Страница 107 из 273
А взять хоть того же Бахара? (Всего один пример, хотя я мог бы привести их целую сотню.) Он тоже один из тех, кто силой завез меня сюда. По моему приказанию он купил лодку, сел в нее и покинул родные места, крайне напомнив мне человека по имени Бивень, давнего моего знакомца. У меня нет ни малейших сомнений: сейчас Бахар трудится, выполняя возложенное на него поручение, и выполняет его со всем возможным старанием. Подтверждают сие три лодки с грузом, с простой, дешевой провизией, присланные нам недавно, и я нисколько не удивлюсь, если завтра к пристани подойдут еще три. Мой приказ он исполнил, не возразив ни словом, оставив мастерскую на подмастерьев. Неужто я ничего не должен Бахару?
Допустим, не должен. Это не так, но допустим.
Тогда что же с моими женами? Пехла и Альбухара ждут малышей. С каждой из них я лежал рядом, каждой нашептывал слова любви, для многих мужчин не значащие ничего. Неужто этим многим уподоблюсь и я, их супруг?
Твердо отвечу: нет. Не уподоблюсь.
И во все свои наставления, обращенные к сыновьям, я искренне верил сам. Согласен, человек я скверный. Жила всю жизнь так считал и был прав. Разумеется, до Шелка мне далеко, но неужели я скверен до такой степени? Да, я оставил Крапиву, но вовсе не бросил ее на поругание и смерть.
Ну и, наконец, Вечерня со всеми прочими ханьцами. Допустим, она сойдет только за жену и значит для меня не больше, чем та же Чанди. Значит ли она меньше? У нее есть мать с отцом, братья с сестрами, двое дядюшек и три тетки. Всех их она любит, но сейчас они во власти тирана, и если Гаон проиграет войну либо сдастся, останутся в его руках.
Вдобавок, если мы победим, я и иглострелом, и всем чем угодно разживусь без труда.
Вижу, я здесь писал о том поселении на берегу великой реки. Кажется, времени с тех пор миновала целая вечность..
Куда же я дел глаз майтеры? Да, разумеется, спрятал в самую глубину вон того, дальнего верхнего ящика. Не уложить ли его в седельную сумку прямо сейчас? То-то она обрадуется!
Да, и ризы. Ризы с семенной кукурузой. Где же они?
Нашел – в недрах платяного шкафа. Глаз Оливин положил в карман. На Зеленом мне посчастливилось проникнуть в секрет, которого ингуми не желали бы раскрывать никому. Да, я обещал хранить его в тайне, но кто когда-либо прочтет все это, кроме меня самого? Вдобавок, молчать я, конечно, поклялся, однако держать в тайне сам факт клятвы вовсе не обещал. Могу не только спасти их, но и пригрозить им, и оба средства без стеснения пущу в ход.
Эту войну мы должны, обязаны выиграть.
А после я отправлюсь домой.