Страница 107 из 141
«Буду верить, что о своих словах ты не пожалеешь,
– расслышала я веселые нотки. –
Что ты вспомнила на этот раз?»
– Охоту в Грёнере, целиком. А еще наше возвращение в Академию Снов и, кажется, несколько месяцев учебы. Сложно сказать. Они все так же обрывками. Но я уже могу сопоставить события.
В ту осень орден Черных скал подвергся суровому, по меркам даэвов, наказанию. Его лишили влияния на близлежащих землях. Но это было лишь частью кары, вторая часть заключалась в утрате голоса на совете теневых орденов на целых пять лет. Пусть итоговое решение всегда принимал глава Северного ордена, но остальные имели право высказаться.
Глава ордена Черных скал все так же обязан был посещать собрания, но не смел произнести на нем ни звука. Это считалось настоящим унижением. Но даже ученики в тихих разговорах между собой зачастую сходились во мнении, что наказание было мягким. Во-первых, морозия являлась настолько редким растением, что если кому-то посчастливилось обнаружить большое количество цветов, то их собирали и распределяли по орденам. А стражи из обители Черных скал не только утаили находку, но и посмели навредить людям, по их вине погибло несколько человек и целое поселение оказалось в опасности. Их проступки порочили честь всего нашего народа.
Но в ту охоту мы с Мораном сделали ошибку – утаили то, что могли погибнуть той ночью. Ведь это требовалось доказать, а чувствам свойственно быть сиюминутными. Да, я уловила от воинов жажду крови, но это оставалось лишь желанием, которое могли никогда не претворить в жизнь. И теневые даэвы не сильно доверяют словам светлых. Мы подумали, что огласка принесет больше проблем, чем пользы. Если бы мы сделали иной выбор, кто знает, каким бы стало будущее.
Мы пытались быть мудрыми, но раз за разом ошибались. Наверное, такова жизнь – заблуждаться и разбираться с последствиями.
Мысли о Грёнере напомнили о вопросе, который постоянно всплывал в голове.
– Люций… Как ты мог отдать цепочку от могущественного артефакта вашей семьи какой-то человеческой девочке?
«Помнится, ты об этом уже спрашивала»,
– невзначай заметил див.
Я помнила. Это произошло, когда мы вернулись в поселение и остались наедине. К тому времени солнце уже позолотило горизонт, а на поляну прибыл на зов отряд воинов из обители Ликорис – даэвы гнали лошадей всю ночь.
«Я же не отдал тебе артефакт, Сара. И разве цепочка от твоего полумесяца не являлась для тебя тоже чем-то важным? Равноценный обмен».
Аргумент был весомым. Но мой кулон оставался важен лишь для меня, а его подвеска – для всего народа теневых даэвов. Разве это соизмеримо?
Я покачала головой, отводя взгляд и замечая на песке брошенные перчатки.
– Кажется, я слышала зов светлого кристалла… – протянула я, прислушиваясь к своим ощущениям. – Как только я его найду, мы сможем закрыть портал.
Я подняла взор, сталкиваясь лицом к лицу с тьмой Морана. На мгновение почудилось, что я вижу настоящий цвет его глаз – светло-серый, будто Люций из плоти и крови стоял передо мной.
«Для начала потребуется установить связь с сердцем. Понять артефакт и его силу. Ты сама знаешь, в магии небрежность и торопливость губительны».
– Фредерик утверждал, что закрытие портала может меня убить, – вспомнила я.
«Пшеница будет говорить что угодно. Болтать он горазд. Только несет одну лишь гниль,
– небрежно произнес Люций, но напряженный голос вовсе не скрыл его недовольства. –
Хотя малая доля правды в его словах есть,
– вдруг признал он. –
Прежде чем использовать кристалл, надо укрепить связь с ним, почувствовать его силу. Для этого потребуется время… Вот только я уверен, что проблем с этим не возникнет, ты всегда была талантлива в учебе».
– Спасибо за лесть. Но обуздание древнего артефакта, предположительно способного убить меня и заодно погубить мир, разительно отличается от всего, что мы проходили в Академии Снов, – заметила я.
Люций усмехнулся.
«Ты справишься. Я помогу,
– заверил див. –
На самом деле больше всего меня беспокоит не то, сможешь ли ты… В этом я правда совсем не сомневаюсь. Меня волнует сам портал и то, как к нему подобраться. С годами светлые даэвы постепенно расширяли границы купола над расколом, пока большая часть леса не оказалась за его границей. Лес обширный, постоянно кишел тварями, отчего было слишком тяжело обновлять магию печатей. Нетрудно догадаться, что теперь он и вовсе стал практически непроходимым».
– Получается, для того чтобы закрыть раскол, надо еще до него добраться, – задумчиво сказала я. – Но в том месте все наполнено тьмой.
Отголосок воспоминания, посетившего меня в Кервеле, дал о себе знать. Я невольно подняла руку, касаясь горла. Оказавшись на той стороне, я задыхалась, энергия Серого мира не позволяла не то что нормально дышать, но даже двигаться. Эта сила оказалась живой и осязаемой, словно вода. Если бы до падения я не коснулась светлого кристалла, то наверняка сразу же умерла бы. Это совсем не то испытание, которое способен выдержать обычный даэв.
Впервые я задумалась всерьез о том, как сердца изменили нас с Люцием. Не просто долгую жизнь – они даровали нам нечто большее.
– Мы нашли сердца богов в подземелье под Турисом, верно? – Мне уже казалось это очевидным. – В пещерах ордена Хранителей? – Принимая молчание теневого дива за согласие, я продолжила: – Но что заставило нас спуститься?
«Мы не смогли остаться в стороне,
– наконец-то проговорил Моран, его взор бродил где-то далеко. –
Это случилось на третьем году обучения, летом, когда мы возвратились с первой самостоятельной охоты».
После итоговых испытаний выпускники отправлялись на задание, впервые без наставников. Это событие было примечательно еще и тем, что команда полностью состояла из юных даэвов, хотя даже вне обучения обычно такого не допускалось. Всегда в отряде роль главного отводилась опытному воину. Поэтому охота, знаменующая завершение Академии Снов, считалась самой опасной. После ее успешного прохождения ученики в последний раз собирались в двух башнях, чтобы отпраздновать это событие.
«Тебе же не надо напоминать, как выглядит символ ордена Хранителей, Сара?»
– Нет, я помню его, – отозвалась я.
Несмотря на мой ответ, Люций поднял руку, и в воздухе перед ним закружилась тьма, рисуя первый из трех кругов.