Чистюля

– Ты сейчас шутишь? – Лизка глянула на Владу с нескрываемым удивлением.

– Нет, – посмеялась Влада. – Звучит как сводка из криминальных новостей?

– Я не про это. Ты хочешь сказать, что Чистюля ничего не сделал? То есть кто-то

облапошил близкую подругу его сестры и живет себе дальше припеваючи?

– А почему он должен что-то делать? Ну, в такие подробности мы с Ликой его не

посвящали. Сказали, что родни нет, города не знаю, потому пока поживу и Лики. И ты

ничего не говори. Не надо мне, чтобы кто-то решал мои проблемы. Сама протупила – мне

и разгребать. Хватит с меня уже этих «решал».

– Ты можешь мне доверять. Всё останется между нами. Всё сказанное. К слову, если тебе

станет окончательно невмоготу у Лики, могу предложить свою квартирку. У меня

приличная студия. Не такой ремонт, как у Чистюли, конечно, но она очень уютная. За

аренду платить не надо, коммуналку оплатишь, и этого достаточно. Сдавать я ее не

хочу, не могу решиться пустить туда кого-то чужого, стоит бесхозная. А так и тебе

удобно, и мне спокойнее, что за квартиркой присмотришь.

– Хорошо, спасибо. Буду иметь в виду.

– А родители? – решилась спросить Лиза, потому что Влада ничего о них сама не

упомянула.

– Мама умерла. Она долго болела. Я так скучаю по ней, мне ее так не хватает… – голос

Влады дрогнул, и она на некоторое время умолкла, чтобы снова с собой совладать. –

Наверное, всё произошло, потому что ее не стало. У меня земля ушла из-под ног, мир

перевернулся. Я не могла тогда трезво мыслить… Когда этот урод появился…

– А папа?

– А папа – гондон. Он маму бросил. Но как я потом поняла: он давным-давно уже жил на

две семьи. У него две девочки от другой бабы. Они не сильно меня младше.

– Точно гондон, – кивнула Лизка.

– Спасибо, что выслушала. Извини, что вывалила всё это на тебя вот так разом. Сама не

понимаю, почему так получилось. И почему именно тебе… Я и делиться-то личным не

привыкла. Никогда особо никому ничего не рассказывала. У меня даже близких подруг не

было, вечно с бабами какие-то проблемы…

– Ты себя в зеркало видела? Чего удивляешься? – хмыкнула Лизавета.

– Ну да, все почему-то считают, что я только и думаю, как бы чужого мужика увести, –

рассмеялась Влада. – Ваша Мари вон тоже так думает…

Лиза расхохоталась:

– Ага, за одним лишь исключением: Чистюля – не ее мужик. Я вижу, как он смотрит на

тебя и как на Мари. Мари ничего для него не значит. – Лизка утихомирила смех и

закончила уже серьезно: – Влада, никто лучше тебя не знает, как самообман может

разрушить жизнь. Не суй голову в песок, не делай вид, будто не понимаешь, что между

вами с Илюшей происходит. Хорошо, пока не происходит, но назревает.

– Я не хочу проверять, могу ли я значить для него больше, чем Мари. Я только отошла

от всего. Последнее, чего бы я сейчас хотела, это снова с кем-то спутаться. Но при

этом меня бесит, когда я вижу Чистюлю с этой мартышкой. Идиотизм, да?

– Не идиотизм, – Лизавета глянула на Владу понимающе. – Другое. Ты ведь и сама это

знаешь.

Влада покачала головой:

– Не хочу. Что-то сломалось во мне. Сама мысль о том, чтобы снова подпустить к себе

кого-то, вызывает у меня тошноту.

– Вот же умудрились вы с Илюшей… Оба два, которым вообще не нужны отношения, запасть

друг на друга.

– Значит, у нас есть шанс спастись от этой никому не нужной связи.