Страница 7 из 34
Глава 4
После завтрака решила не терять времени даром. Срок, отведенный мне книгой, — три дня до бала в честь Дня Единения, поджимал. Я не помнила точно, как именно умрет Эйлин, но помнила, что это произойдет публично и станет катализатором всех дальнейших событий. Значит, мне нужно было сделать две вещи. Выяснить, кто за этим стоит и защитить себя.
Первым делом я отправилась в библиотеку. Не в ту парадную, куда водят гостей, чтобы похвастаться золочеными корешками фолиантов, которые никто никогда не открывает. А в настоящую библиотеку, в северной башне, где по слухам среди слуг, хранились старинные манускрипты о драконьей магии.
Путь туда лежал через лабиринт коридоров и я впервые задумалась о том, насколько огромен замок Рейнар. Это было не просто здание — это был целый город, втиснутый в каменные стены. Переходы, галереи, винтовые лестницы, залы, заброшенные и пыльные, соседствовали с роскошно обставленными покоями. Я чувствовала себя мышью в лабиринте, за которой наблюдают сотни глаз.
Наблюдение я ощутила практически сразу. Сначала горничная, которая слишком старательно вытирала пыль с пустой вазы. Потом лакей, провожавший меня долгим взглядом. И наконец, стражник у лестницы в северную башню, который преградил мне путь алебардой.
— Проход запрещен, леди Вальтер.
Я остановилась и окинула его ледяным взглядом. В прошлой жизни я работала с клиентами, которые плевать хотели на менеджеров. Я научилась быть убедительной.
— С каких пор жене лорда запрещен проход в библиотеку собственного замка? — спросила я, чуть склонив голову набок. — разве я пленница?
Стражник замялся. Видимо приказа не пускать именно меня не поступало. Но и пускать без разрешения он не хотел.
— Простите, леди, но лорд Рейнар приказал...
— Лорд Рейнар приказал не пускать меня в библиотеку? — перебила я, добавив в голос металла. — Что ж, замечательно. Я пойду и спрошу его лично. Прямо сейчас. И заодно спрошу, почему его стража выполняет приказы, которые он не отдавал.
Это был блеф, но он сработал. Стражник побледнел, поклонился и убрал алебарду.
— Проходите, миледи. Прошу прощения.
Я прошла мимо, чувствуя, как сердце колотится от адреналина. Умение держать лицо — мое главное оружие. И судя по всему, здесь оно работает безотказно.
Библиотека в северной башне оказалась именно тем, что я искала. Круглая комната, уходящая ввысь на три этажа. Стены, сплошь заставленные книгами и свитками. В воздухе запах старой бумаги, пергамента и магии. Той самой, древней, о которой в книгах моей прошлой жизни писали как о сказке.
Я начала поиски с нижнего яруса. Нужны были книги о драконьей физиологии, о связи истинных пар, о ритуалах, которые могут эту связь разорвать. В романе об этом говорилось вскользь — мол, разрыв связи невозможен. Но я не верила. В любой системе есть лазейка. В любой магии — контрзаклинание. Нужно только найти.
Час пролетел незаметно. Я перерыла десятки книг, прежде чем наткнулась на старый потрепанный фолиант в обложке из тисненой кожи. Название гласило: «Трактат о первородной магии истинных пар». То, что нужно.
Я села в кресло у окна, раскрыла книгу и погрузилась в чтение.
То что я узнала, заставило меня похолодеть.
Связь истинной пары, гласил трактат, — это не просто эмоциональная или магическая привязка. Это переплетение душ на уровне источника. Дракон и его истинная — два сосуда, наполненных единой силой. Если один погибает, второй не просто горюет. Он медленно мучительно теряет разум, потому что его источник магии лишается баланса. Без своей пары дракон превращается в чудовище — в «Одержимого Бездной», как называла это книга. Процесс необратим и длится от нескольких месяцев до года.
Вот почему в книге Каэль начал сходить с ума после смерти Эйлин. Вот почему он в итоге влюбился в другую — это была не любовь, а попытка дракона найти хоть какую-то замену утраченной половине души.
Но самое страшное было дальше.
Разорвать связь истинных мог только один ритуал. «Отречение от сердца». Он требовал от обеих сторон полного и искреннего отказа друг от друга. Не на словах — на уровне души. И если хоть один из пары в глубине сердца сомневался, ритуал проваливался. Более того, он мог убить обоих.
Я захлопнула книгу.
Значит, просто так «развестись» не получится. Нужно чтобы Каэль тоже этого хотел. По-настоящему. Чтобы он изгнал меня из своего сердца, где судя по всему я уже плотно обосновалась благодаря магии.
— Трудная задача, — пробормотала я, потирая переносицу. — Но выполнимая.
В конце концов я знала то, чего не знал он. Знала, что Эйлин не была предательницей. Что кто-то подставил ее, чтобы дракон возненавидел свою истинную. И если я смогу доказать это Каэлю, возможно, он с такой радостью от меня избавится, что ритуал пройдет как по маслу.
Я поднялась, чтобы поставить книгу на место и заметила кое-что. Из-за корешка соседнего тома торчал сложенный лист бумаги, пожелтевший от времени. Я осторожно вытянула его.
Это было письмо. Почерк — витиеватый, торопливый. Чернила — выцветшие, но читаемые.
«Милорд Рейнар. Спешу сообщить Вам, что Ваша супруга, леди Эйлин, была замечена на встрече с посланником Южного Альянса. Она передала ему сведения о расположении войск. Это государственная измена. Если Вы не примете меры, я буду вынужден сообщить об этом Императору. Соблаговолите лично проследить за действиями жены до бала в День Единения. Там мы сможем уличить ее публично.
Ваш доброжелатель».
Подписи не было. Только оттиск печати — маленький, почти незаметный герб в виде змеи, кусающей собственный хвост. Я видела такой герб раньше. На массивном перстне лорда Дариона Кэмпбелла.
Того самого, который сейчас завтракал с нами и смотрел на меня с приторной улыбкой.
Так вот оно что. Кто-то — и этот «кто-то» очень похож на ближайшего друга Каэля — подбросил письмо год назад, обвинив Эйлин в предательстве. И теперь, в День Единения, они планируют «уличить» меня снова, чтобы моя смерть выглядела как справедливое наказание за измену. А потом дракон начнет сходить с ума и Южный Альянс нападет на ослабленный Север.
Или Дарион просто метит на место Каэля.
Я сунула письмо в корсаж. Отлично. Первая ниточка у меня в руках. Осталось распутать клубок до конца и выжить.