Страница 50 из 141
– Я как-нибудь познакомлю тебя со своей сестрой. Она та еще болтушка. – Его глаза светились теплом.
– Да? Я удивлена. В кого же она пошла?
– Сара, ты ведь пошутила? А то я по голосу не понял. Можешь еще? Мне надо запомнить этот момент. – Он придвинулся ближе и толкнул меня плечом: – Ну же, давай.
Я промолчала, отодвигаясь. Повторять я не собиралась. Да и див вновь подтрунивал надо мной. Только его насмешки больше не выводили из себя так быстро, как раньше.
– Где ты жила до того, как тебя взял на попечение орден Сорель?
Вопрос застал врасплох.
– Почему ты спрашиваешь? – спросила я, унимая возникшее напряжение.
– Да так. Знаешь… – шепотом отозвался он, разглядывая потолок пещеры. – В детстве у меня были длинные волосы. А лицо – миловидное настолько, что меня путали с девчонкой.
Я вновь оглянулась на него – Моран смотрел перед собой, рассеянно улыбаясь. А я изучала его профиль. Тонкие черты лица, светлая кожа, белые брови, ресницы и волосы, что будто светились в этой полутьме, узкий подбородок. Но в то же время выделялись точеные мужские скулы, крупный для девушки нос и слегка асимметричный изгиб губ.
– Насколько длинными…
– …были волосы? – закончил он за меня. Я кивнула.
Взгляд Люция прошелся по моей голове.
– Длиннее твоих, – хитро сообщил он. – Они достигали поясницы.
Сложно было представить маленького Люция с такой шевелюрой.
– Нет. Не понимаю, как можно спутать, – покачала я головой, отводя взор. Много ли я видела маленьких детей? Пока жила в деревне с отцом, я всех знала с рождения, не приходилось и задумываться об их поле. Хотя теперь, когда я вспоминала жизнь в Предфоре, то понимала, что порою девчонку можно было спутать с мальчишкой, но наоборот – никогда.
Я задумалась, неожиданно на ум пришла одна из субботних ярмарок. Тот день навсегда остался в моей памяти. От нахлынувших мыслей меня отвлек тихий, но звонкий смех Люция.
– Да, я тоже так думаю. Совсем не понимаю, как меня можно спутать. – Люций склонил голову. – Меня обижало, когда меня дразнили девчонкой. Рафаиль даже в детстве был крупным ребенком. Блез выглядел мужественнее, а Коэн не носил такую шевелюру.
– Поэтому ты ее остриг? – спросила, смотря на короткие пряди. За минувшие месяцы они немного отросли, и див стал стягивать волосы в хвостик на затылке.
– Нет, не поэтому… – протянул Моран. – Послушал кое-кого. Только теперь понимаю, что она сказала это из досады, потому что была расстроена… Но что возьмешь с маленького ребенка?
«Она?» – мысленно повторила я за ним, а слово будто эхом разлетелось в голове.
– Ох и попало же мне от матери. Еще долго сидеть не мог. Она была зла. Ты не знала? – повернулся он ко мне. – В моей семье есть особенность. Наши волосы способны хранить в себе тьму. Поэтому мой отец может воссоздавать даже животных покрупнее. Но только… тс-с… – Моран приложил палец к губам. – Об этом никому.
Послышался шорох, Айвен заворочалась и открыла глаза. Девушка сидела у противоположной стены, около Рафаиля. Если нам и приходилось ночевать вместе, наученная горьким опытом, она всегда старалась лечь подальше от меня.
Ларак растерянно осмотрела пещеру. Видимо, ей потребовалось время, чтобы все вспомнить и понять, где именно она находится.
Следом очнулся и Руньян. Настала пора решить, что делать дальше. Посовещавшись, мы решили тщательно изучить стены зала. Но после осмотра нас ожидало разочарование – мы не обнаружили ни тайного хода, ни чего-то иного, достойного внимания. Древние печати на стенах тоже отсутствовали.
Вскоре вокруг воцарилась гробовая тишина. Мне и Рафаилю вновь потребовался отдых. Руньяну стало хуже – стены давили, див чувствовал себя будто в клетке. Поэтому мне пришлось снова усмирять его эмоции.
– Все же хороший дар у эмпатов, – произнес он, наблюдая за моими руками, сжимающими его ладонь.
– Любой дар полезен, – сказала я, поглядывая на его раны.
В противовес моральному состоянию дива, нога постепенно заживала, пропала припухлость. Рана бы зарубцевалась еще быстрее, если бы не яд в крови теневого даэва, попавший через укусы тварей.
Я отняла руку от его запястья. Эффект сохранится на три-четыре часа, потом следовало вновь все повторить.
Немного отдохнув, мы опять обсудили, как выбраться отсюда. Вариантов было немного: обвалить пещеру – но при этом нас почти гарантированно завалит обломками – или воспользоваться рекой. Но и последний вариант все равно оставался небезопасным – своды тоннеля оказались неровными, с каменными выступами, а течение слишком быстрым.
Случись что, и мы просто задохнемся.
С этими мрачными мыслями мы решили вновь лечь и отдохнуть. Пока время позволяло, мы намеревались ждать помощи с поверхности. Тем более действие яда еще не прошло.
Твердый камень оказался не лучшей лежанкой. А еще было холодно. Никто не знал, сколь долго наши тела смогут противостоять этой температуре.
Уже собираясь прикрыть глаза, я взглянула на Люция. Он не спешил укладываться, сидел на полу и вновь задумчиво смотрел на поверхность реки. Я отвернулась и смежила веки, напоследок прикоснувшись к эфесу Туманного. Из-за укусов тварей я больше не могла бороться со сном. Уже ускользая в дрему, я услышала тихие шаги и почувствовала, как стало немного теплее.
Но в следующее мгновение уснула, провалившись в забытье.
Проснулась же от холода, который на этот раз был совсем другим. Пальцы занемели, одежда липла к телу. Я приподнялась на локтях, вглядываясь в темноту, и с ужасом осознала: уровень реки поднялся. И теперь она затапливала пещеру.
Я спала в небольшой низине, поэтому первой узнала о новой напасти. Пока все проснулись, кажется, уровень воды стал еще выше. Я все сжимала в руках черную мантию, которая оказалась на мне, когда я открыла глаза. Ее рукава, подол и края в месте, где она запахивалась, были мокрыми.
– Пещеру затопит? – с тревогой спросила Айвен, чуть успокоившись. Когда подруга проснулась и увидела прибывающую воду, ее охватила паника.
– Похоже на то, – напряженно отозвался Моран, закатывая рукава рубашки. – Пока вода не поднялась слишком высоко, я исследую тоннель.
Я кивнула и протянула ему его одеяние.
– Спасибо.
– Не за что, но она мне не нужна. Оставь ее здесь, – бросил див. – Все равно в подобной одежде лучше не плавать.