Страница 255 из 273
— Тогда ты бьешь снова, куда сильнее, приклад пулевого ружья разбивает беззубые десны, крошит клыки кровопийцы, вот только тебе никогда не удастся забыть ее взгляда, и мы с тобой – да-да, и я тоже – еще не раз увидим ее глаза в предрассветные ночные часы. Доживешь до моих лет – и то ее глаз не забудешь..
Шкура неохотно кивнул.
— А спустя еще сотню лет все ингуми, сколько ни есть их в сем круговороте, стали бы чуточку беспощаднее, кровожаднее, заносчивее – и все из-за того, что мы с тобой сотворили нынешним вечером. Помни: ингуми переймут от нас все. Пусть даже поневоле.
— Ладно, я понял.
— Перед самым концом гаонской войны я освободил своих ингуми от службы – всех, в том числе и Джали. Отчего я, по-твоему, так поступил?
Шкура беспокойно поежился.
— Не нужны больше стали.
— Как это «не нужны»? Применений им я мог бы найти множество. Поверь, мне ведь чего только не приходило в голову! К примеру, завоевав поселения вниз по реке, основать империю. Или хотя бы, воспользовавшись их услугами, взять под свою руку Хань и упрочить власть над Гаоном. Когда Крапива отправила вас с братом искать меня? Не так уж давно, верно?
Шкура кивнул.
— Я мог бы послать ингуми за вами, велев доставить вас, всех троих, в Гаон, и мы стали бы там правящим семейством, каковым явно становится в Бланко семья Инклито, а после моей смерти вы с братом сцепились бы насмерть в схватке за трон.. Все эти возможности я отверг и предпочел уйти с трона, вверенного мне гаонцами, – отчасти, поскольку знаю, или полагаю, будто знаю, что случилось с Соседями.. поскольку знаю, что выстроенные ими башни еще тянутся к волглым, сырым небесам Зеленого, тогда как их города, рассыпавшись в прах, обернулись безликими, безымянными холмами.
Умолкнув, я подождал отклика, однако Шкура лишь таращился на меня, слегка приоткрыв рот.
— На Зеленом, Шкура, Прежние проделали то же самое, что я сделал в Гаоне. Заставили ингуми служить им и с течением времени все сильнее, сильнее зависели от собственных слуг. Позволили слугам летать на Синий, а может, даже возили их сюда кормиться. Видишь ли, я сам дал своим ингуми позволение кормиться кровью жителей Ханя. Убеждая себя: такова-де война, и Набольший В Хане наверняка поступил бы с нами в точности так же.. однако сам я, ступая на этот путь, твердо решил сойти с него при первом же случае.
— А что случилось, когда здесь не осталось Прежних совсем? – сдавленно пролепетал Шкура. – Когда ингуми погубили всех до единого?
— Возможно, до этого и не дошло, – возразил я. – Возможно, немногим удалось спастись. Возможно, горстка Прежних живет где-нибудь здесь по сию пору. Однако со временем – и вряд ли на это потребовалось больше двух-трех сотен лет – набеги на Синий утратили для ингуми смысл.
— И что было дальше?
— А это ты, думаю, уже знаешь сам, – ответил я и пожелал Шкуре спокойной ночи.