Зеркальный страж

ГЛАВА 32

Надин

Я проснулась около полудня. События минувшего дня вспоминались урывками. Как я вообще уснула в таком состоянии? Затем вспомнила, что вроде бы вернулась домой с Филиппом, братом Андре. Может, он помог?

От одной мысли об Андре стало больно дышать. Будто кто-то ввинтил в сердце нож и проворачивал раз за разом. Сейчас я ненавидела его! Ненавидела до боли за то, как он со мной поступил. И не могла перестать любить. Вот только за эти дни я узнала Андре слишком хорошо, чтобы понять: он не простит меня. Даже если расскажу все, как было, с самого начала. Андре Вейран — из тех, кому значение слова «прощение» неизвестно в принципе.

Поэтому я просто сидела на диване и смотрела в пустоту. Что сейчас делает Андре? О чем он думает? Наверное, проклинает меня на все лады. А что делать мне самой? Вариантов было не так много. Первый — забиться в дальний угол и рыдать над своей несчастной судьбой. Второй — сделать все, что могу, чтобы затея Денни не увенчалась успехом. Потому что успех Денни будет означать гибель для Андре.

Возможно, я бы так и сидела, жалея себя и прокручивая в памяти события минувшей ночи, если бы в двери не постучали.

«Андре», — взметнулась глупая надежда, но рассудок говорил, что надеяться не на что и за дверью — совсем не тот, кого мне хотелось бы видеть. Поэтому я медленно поднялась, будто за эту ночь прибавила лет пятьдесят, и потащилась к двери. Выглянула из окошка — и прекрасно узнала гостя.

— Здравствуй, Денни, — открыла дверь.

— Здравствуй, Надин, — бодро ответил человек, которого я больше не желала видеть. — Пустишь?

— Входи.

Сама отошла в сторону. Нам надо было поговорить. Расставить новые точки. И понять, куда двигаться дальше. Денни, ни о чем не спрашивая, прошел в комнату и сел на тот диван, с которого я только что поднялась. Он смотрел на меня с любопытством, словно ждал, когда начну разговор. Но мне не хотелось этого делать. Наоборот, внутри медленно разрасталась пустота.

— Ты вернулась домой, — произнес Денни.

— Да, как видишь, — ответила я. — Андре в своих зеркалах увидел, как ты целуешь меня.

— Андре больше не проблема.

— Что ты имеешь в виду? — Сердце глухо ухнуло.

— Лишь то, что в данную минуту он, скорее всего, мертв. Или при смерти, так как туманный колокол не звонил. В любом случае мы не услышим о великом магистре пустоты, который и месяца не продержался на посту. Оказалось, что он — слабак.

Хотелось заставить Денни замолчать, заткнуться, но ведь туманный действительно не звонил. Значит, магистр жив! И есть шанс..

— Но мы смогли снять лишь печати, установленные им лично, — продолжал Денни. — А имена оставшихся помощников Андре так и не назвал. Зря, кстати. Я и так знаю, кто это мог быть — оставшиеся магистры. Нужно выяснить лишь личность четвертого мага, который и ставил основные печати. Собственно, я пришел затем, чтобы узнать: ты все еще с нами, Надин? По-прежнему ли ты хочешь уничтожить Пустоту?

— Мне надо подумать, — ответила тихо. — Ты сам понимаешь, наше прощание с Андре не было мирным, и сейчас я просто хочу побыть одна. Пожалуйста, дай мне время.

— Хорошо. — Денни поднялся с дивана. — Как только примешь решение, приходи. Я буду ждать тебя, дорогая.

Он потянулся ко мне, чтобы поцеловать, но я отступила на шаг назад.

— Денни, не сейчас.

— Как скажешь, дорогая, как скажешь, — усмехнулся он, провел рукой по щеке и пошел прочь.

Я даже провожать его не стала. Только упала на диван и обхватила голову руками. Что с Андре? Раз Денни не знает точно, значит, в башне его нет, удалось уйти. Где искать? Кого спрашивать? На ум приходил один Филипп. Потерять остатки гордости и пойти домой к графу Вейрану? Андре ведь не ладит с отцом, он не может быть там, но если кто-то и знает о нем, то только его семья. Я умирала от ужаса и боли, но не видела другого выхода, поэтому быстро переоделась и поспешила из дома.

Где живет граф Виктор Вейран и его семья, имела достаточно смутное представление. Денни как-то показывал мне — перед тем, как отправить в башню к Андре. Но большой красивый особняк узнала сразу. Замерла перед воротами, глубоко вдохнула и постучала. Когда появился слуга, спросила:

— Могу я видеть месье Филиппа Вейрана?

— Увы, сегодня никого не принимают, — ответил слуга. — Назовите свое имя или оставьте записку, и я передам ее.

— Скажите.. Скажите, что приходила Надин, он поймет. И я очень прошу его связаться со мной, это крайне важно.

— Хорошо, мадемуазель, — поклонился слуга. — Я передам.

Но раньше, чем успела уйти, Филипп появился на пороге дома.

— Пропусти ее, Жозеф, — приказал слуге.

Я едва заставила себя идти медленно. Это — приличный дом, и бросаться к Филиппу не стоит, не так поймут. А сам Фил проводил меня в небольшую гостиную.

— Присаживайся, — сказал утомленно и потер виски. Это я благодаря ему выспалась, а вот сам он — не очень.

— Прости, что побеспокоила, — проговорила скороговоркой, стараясь хоть что-то объяснить. — Но ко мне приходил Денни, и он сказал..

— Денни? — Глаза Филиппа опасно сверкнули, и с него будто слетела вся усталость. — Если тебя послал он..

— Нет, нет, — кинулась к юноше, сжала его руки. — Я сама пришла, Денни не знает и не узнает. Он сказал, что Андре.. при смерти.

— Это правда. — Филипп ответил с прохладцей.

— Что? Где он? Как? Фил, пожалуйста, не молчи, иначе я с ума сойду!

По щекам покатились слезы. Я не вытирала их — и пусть, пусть льются. Лишь бы получить ответ.

— Он здесь, — сказал Фил тихо. — Состояние тяжелое, но шанс есть. Думаю, выкарабкается, правда, нескоро.

Я громко всхлипнула, зажала рот руками и села, стараясь хоть немного успокоиться. Не прощу! Никогда не прощу Денни того, что он сделал. Будь он проклят!

— Надин, если ты действительно ни при чем и хочешь помочь Андре, расскажи все, что тебе известно, — попросил Филипп. — Потому что у меня есть только догадки.

— Хорошо, — ответила ему. — Только у меня будет условие. Я расскажу тебе все от начала до конца, если ты пустишь меня к Андре хотя бы на минуту. Пожалуйста, умоляю!

Вся моя вчерашняя обида вдруг показалась глупой, пустой. Нельзя было уходить! Нельзя оставлять одного. Я ведь видела, чего добивается Денни. Был яд, так что могло помешать ему попытаться снова? Только я.

— Договорились, — решился Фил. — Одна минута.

Я собралась с духом. Что ж, вот и сделан окончательный выбор.