Чистюля

друга. Всё остальное мне тоже нравится, – он окинул ее с головы до ног говорящим

взглядом.

– Иля, логика у тебя хромает на обе ноги. Я тебе сказала, что не хочу отношений и

жить с тобой не буду, а ты замуж мне предлагаешь…

– В том-то и дело. Что всё остальное я тебе уже предлагал. Только ничего

вразумительного не услышал. Ты не знаешь, куда мы двигаемся, тебя пугает

неизвестность и что будет с нами дальше. Вот тебе конкретный вектор движения. Это

самое серьезное намерение, которое я могу предпринять в отношении тебя. Самое

серьезное, что я могу предложить. Выйдешь? Да или нет?

– Это так не делается…

– А как делается? Хорошо, не так. Скажи как?

– Сейчас не время… Это всё не вовремя… – проговорила она, отчаянно желая, чтобы он

замолчал.

Не требовал от нее ответа и вообще взял свои слова обратно. Не делал ей предложения,

на которое она сейчас никак не могла ответить согласием.

– А когда время? Когда оно наступит? У тебя конкретное число есть? Поделись тогда.

Или что должно произойти, чтоб этот момент наступил? У тебя в голове что-то щелкнет?

Как я об этом узнаю? Что такого должно произойти, чтобы что-то изменилось? – он

безжалостно закидывал ее вопросами.

– Ты загоняешь меня в тупик, – бессильно произнесла она.

– Разве? Я тебе выход указываю. Или вход… Это же то, чего хотят женщины.

Стабильность, ясность, безопасность, полное понимание ситуации. Куда уж яснее,

радость моя?

– Почему тогда это звучит как очередная провокация?

– Потому что ты всегда ищешь во всем подвох, а в моих действиях и словах ты ищешь его

с десятикратным рвением. Ладно, я к этому давно привык и даже не удивлен. Ты для

меня не девочка на одну ночь. Поверь, если бы у меня была цель просто тебя поиметь,

я бы не тянул с этим так долго. Да или нет?

– Если да, то мы женимся?

– А если нет, то каждый живет своей жизнью, – закончил он. – Уже по-настоящему. Без

шуток и иронии. Никаких игр и догонялок.

– Нет, – помолчав, тихо произнесла она, почему-то холодея от одного этого

коротенького слова. – Нет, – повторила тверже и сунула кольцо в карман его пиджака.

– Закончим эти игры.

Илья молча поднялся. Постоял секунду-другую, будто давая ей возможность передумать.

Влада не представляла, что он чувствовал, да и не хотела знать. Сидела, тупо

уставившись в пол, и не могла поднять на него глаза. Пустота в ее груди ширилась с

каждым его движением, и к тому моменту, как Илья надел пальто, разверзлась под

ребрами ледяной бездной.