Страница 82 из 141
По результатам итоговых испытаний добавляли звезды на ключицы и допускали к обучению на следующий год. Порой случалось, что молодые даэвы плохо справлялись с заданиями и оставались на территории двух башен на все лето, лишенные возможности повидаться с родными. За отведенное время им поручалось улучшить свои навыки. В противном случае молодые воины не могли продолжать обучение. Считалось настоящим позором, если даэв, поступив в Академию Снов, не сумел ее закончить.
Проверка состояла из практического испытания и устного экзамена. Последний проводился в виде беседы с учителем, во время которой проверяли не только знания, но и оценивали твою разумность и стойкость.
Слабый дух привел к гибели немало молодых воинов. Ни одно обучение не могло подготовить к встрече с настоящей нечистью. И первое столкновение с реальностью влияло на даэвов по-разному. Некоторым просто не суждено было сражаться, ведь в момент опасности они утрачивали способность здраво мыслить. В этом случае они оставались в обители, находя себя в служении внутри ордена.
В Академии Снов за нами наблюдали, изучали, выявляя недостатки и достоинства. Это было частью обучения. Во многом именно от успехов в Академии Снов зависело, насколько почетное место ты займешь в ордене.
По завершении первого года я сдала устное испытание, но практические пропустила. Это была уступка со стороны академии, посчитавшей, что охоты в Турисе было достаточно, чтобы оценить мои навыки. Вынужденная лояльность, чтобы успокоить встревоженные случившимся ордены.
Риск – часть нашей жизни, но это не повод самим искать смерти. И обучение в Академии Снов было призвано отдалить этот момент, а не приблизить. Едва ли кому-то придется по душе то, что наставник едва не убил нескольких первогодок, среди которых был сын главы Северного ордена и дети других крупных обителей.
Случившееся встряхнуло весь мир даэвов. Фредерик говорил, что до самого лета в Академию Снов наведывались представители орденов.
Мне происходящее показалось весьма ироничным. Казалось, винили кого и что угодно, но не свою беспечность. Ведь стоило лишь внимательнее отнестись к истории с разрушением статуй, и несчастий можно было бы избежать. И Орест не повредил бы руку в том подземелье. И, возможно, Лоуз Прауд бы не сбежал.
Разложив вещи, я вышла на улицу, решив прогуляться по утопающей в яркой зелени территории. Минуло полчаса, и я сама не заметила, как ноги привели меня к теневому лагерю. Вороны прятались среди листвы, нахохлившись и свысока глядя на вернувшихся учеников, которые ходили по ту сторону колючей живой изгороди.
Временами звучавшие, похожие на старческое ворчание, крики птиц раздражали даэвов. Некоторые ругались, другие шли дальше, создавая печати ветра. Стихия встряхивала кроны деревьев, пугая воронов и заставляя их покинуть насиженные места. Но надолго эффекта не хватало.
Я некоторое время стояла, озадаченная тем, что пришла к домам теневых. Территория Академии Снов была огромной, простиралась на несколько миль во все стороны от двух башен, и почти всю ее покрывал лес. Поэтому случайно набрести на лагерь теневых не так-то просто.
Я покачала головой, оглянулась в поисках пути отхода, чтобы ни с кем даже случайно не столкнуться. Не успела вернуться в Академию Снов, а уже чувствовала себя неловко. Если Моран заметит меня, то решит, что я пришла с ним повидаться.
Нет, конечно, я хотела бы вновь встретить Люция… Но в иных обстоятельствах и без повода надо мной посмеяться.
Откровенно говоря, я просто не знала, что ответить, если теневой станет задавать вопросы. Где это видано, чтобы светлая приходила в теневой лагерь в первый же день? Да и во второй. И вообще не важно в какой. Все посчитают, что это неспроста. Особенно после происшествия в Турисе.
Даже в обители Сорель я столкнулась с непониманием молодых стражей, вернувшихся домой после завершения учебного года. Пусть никто не решался спросить напрямую, но это вовсе не означало, что они не обсуждали произошедшее у меня за спиной.
Айвен убеждала, что многие списали случившееся на стресс после смерти Долорес и нападения наставника. Но в обители я стала случайным свидетелем чужого разговора.
– Когда обстоятельства складываются настолько трагично, даже своему врагу посочувствуешь. Что ж тут удивительного, – говорил даэв своему собеседнику, стоя по другую сторону одной из колонн, что окружали тренировочную площадку по периметру. Ученики вернулись в обитель накануне, и сегодня мы впервые встретились с ними внутри ее стен. Наверное, воины полагали, что я ушла, а не стою за опорой прямоугольной крыши. Так близко, что, даже если бы я пожелала не слышать их разговора, все равно не смогла бы.
– Нет, я не понимаю, – категорично ответили ему. – Даже прикасаться к кому-то из них – это… мерзость. Но обнимать?.. Да еще и на глазах Фредерика и этого принца. Что вообще за отношения связывают ее и того теневого?
– Не знаю. Слышал, он изрядно попортил ей жизнь. Хотя какое нам вообще дело? И почему мерзость? Вот твоя стряпня – это правда мерзость. Что на вид, что на вкус. Молю богов, чтобы мне больше не довелось ее попробовать. Угораздило же попасть с тобой в один отряд… – Беседа даэвов скатилась к препирательствам, а потом оба юноши вышли на тренировочную площадку. Один нападал на другого и делал это с явным пылом. Видимо, он и был тем дивом, чьи кулинарные способности оскорбили.
Неизвестными оказались братья Фиделиум. Даэвы, бывшие будто зеркальным отражением друг друга. Они учились вместе с моим братом.
Я не осуждала стражей за их слова. Ситуация и правда была спорной. Но это не отменяло того, что их разговор был мне неприятен. Не важно, что они думают обо мне, но называть прикосновение к кому-то мерзостью… Туманный в руках овеяло слабым светом.
В тот день к тренировке я не вернулась, а сразу же направилась к себе, чтобы приготовиться к патрулированию, к которому должна была присоединиться грядущей ночью.
Больше я не становилась свидетелем таких случайных бесед. Но и одного раза было достаточно, чтобы понять, о чем судачат остальные.
Услышав приближающиеся шаги по ту сторону живой изгороди, я повернулась, спеша уйти. Но в этот миг ворон, сидевший на ветвях ближайшего дерева, разразился криком, и прямо перед моим лицом пролетел, свалившись с дерева, мужской сапог.
– Кричат… кричат… Никакого покоя нет, – пробурчали за спиной, и я обернулась, увидев бредущего навстречу и смотрящего под ноги дива.