Страница 14 из 73
В одних городах нас принимали вполне тепло, зрители хлопали после каждой песни и даже просили повторить на бис. Естественно, особой популярностью пользовались «Девушка» и «Гуляка», которые мы играли в конце. А иногда зал замирал с самого начала и оставался холодным до финальных аккордов, как на самом первом концерте. Он снова чуть не выбил коллектив из колеи.
Разница в реакции не зависела от качества игры или настроения музыкантов. Скорее дело в привычках местной публики и в том, кому профкомы раздавали билеты. Где-то зал заполнялся людьми, пришедшими по своей воле, и тогда атмосфера становилась живее. Но часто состав зрителей был смешанным, и предсказать реакцию оказывалось невозможно. Мы молодая группа, поэтому о своей аудитории можно только мечтать.
Дорога между городами утомляла больше, чем именно выступления. Всё-таки «ПАЗик» — не самый комфортный автобус. В салоне было тесно от инструментов и аппаратуры. Домой мы возвращались всего несколько раз, если приходилось играть в ближайшем городе. Ночевать чаще приходилось в заводских общежитиях, где были свободные комнаты. Кровати там старые, пружинные, сильно скрипели. Ну и размещали нас часто по трое или четверо, что тоже давало дополнительную нагрузку на нервы.
Но мы с парнями не жаловались. Надо понимать, что это нормальные гастрольные будни. В СССР с инфраструктурой большие проблемы, к чему местный народ относится спокойно.
Несколько раз случались казусы с аппаратурой. Благо бывший радист теперь в составе «Снов». В одном из ДК усилитель отказал прямо перед выходом на сцену, и Олегу пришлось уговаривать местного коллегу срочно искать замену. В другом городе микрофоны начали фонить во время исполнения второй песни. Пришлось делать незапланированный перерыв, чтобы не играть с постоянным гулом в колонках. Такие моменты сбивали музыкантов с ритма, но они научились быстро перестраиваться и не обращать внимания на технические неполадки. Работники ДК часто оказывались людьми пожилыми, привыкшими к своему распорядку, и иногда начинали чудить. Например, нам однажды выключили свет в середине выступления. Другой раз устроили бардак, в последний момент, изменив план рассадки зрителей. Ага, здесь народ не танцует у сцены, а сидит в креслах, иногда похлопывая в ладоши.
Дважды концерты попытались запретить на местном уровне. В одном городе парторг пришёл на саундчек, прослушал пару песен и усмотрел в текстах слова, не соответствующие официальной линии. Хотя конкретных претензий товарищ сформулировать не смог. Он вызвал директора ДК и потребовал отменить вечернее выступление, ссылаясь на общие формулировки и напирая на идеологическое несоответствие. Гудкову пришлось доставать разрешительные бумаги, доказывая, что репертуар согласован и одобрен всеми инстанциями. Спор занял почти два часа, но концерт в итоге состоялся. Плохо, что публика уже начала расходиться из-за задержки.
Во втором случае претензии возникли не к текстам, а к манере исполнения. Местному партийному боссу показалось, что гитарные соло звучат слишком резко и вызывающе для обычной эстрады. Я объяснил, что это просто рок-н-ролльная аранжировка, где все партии расписаны согласно требованиям комиссии «Москонцерта», и без отклонений. Секретарь не стал настаивать на отмене, но попросил «сделать звук потише» и «убрать излишнюю энергию». Это уже касалось моей манеры поведения на сцене. Оказывается, товарищу уже донесли информацию о певце-кривляке. Здесь хоть стой, хоть падай.
Но в итоге удалось договориться. Я сначала не понимал, зачем администратор загрузил в автобус два ящика армянского коньяка. Вообще-то, у нас во время тура сухой закон. Да и сам Семёныч не похож на алкоголика. Однако по мере исчезновения бутылок приходило понимание. Это с трактористом можно расплатиться водкой. В нашем случае товарищи предпочитают более благородные напитки.
Несмотря на все трудности, тур действительно дал группе бесценный опыт. Мы научились настраиваться за пятнадцать минут до выхода, независимо от состояния дороги и качества сна. Парни перестали обращать внимание на пустые глаза в зале, продолжая работать с полной отдачей, потому что иначе нельзя. Каждый концерт становился тренировкой, а каждая неудача — уроком, который запомнится надолго. Я попросил Гудкова записывать в блокнот замечания по каждому концерту. В первую очередь наши ошибки или то, на какие песни публика совершенно не реагирует. После окончания необходимо всё проанализировать.
В конце тура мы подсчитали, что сыграли больше песен, чем планировали. Несколько композиций пришлось петь на бис. Главное — ни один концерт не был сорван несмотря на попытки местных номенклатурщиков и проблемы с аппаратурой. В какой-то момент я почувствовал, что группа стала более слаженной и уверенной, даже если реакция публики оставалась скромной.
К последнему дню вояжа все устали до такой степени, что мечтали только об одном — вернуться домой и проваляться в кровати не менее суток. При этом никто не говорил, что тур стал ошибкой или мы зря потратили время. Наоборот, в автобусе парни обсуждали, где в следующий раз можно выступить лучше и что изменить в программе. Заодно пора выходить на свою аудиторию. Семёныч тоже строил планы, хотя официальных запросов на новые выступления пока не было. Думаю, это вопрос решаемый. Ушлый администратор в каждом городе общался с представителями разных организаций.
Перед последним выступлением нас заселили в стандартную общагу. Благо здесь оказались комнаты на два человека. Администратор куда-то умотал, а я искупался и завалился спать. Приехали мы вечером, хорошо, что успели поесть. Здесь тоже подсуетился Гудков. Парни тоже легли отдыхать, а я всё не мог заснуть. Из головы не выходил первый концерт, который по закону подлости стал тем самым комом. Вернее, чуть не стал.
Зал ДК «Химик» оказался новым, с хорошей акустикой и приличным светом. Вентиляция работала средне, но к этому быстро привыкаешь. Публика собралась взрослая, в основном рабочие с завода, скорее всего, явились по поручению профсоюза. Молодёжи было немного, и она расположилась на галёрке. Несколько парней и девушек, что заняли первые ряды, явно пришли по своему желанию. Но их было слишком мало, чтобы создать живую атмосферу, на которую я рассчитывал перед выступлением. Зал, вообще, разочаровал проплешинами.