от стрессов. И уж точно больше не
собираюсь видеться с Игнатом. В результате ровным тоном доношу до сотрудницы отдела
кадров, что ее требование незаконно.
А если они и дальше будут тянуть с заявлением, получат заказное письмо с уведомлением
о вручении и описью. Этого достаточно, чтобы мое увольнение было признано судом.
Бросив трубку, возвращаюсь к своим делам. Продолжаю рассылать резюме и искать новую
квартиру. Выписываю несколько адресов. Хочу для начала съездить на место и
посмотреть районы. Изучить обстановку.
Иногда на фотках все красиво, а на самом деле полный кошмар. Можно было бы нанять
риелтора, чтобы подобрал жилье под мои запросы. Но во-первых, самой надежней. А
во-вторых, мне сейчас не стоит разбрасываться деньгами.
И все же переживания дают о себе знать. Спустя пару часов внезапно ощущаю, как
начинает тянуть живот. Бегу в ванную и проверяю. А когда вижу пятна крови, едва
сдерживаю панику. Я уже люблю своего малыша и не могу его потерять.
Быстро одеваюсь, вызываю такси и мчусь в женскую клинику. Сама садиться за руль не
рискую, от стресса даже руки дрожат. Пока едем, нежно поглаживаю живот и
разговариваю с ребенком. Прошу его держаться и не оставлять маму одну.
Плохо помню, как добираюсь до клиники. Как прошу срочный прием, возможно излишне
эмоционально. Даже мужчина, стоящий у регистратуры, странно на меня оглядывается. И
почему-то кажется мне знакомым. Похоже, уже началась паранойя.
К счастью принимают меня без задержек. И первые же слова врача приводят в чувство. В
первом триместре такие симптомы случаются и обычно не означают ничего критического.
Но конечно, полную диагностику мне проведут.
Спокойная уверенность доктора быстро снимает стресс. А окончательно я расслабляюсь
после узи, которое показывает, что с малышом все в порядке.
Даже становится немного стыдно, что так сильно поддалась панике. Я ведь читала на
форумах для мам о чем-то подобном. А столкнувшись с этим, не вспомнила.
Теперь уже нормально беседую с врачом. Он к счастью никуда не торопится и
обстоятельно объясняет мне нюансы. Перечисляет, на что нужно обращать внимание, а
чего не стоит пугаться.
Наверное после адреналина у меня наступает откат, чувствую себя немного вялой и
заторможенной. Потому даже не дергаюсь, когда дверь кабинета резко распахивается, и
в проеме появляется Игнат.
— Я занята, — сообщает ему доктор. — Подождите пожалуйста своей очереди.
Но Красильников конечно не слушает и заходит внутрь, прикрывая за собой дверь. Врач
хмурится и произносит настойчивее:
— Вы же видите, у меня пациентка. Придется подождать. Если вопрос срочный, скажите в
регистратуре. Вам назначат другого врача.
— Я как раз по поводу пациентки, — кивает на меня Игнат.
— А вы собственно кто? — интересуется она, бросив на меня вопросительный взгляд. Я
пока молчу, пытаясь понять, какого черта Красильникова сюда принесло. Но на вопрос
отвечаю, хотя он задан не мне. Точнее, мы с Игнатом одновременно отвечаем:
— Отец ребенка…
— Никто…
Доктор недоуменно округляет глаза, потом качает головой. И сообщает Игнату:
— Если вы не муж, и пациентка не подтверждает ваши притязания, ничем не могу помочь.
Врачебная тайна не позволяет беседовать с вами на эту тему. Еще раз прошу вас выйти.
— Хорошо, — дергает лицом Красильников, мрачнея. — Я могу переговорить с вашей
пациенткой с глазу на глаз? Буквально пара слов.
— Мы уже практически закончили. Сейчас выдам заключение, и поговорите, — в голосе
доктора появляются жесткие нотки. Видимо, Игнат ее утомил.
Полоснув меня непонятным, предупреждающим взглядом, он наконец покидает кабинет. А
врач поворачивается ко мне, задумчиво разглядывает и сообщает:
— У нас тут всегда дежурит охрана, в конце коридора. Разное случается. Пациентки или
мужья бывают неадекватные. Если что, зовите. Вам помогут. И еще раз напоминаю,
никакого стресса. Оградите себя от них. А особенно от людей, которые эти стрессы
создают. Вот возьмите, — подает мне бланки назначений. — Жду через две недели на
плановый осмотр.
Убрав все в сумочку, благодарю и выхожу в коридор, сразу натыкаясь взглядом на
подпирающего стену Игната. Очень хочется сбежать, но избежать разговора явно не
получится.
Повернув голову, действительно замечаю в конце коридора охранника в форме. Это
немного успокаивает. Недалеко от него пустая ниша у окна. Направляюсь туда, слыша за
собой шаги.
Торможу, поворачиваюсь и холодно уточняю:
— Что тебе нужно?
— Поговорим в машине? — вместо ответа предлагает Игнат. Взгляд у него непонятный. Не
злой, а какой-то напряженный. Слишком уж пристально вглядывается в мое лицо. Что он
там ищет?
— Нет, — твердо качаю головой. — Говори тут.
— Ладно, — хмурится он. А потом вдруг спрашивает с непривычной нерешительностью в
голосе: — Ты ведь не… — и замолкает.