Страница 97 из 141
IX. Тот самый мальчик
Орден Хранителей исчез внезапно, многие поверили, что на них обрушилось проклятие и тьма утянула их в небытие…
«Легенды Дэвлата» Библиотека Академии Снов
Академия Снов, тридцать лет назад…
Сара
Я никогда не пыталась понять Флёр. Теперь мне казалось, что я пренебрегала многими, считая, что рано или поздно они станут меня сторониться. Возможно, я сама не понимала, что боялась.
До Академии Снов больше половины того, что мне было известно о Флёр, я знала со слов Айвен. Учитывая их отношения в те годы, я слышала мало хорошего. Но все же всегда замечала, как легко девушка находит общий язык с остальными, вызывает у них симпатию. И видела все притворство, скрывающееся за ее улыбкой. Я знала, что родители Флёр занимали невысокое положение, хотя в юности ее мать и Изабель Ларак обучались у одного сомниума. Только теперь мать Айвен была советницей главы ордена, а родительница Флёр осталась в самом низу иерархической лестницы.
Может, не только мягкий характер Айвен, но и это было одной из причин неприязни между девушками. Но, так или иначе, Флёр производила впечатление даэва, которого больше всего на свете беспокоила собственная судьба. И я не рассчитывала, что она будет переживать за жизнь больного мальчика сильнее всех нас.
Весь вечер на ее лице держалось отсутствующее выражение. В конце концов она лично отправилась просить наставника позволить нам пойти вдоль берега реки. Зрение даэвов даже в ночи оставалось острым. Его хватало, чтобы разглядеть растения в тусклом свете звезд, которые временами проглядывались сквозь плывущие серые облака.
Наставник согласился.
Изначально я предполагала, что пойдем только мы с Флёр. Но учитель распорядился иначе, приказав Люцию и Блезу отправиться с нами.
– Те охотники в лесу… Ты ведь так и не сказал, что они тебе ответили насчет того юноши, вырезанного в дереве? – спросил Блез, пока мы вчетвером двигались к водоему.
Люций на мгновение нахмурился.
– Они назвали того юношу светлым богом, – спустя несколько секунд поведал он.
– Богом? – удивленно поглядела на него Флёр.
– Да. Пусть Эсмира многоликая, но в мужском облике изображать ее не принято. Поэтому, может, это и не она вовсе, и они поклоняются кому-то другому. Из-за этого я не стал рассказывать, посчитал маловажным.
«Слишком часто в последнее время я слышу странные истории о богах…» – подумала я, услышав ответ.
Вскоре мы достигли реки. Мы собирались разделиться по двое – светлый с темным – и разойтись в противоположные стороны. Ночь только вступила в свои права, и у нас оставалось еще достаточно времени, чтобы изучить окрестности.
Мы не спорили, кто с кем пойдет. Даже вопросов не возникло. Попрощавшись, мы договорились, что в случае, если ничего не найдем, поворачиваем назад через два часа и встречаемся в лагере. Обернулась я лишь раз, чтобы увидеть, как спины Флёр с Блезом исчезают за поворотом русла.
Первые минуты пути прошли в молчании. Возможно, не только меня посетила мысль, что лучше хранить тишину, пока мы не уйдем достаточно далеко от поляны с палатками.
Люций шел впереди, аккуратно отодвигая ветви деревьев, плотно растущих у обрывистого берега реки, которая извивалась лентой на фоне темнеющего леса.
Моран ступал мягко. Даже листва почти не хрустела под его ногами. Мои шаги звучали гораздо громче.
– Я правда удивился, когда ты не вернулась в Академию, – вдруг признался он. Див мельком обернулся, кидая на меня проницательный взор. В этот раз он совсем не улыбался.
– По приказу главы я осталась медитировать в ордене, – отозвалась я. – В подземелье у Духовного озера.
– В подземелье? Почему именно там? – удивился Моран, отворачиваясь и продолжая путь, а после заметил: – Больше похоже на наказание.
– Это оно и было, – не стала лукавить я и услышала, как с громким треском ломается ветка. Желая убрать ее с нашего пути, Моран слишком сильно сжал руку. Див остановился, вновь оборачиваясь ко мне лицом:
– Почему?
– За проступки в Академии. – Я отвела взгляд, изучая берег. Большинство растений уже пожелтели и пожухли, лишь некоторые из них до сих пор сохраняли насыщенно-зеленый цвет.
– Какие проступки? Наказания, которые мы с тобой получали? – Люций склонил голову. В следующую секунду див досадливо поморщился, осознав, что до сих пор сжимает в руке ветвь. Резким и небрежным движением он выкинул ее прочь, прямо в реку.
– Нет. – Я уже и забыла, что в первый год по вине Морана не один вечер провела в башне света, обновляя магические печати. – Это из-за применения дара. Когда я помогла скарду.
Вспомнилась недавняя встреча с дивом. Он так отличался от того раненого воина с истерзанными видениями сердцем и волей.
Люций поджал губы, взгляд стал колючим.
– Глава ордена предвзят к тебе, – сухо изрек Моран. – Со своим сыном он бы так не поступил.
– Это Долорес настояла на моем вхождении в семью, – пожала я плечами. Хотя и понимала, что теневой див говорил немного о другом. Но я не желала сквернословить о своей семье даже при теневом диве. – Я никогда не ожидала особенного отношения, Люций. Мне достаточно отплатить добром за добро, а остальное останется на их совести. Если я буду думать о том, какого отношения заслуживаю, а потом злиться и расстраиваться, не получая его… – Я покачала головой. – Это путь в тупик.
Див остановился, слушая меня, а когда я закончила, произнес:
– Мудрые слова, Сара. И готов признать, ты права. Вот только… – Он поставил ногу на камень, согнув ее в колене и перенеся вес на нее. Посмотрел на темнеющие воды широкой реки, в которой отражались серые облака. – Ты никогда не думала о том, что когда-нибудь глава отдаст приказ, который ты не сможешь выполнить? Я успел тебя изучить, ты отдашь свою жизнь для защиты простых смертных. Пожертвуешь собой, зная, что это кого-то спасет. Но что, если служба ордену потребует иного? Например, предательства?
Люций усмехнулся, оборачиваясь ко мне. Я молчала слишком долго.
– Для многих это сложный вопрос, ведь верность ордену превыше всего. Но ведь не для тебя, Сара? Можешь ничего не говорить. Я и так знаю ответ. – Люций приблизился и положил ладонь на мое плечо. Склонился, прошептав: – Надеюсь, тебе никогда не придется делать этот выбор.
Моран развернулся, собираясь продолжить путь.
– А что выберешь ты? – Мой вопрос его позабавил.