Страница 68 из 82
Глава 21
Влада привстала, стянула трусики и снова оседлала Чистюлю. Тяжелый вздох приподнял
его грудь, когда она уселась на него голая. Обхватив за плечи, Илья притянул Владу к
себе и, откинув ее волосы за спину, сначала приник ртом к шее, а потом в тот же миг
поцеловал в губы.
Он прижался к Владкиным мягким губам одновременно нежно и грубо, предельно откровенно
и эгоистично. Вся тоска его сконцентрировалась в этой ласке, все произнесенные вслух
сомнения, вся тайная неуверенность. И тем яростнее он ее целовал, чтобы сбросить с
себя мешающие скрепы.
Влада отвечала так же жарко, будто говоря о своем на всё согласии. Впрочем, так и
было. Соглашалась. Впитывала его желание, находя в этом грубовато-собственническом
жесте больше эмоций, чем во всех сказанных им словах. Ей нравилось, когда Илья шалел
от нее, шептал что-то невнятное и терял голову от страсти, потому она не могла
отказать себе в удовольствии немного его помучить.
Чистюля взял Владу за талию и попытался усадить на себя. Он так хотел ее, что у него
кружилась голова. Всё, о чем он мог сейчас думать, – это о том, чтобы взять ее
наконец. Очутиться внутри нее, в горячей глубине и возродить в себе эти невероятные
ощущения их соития. Пот, жар разгоряченных тел, бешеный пульс, долгожданную
разрядку. Но Влада не позволила. Она жадно поцеловала его в шею, провела языком по
горлу влажную дорожку, лишив Чистюлю остатков самоконтроля. Потом она как-то
умудрилась соскользнуть вниз и стала покрывать его грудь настойчивыми поцелуями.
Илья шумно выдохнул, сильнее вцепился пальцами в ее бедра, а Влада продолжила мучить
его. Целовала, покусывала, посасывала кожу, оставляя на ней красные следы. Когда
устроилась у него между ног, Чистюля закрыл глаза.
Господи. Это невозможно вынеси. Она только погладила его член рукой, а Илье
достаточно было лишь подумать, что она собиралась сделать, дрожь бежала по
позвоночнику и возбуждение становилось невыносимым.
– Твою мать… – выдохнул он, стиснул челюсти и издал протяжный стон, ощутив ее теплое
дыхание.
Влада обхватила член губами. Он был таким твердым и горячим. От этого ощущения и саму
тряхнуло, пробила сладкая дрожь. Между ног стало мокро, жар охватил всё тело. Она
любила ласкать Илью так. Чувствовать его языком, губами. Слышать стоны. Ощущать его
наслаждение, слабость, уязвимость и в этот миг свою над ним власть. Ее это
невероятно возбуждало, в такие моменты Илья принадлежал ей целиком и полностью, и
она могла делать с ним всё что угодно.
Прижавшись языком к плотной головке, Влада ощутила выступившую капельку спермы –
малую часть того, что готово было выплеснуться ей в рот. Слизнув солоноватую влагу,
она принялась водить языком по нижней поверхности, стараясь обласкать каждую
напряженную венку. Чистюля снова застонал и сжал руками ее голову. Затем, не сдержав
порыва, вцепился ей в волосы, пока она целовала, облизывала и сосала его. Втягивала
всё глубже, не упуская ни миллиметра изнывающей, напряженной плоти.
– Девочка моя, я сейчас кончу…
Илья снова застонал, едва дыша от возбуждения. Ее страстные игры сводили с ума. У
него не находилось сил прекратить их, чтобы взять Владку, как он хотел.
Ответив ему страстным стоном, она стала помогать себе рукой, двигаясь вверх-вниз.
Хотела, чтобы он сделал это – освободился от напряжения, полностью растворившись в
ее ласках. Спустя несколько секунд он кончил, с последним толчком излившись ей в
рот. Застонал, чувствуя, как наслаждение взрывной волной накрывает всё тело.
Влада проглотила его семя и прижалась губами к животу. Илья нашел в себе силы,
ухватил ее за руки и потянул вверх. Она поднялась, упала ему на грудь, он поцеловал
ее и долго не выпускал из кольца крепких рук, сцеловывая с губ свой солоноватый
вкус, который смешался с ее сладостью.
Когда отпустил, Влада уткнулась ему в шею. Она слушала его сбитое дыхание, шкалящий
пульс и учащенный стук сердца. Чистюля замер, прижав к себе ее голову и упиваясь
многообразием ощущений, которые порождал в нем секс с Владой. Это не просто секс. С
ней это никогда не было просто примитивным удовольствием. Хотя и примитивности в их
отношениях хватало. Моментов, когда мозг отключался, логика переставала работать, а
здравомыслие куда-то девалось, было полным-полно. С ней он всегда переживал что-то
большее, чего раньше не мог объяснить.
– Я люблю тебя… – прошептал Илья и прижался губами к горячему виску.
Опьяненный не только выпитым до этого вином, но и Владкиным запахом, ощущением ее
кожи под пальцами. Хрупкостью, нежностью, страстью и готовностью ему отдаться.
У Влады голова пошла кругом от его голоса и нежных прикосновений. Столько в них было
глубинной нерастраченной любви и взвешенной зрелой нежности.
– Влюбился в меня, да? Сразу?
– Что ты станешь моей проблемой, я понял сразу. В ту же минуту, как взглянул на тебя.
– Но ты сопротивлялся.
– Конечно. Очень сложно признать свою слабость. Особенно мне. Ты и сама это знаешь.
Такая же.
Илья приподнялся, перевернул Владу на спину, поднес руку к ее лицу и отвел упавшие на
глаза волосы.
– Эти твои волосы…
– Мешают?
– Люблю их. Даже когда они мне мешают, – улыбнувшись, он зарылся в них носом и
вдохнул запах.
– У тебя, наверное, не было шлюх с такими длинными волосами, – иронично сказала
Влада, обхватывая его шею ладонью и пробираясь пальцами к макушке.
– Так и знал, что ты это скажешь, – засмеялся Чистюля и коротко, но крепко ее
поцеловал. – Я люблю тебя всю и схожу с ума по твоим губам. Я никогда женщин не
целовал, но твои губы я хочу целовать всегда. Мне не хочется отпускать тебя, когда я
к тебе прикасаюсь.
– Врешь же, что не целовался. Ты хорошо целуешься. Очень, очень хорошо, просто
восхитительно, – засмеялась она, послушно приникая к нему и позволяя себя целовать.
– Мой опыт был небольшим в период бушевания гормонов, я это не беру в расчет. А с
тобой так, потому что я люблю твои губы и не могу от них оторваться.
Чистюля перекатился набок и утянул Владу за собой. Она закинула колено ему на бедро и
теснее прижалась к его крепкому мускулистому телу.