Какого темного?

Глава 24 Властелин ведет игру

Утром я проснулся в замечательном настроении. И его не могли испортить ни противный звук трубы, ни настойчивый стук в дверь. А ведь не надо быть пророком, чтобы понять – если в семь утра кто-то жаждет вас увидеть, вряд ли это к добру. Поэтому я не торопился открывать. Сладко потянулся, спустил ноги на пол. Отметил, что на этот раз Кай даже ночевать не пришел – вот еще демон влюбленный. И только тогда открыл замок.

На пороге обнаружилась живописная картина. Родес, по самые уши закутанный в плащ, и Деммер, рога которого нельзя было скрыть под одеждой.

— А где третьего потеряли? – миролюбиво спросил я.

— Терри не захотел идти с нами, – ответил Родес. – Слушай, темный, я все понимаю, мы виноваты. Не надо было так глупо шутить над тобой. Просим прощения. А теперь, пожалуйста, убери свое проклятие.

— Парни, я бы с радостью, – ответил вполне искренне, потому что злость за прошедшие дни улеглась. – Вот только есть одно «но». Как я вам неоднократно намекал, проклятие рассчитано на ваше искреннее раскаяние. Пока его не будет, убрать ваши.. гм.. рога и прочее не сможет никто. Даже я сам. Судя по тому, что вы двое стоите передо мной, ваши шансы увеличиваются. А вот Терри будет вонять еще долго. Надеюсь, у него хватит ума не прийти на пары. А теперь извините, я спешу.

И закрыл дверь перед носом у ошалевших студентов. Что поделаешь? Не надо было меня злить. Это я еще был мягок благодаря некоторым демонам. Подумаешь, рога. Или нарывы по телу. Раз наколдовал профессору крылья, и больше его никто никогда не видел. Улетел от меня, бедняга.

Шун выбрался из глобуса и внимательно изучал меня глазками-бусинками. Вот кому хорошо живется. Спит себе да растет. На пары, правда, я малыша не брал. Мало ли? Профессора у нас глазастые. Еще заметят бедного шишигу. Поэтому Шун принялся важно расхаживать по столу, а я подхватил сумку с книгами и поспешил в академию.

Меня ожидал практикум по проклятиям и мудрейший Анатэль Керенис. Кстати, после того случая на первой лекции он меня почти никогда не вызывал. Наверное, опасался, что все повторится. Да и я не рвался отвечать. Потому что, честно говоря, побаивался того же самого.

— Итак, уважаемые студенты, – обратился к нам Керенис, привычно помахивая хвостом, – сегодня мы с вами будем учиться снимать проклятия на крови. На последних трех лекциях мы детально разобрали схему снятия такого проклятия. И вот вам образец крови человека, на которого оно наложено. Ваша задача – разбиться на пары и в кратчайшие сроки уничтожить угрозу для проклятого.

Мы с Маритой придвинулись друг к другу. Маленькое стеклышко с капелькой крови опустилось на стол перед нами. Я уже потирал руки в предвкушении – мне нравилось разбираться в том, как отменить что-то настолько опасное. А вдруг пригодится? Вот я и сидел над конспектами, что мне в принципе несвойственно. И теперь очень хотелось применить знания на практике.

— Пункт первый – определить тип проклятия, – зачла Марита порядок действий из конспекта.

Я попытался разглядеть потоки магии, окутывающие каплю крови. Да, черноты хватало. Потянулся своей силой и подцепил темный жгут.

— Смертельное проклятие, – почувствовал, как моя магия не желает соприкасаться с кровью. – Отсроченного действия.

Марита методично занесла данные в таблицу. Работать с ней было одно удовольствие. Мы понимали друг друга и действовали слаженно.

— Направленность? – поинтересовалась она.

Я приблизил к себе кровавую нить. В ней были очевидны алые сполохи. Подцепил один такой сполох – ответ пришел мгновенно:

— «Паучья сеть».

Страшное по своей сути проклятие, когда человека парализует и он начинает задыхаться. Учитывая, что проклятие отсроченного действия, значит, пытка может продолжаться очень и очень долго. Теперь предстояло самое сложное – уничтожить проклятие, заключенное в эту капельку крови. Марита отвлеклась от своих записей. Она внимательно наблюдала, как я запускаю нейтрализующее заклятие и тяну черноту на себя.

— Осторожно, Эрин, – прошептала она.

— Не беспокойся, – ответил я. – Все под контролем.

Нити магии не желали поддаваться. Я усилил натиск. Расплел одну цепочку, потом еще одну. Чернота хлынула в мою сторону, желая заполучить жертву. Раскрыл щит, отгораживаясь от возможных последствий, и потоки проклятия растворились в пространстве, никому не причиняя вреда. Проверил – перед нами была обычная капля крови. Передал стеклышко Марите.

— Ничего, – подтвердила она.

Мы подозвали профессора Керениса, чтобы тот оценил работу.

— Замечательно, – подвел он итог, и мы с подругой довольно переглянулись. – Тип проклятия и метод работы выбраны верно. Считайте, что вы спасли кому-то жизнь. Вестер, можно вас на два слова?

А вот это мне уже не понравилось. Не то чтобы я не доверял Керенису, но к чему эти разговоры посреди пары? Мы удалились в подсобку, где профессор хранил материалы для лекций и практикумов.

— Присаживайтесь, Вестер, – указал Керенис на стул. – Хотел поговорить с вами по поводу проклятия, которое вы наслали на студентов Родеса, Деммера и Лиарденаля. Эрин, вы же понимаете, что это противозаконно?

— Противозаконно портить чужую работу, – нахмурился я.

— Их родители могут написать на вас жалобу самому его темнейшеству Эринальду. Поэтому в наших с вами интересах как можно быстрее снять проклятие, пока о нем не стало известно родственникам пострадавших.

— Пусть пишут, – представил лицо Дэла, когда ему доложат о моих «успехах». – Я кому угодно докажу, что действовал в своем праве.

— Эрин!

— Профессор Керенис, повторяю лично для вас – это проклятие исчезнет само, как только они раскаются. Не раньше и не позже. Я не делал закрепления на себя и снять его не могу. Как и вы не сможете. А теперь простите, вас ждут студенты.

Керенис проводил меня тяжелым взглядом. Они что все, сговорились? Надоело объяснять каждому встречному, что это проклятие – особенное и глубоко индивидуальное. Творческий шедевр, если можно так выразиться.

Внутри поднималось раздражение. Почему никто не накажет их за проступок, а все пытаются надавить на меня? Я не портил результаты чужого труда. Вообще веду себя тихо и мирно, что мне несвойственно. Зато почему-то все пытаются мне напакостить. Ничего, от наличия рогов еще никто не умирал.

— Эрин Вестер, к ректору, – ожила внутренняя связь академии.