Страница 166 из 215
Возвращая Росомахе письмо Гиацинт, Наковальня глумливо осклабился. На новой печати, вроде прежней, но не такой же в точности, красовалось изображение язычка пламени, пляшущего над парой сложенных горстью ладоней.
— Должно быть, полное ее имя – Гименокаллис, – заметил Наковальня. – Мило, мило. Сам раз или два таким пользовался.
— Писал все это не я, – мрачно буркнул в ответ Росомаха. – А тебе велено поскорей написать патере Шелку записку с распоряжением явиться к Его Высокопреосвященству в тартлицу. Время назначь сам и отметь в дневном расписании Его Высокопреосвященства.
Коротышка протонотарий закивал, скаля заячьи зубы.
— А ты возьмешь на себя доставку его по адресу? Не хотелось бы, знаешь, высвистывать другого мальчишку.. только из-за того, что старику Реморе потребовалось загнать в будку разгулявшегося кобелька.
Пухлый патера Росомаха, побагровев, сжав кулаки, придвинулся вплотную к нему.
— Закрой рот, женка авгурская! Патера Шелк – настоящий мужчина. Что б он ни проделывал с этой девицей, он стоит дюжины таких, как ты, и трех вроде меня. Запомни сие как следует.. особенно соотношения, ясно?
Наковальня, подняв на него взгляд, улыбнулся от уха до уха:
— О-о, Росси! Да ты, я вижу, влюблен!