Когда загорится Луна

— Поехал договариваться о продаже картины на аукционе, должен потом сюда приехать. Но ты сам видел, какая погода. Я пешком шла, еле добралась. Может, Дёма не поехал? Сейчас ему позвоню.

Тася достала телефон и набрала номер Демьяна. Сначала в трубке шли гудки, а потом вызов оборвался. И когда Тася снова позвонила, чужой автоматический голос сказал: «Абонент временно недоступен».

— Едем! – процедил Леший.

— Куда? – в испуге спросила сестра. – Ты же болен!

— А Демьяна там, может, убивают. Поехали, Тась. Только помоги мне отсюда выбраться.

— Наверное, тебе нужно подписать отказ от лечения.

— Времени нет! Помоги одеться. Быстрее!

Почему-то у Лешего и мысли не возникло, что у Демьяна мог просто разрядиться телефон. Нет, что-то случилось! Он точно это чувствовал! И пусть до суперлуния еще есть время, его осталось в обрез.

Тася достала из шкафа в углу вещи брата. Они были все в грязи, на джинсах зияла прореха, только Лешего это мало смущало. Он оделся, сцепив зубы от боли во всем теле, только боль постепенно стихала, а сила, наоборот, просыпалась, брала верх над болезнью, и из палаты Леший выходил уже не морщась и почти не ощущая, что утром едва сполз с больничной койки.

Тася бежала за ним.

— Эй, вы куда? – окликнул их дежурный.

— Мы брата навещали, уже уходим, – протараторила Таисия.

Конечно, нового пациента еще не все знали в лицо – на их счастье. Вот только Леший понимал: выйти из больницы будет не так просто, как сбежать из палаты. И тогда он позволил силе вести себя. Просто принял свою магию – раз и навсегда. А она подсказывала: подожди, не иди сейчас, а вот теперь можно. Здесь налево – и замри. Теперь быстро вниз по лестнице.

— Лёш! Лёш, куда мы идем? – изумленно спрашивала Тася.

Но Леший не отвечал. Он понимал: сейчас собьется – и они застрянут в больнице выяснять отношения с врачами. Но нет, не сбился. Магия провела и мимо регистратуры, и мимо охраны. Будто кто глаза отвел! И уже выбравшись на улицу, Леший обернулся к сестре.

— Надо найти Дёму. Срочно, – проговорил он. – С ним беда.

— Значит, поехали домой, – решительно ответила Таисия. – Там я смогу определить, где в последний раз включался его телефон.

— Поехали. Только на чем?

Тася оглянулась. Леший и сам смотрел на город, вставший в пробках. Будто кто-то не пускал их к Демьяну! Не давал подобраться и помочь. Скверно.. Такси теперь не вариант, автобусы пока кое-как ползали, но и они едва тащились по снегу, а пешком они будут идти около часа.

— Да чтоб ему! – выругался Леший, чувствуя себя беспомощным и ненавидя за это. – Давай пешком, Тась. Другого выхода нет.

— Ты не дойдешь, – тихо сказала его сестра. – Даже с магией.

И вдруг замерла, глядя куда-то за спину Лешему. Тот обернулся и тоже не поверил своим глазам: каким-то чудом возле больницы припарковалась старенькая серая «шкода».

— Соколов! – воскликнул Лёша и побежал к автомобилю.

Сам водитель выглянул и помахал рукой.

Брат с сестрой нырнули в тепло салона, и «шкода» принялась лавировать в снеговом потоке. Да, медленно, с почти черепашьей скоростью, однако она двигалась, приближая Тасю и Лешего к Демьяну.

— Таисия рассказала мне о нападении на тебя, – обернулся Соколов к Лешему. – Я так и подумал, что нужно искать вас в больнице. Вижу, вовремя добрался. Куда едем?

— Домой, буду искать Дёму, – ответила Тася. – Он пропал, телефон отключен.

А Леший вдруг услышал тихий, как шелест, голос:

— Студия.

И он точно принадлежал Симоне! Хотя бы одна подсказка от сестры за все это время! Да, мизерная. Да, крохотная, но сейчас необходимая. Она давала шанс – им и Демьяну. Шанс выжить, победить. Оказаться сильнее хитрого врага, который не гнушался средствами.

— Мы едем на студию, – произнес Леший. – Так говорит Си.

Соколов вздрогнул и вжал голову в плечи. Он все еще боялся, а Леший осознал, что страха больше нет. Не до него сейчас! Нужно просто принять: его старшая сестра мертва, и от того, как быстро они будут действовать, зависит жизнь Демьяна.

— Смеркается, – тихо сказала Тася. – Слишком рано! Сколько сейчас?

— Два часа дня, – ответил Соколов. – Видно, из-за непогоды.

— Думаю, тут дело в другом, – откликнулся Леший. – Может, мы все ошиблись? И дело не в суперлунии?

— А как иначе может загореться Луна?

— Вот и узнаем. Ответы уже близко.

Леший уставился в окно. Как же медленно!

Хотелось побежать, только он понимал: ноги увязнут в снегу, он растеряет силу, которая нужна на борьбу за жизнь Демьяна. Борьбу.. При себе у Лёши было лишь одно оружие – его магия. И он готов был доказать, что не зря ее унаследовал.

Увы, доехать до самой студии так и не удалось: «шкода» окончательно застряла в снеговом заносе неподалеку от остановки автобуса, так и не добравшись хотя бы до нее.

— Да чтоб оно все провалилось! – зарычал Леший. – Дальше пешком. За мной!

Никто ему не перечил. Может, Соколов был бы и рад отсидеться где-нибудь, переждать бурю, однако тоже выбрался из автомобиля. А вьюга разбушевалась так, что не было видно даже тех, кто стоял рядом. Леший едва угадывал силуэт Таси. Она казалась ему дымкой, а не человеком. Соколов и вовсе едва был виден в снегу.

— Ну и погодка! – проговорил он, поднимая высокий ворот куртки.

— Идем, у нас мало времени! – позвал Леший и первым нырнул в ближайший сугроб. Ноги сразу увязли до середины бедра. Как? Как в таком снежище вообще идти?

А впереди вдруг что-то заискрило – это порвались под гнетом снега заледенелые провода.

— Надо обойти, – занервничал Соколов.

— Надо, – согласился Леший. Не хватало еще наступить на провод!

Пришлось свернуть в сторону и брести на ощупь. Снег залеплял глаза, забивался под одежду, бил по ногам. Не это ли тот самый природный катаклизм, который предвещает появление Знака Пепла? Ведь не только город заметает снегом – такая ситуация повсюду! Люди вот-вот окажутся оторваны от цивилизации. И какими будут последствия, сложно представить.

— Куда мы вообще идем? Ничего не понимаю! – выкрикнул Соколов и закашлялся.

Нет, все же не смеркалось. Это тяжелые низкие тучи тянулись над землей. Они становились все чернее, погружая мир в преждевременные сумерки.

— Безумие какое-то! – пискнула Тася. В вое вьюги ее голос действительно казался писком.

Дойдут ли они вообще до студии? Путь, который должен был занять не более десяти минут, по ощущениям уже растянулся на полчаса.

— Мне кажется, мы стоим на месте, – раздался из белой пелены голос Соколова.