Страница 16 из 79
— Смешной ты! – захохотала Тася. – Была бы Си жива, ох, она бы над тобой подшучивала! Сестра была среди нас заводилой. Ну, так как, расскажешь, почему вдруг передумал? Только не ври, что весь день взвешивал «за» и «против».
— Не буду, – вздохнул Дёма. – В общежитии я разозлился на соседа, который привел девушку и не предупредил, и напустил на них рой пчел. До этого пчелы мирно обитали на обоях.
— Ничего себе! – фыркнула Таисия. – Хорошо, что у нас обои однотонные, а у меня в единорожках. Кстати, я не против живых единорогов. Ладно, разбирай вещи, а потом пройдемся в магазин, хорошо? Ненавижу ходить туда одна: продавец глазки строит. А в другой идти неудобно.
— Сходим, конечно, – торопливо согласился Демьян.
Он и сам бы желал немного проветрить голову, но для начала развесил в шкафу одежду, разместил свои рисунки, и комната мигом стала иной. Своей. Тася не мешала. Она появилась на пороге только через полчаса, готовая к выходу. Демьян накинул куртку, обулся, и они вдвоем вышли под вновь начавшийся снег.
Тася шагала быстро, Дёма еле за ней успевал. Вдруг она остановилась, словно задумавшись о чем-то.
— А знаешь, давай свернем тут? – предложила она. – И сходим в дальний магазин, хочу показать тебе одно место.
— Давай, – безропотно согласился Демьян.
Ему приятно было гулять вот так – в тишине, но не в одиночестве, и они с Тасей пошли по дорожке направо, миновали ряд домов и вышли на берег узкой, но бурной речонки. Вопреки холоду, ее воды били и журчали, вздымались пеной, и снег, падая с небес, превращался в такие же капли, наполняя реку.
— Смотри! – Тася раскинула руки, покрутилась на узком мосту, перекинутом на другой берег. – Красиво, да?
— Красиво, – откликнулся Демьян. – Мне хотелось бы это нарисовать.
— Так нарисуй! Представляешь, сколько в России таких мест? О них вроде бы никто не знает, но они есть. А через твои картины их увидит огромное количество людей. Знаешь, когда мы были в Москве на олимпиаде по программированию, то в парке Зарядье посещали один виртуальный аттракцион. Там ты будто паришь над Россией. Красота неописуемая! В лицо летят брызги, и кажется, что можешь рукой коснуться столбов на реке Лене или вод Байкала. Я все хочу увидеть – не на аттракционе, а вживую. Так что есть ради чего жить! И ты не опускай нос. Подумаешь, пчелы.. Научишься контролировать эту штуку. Картины – часть тебя. Разве ты не управляешь рукой или ногой? Так будешь и ими.
Дёма улыбнулся. От слов Таси действительно становилось легче. Что он успел увидеть в жизни? Ничего! Даже аттракцион, о котором рассказывала Таисия, казался ему чудом техники. Да, справиться со своими страхами сложно. Еще сложнее принять, что жизнь дала крен и придется как-то выбираться из-под навалившихся проблем. Но у него впереди столько всего! Для начала – выставка. Если она будет иметь успех, пригласят в столицу. И даже если нет – летом сам съездит, увидит новые города, получит вдохновение для творчества. Нельзя останавливаться. Остановишься – увязнешь, а надо двигаться. Только вперед!
— Спасибо, – искренне сказал Демьян, опираясь на перила моста и глядя на воду.
— Не за что, дружище! – Тася похлопала его по плечу. – И я рада, что ты решил пожить у нас. Правда. Лёшка почти все время на подработках. Одиноко иногда.
— Понимаю. Но, как писал Экзюпери, среди людей тоже одиноко.
— Если они чужие тебе по духу, то да. Ладно, идем. А то магазин закроется, он до шести.
И они ускорили шаг, успели-таки добраться до магазина и купить продукты. Назад шли по другой дороге, Демьян разглядывал здания полузнакомого района, Тася думала о чем-то своем, и, похоже, оба были довольны прогулкой.
Дома Тася накормила пса, они с Дёмой поужинали бутербродами и кашей, а ближе к ночи вернулся Леший. Было слышно, как он возится в прихожей, затем тренькнула гитара – видимо, вынул ее из чехла и разместил где-то в комнате. Загрохотали кастрюли на кухне. Демьян прислушивался к этим звукам и понимал, что они ему странным образом не мешали. Складывалось впечатление, будто он всегда жил в этой квартире с Лешим и Тасей. Он ощущал себя здесь своим.
Уснуть тоже оказалось легко, вот только проснулся Дёма среди ночи. Стало вдруг холодно. Он поежился, натягивая одеяло до ушей, но холод не отступал. Тогда Демьян поднялся и подошел проверить, хорошо ли закрыто окно, а когда обернулся, на его кровати сидела красивая светловолосая девушка. Она помахала ему рукой.
— Симона? – недоверчиво спросил Демьян, чувствуя, как душа уходит в пятки.
Сомнений, кто это, не возникло. Да и девушка не казалась живой. Наоборот, давно и безнадежно мертвой: ее кожа постепенно становилась все бледнее, а потом и сам силуэт сначала подернулся дымкой, а затем исчез.
Дёма шумно вдохнул сквозь стиснутые зубы. Он провел рукой по лбу, вытирая холодный пот, и упал в кресло. Видимо, в этом доме живет призрак, и, судя по ощущениям, присутствие посторонних Симоне не понравилось.
Вдруг где-то послышался грохот. Дёма вылетел в коридор, за ним выскочила Тася в коротком халатике, и оба ввалились в комнату Лешего. Тот тоже не спал. Он стоял у окна, а сквозь разбитое стекло в спальню дул ледяной ветер.
— Лёш, ты чего? – шагнула к нему Таська. – Лёша?
— Она опять явилась, – обернулся Леший, и он сейчас казался бледнее призрака. – Знаешь, Тась, я уже не верю, что это наша Си. Не важно, живая или мертвая. Это какая-то сущность под ее личиной. Наша сестра никогда и никому не желала смерти!
— Мы слишком мало знали о Симоне, Лёш. – Тася сжала его руку. – А кто нам является.. мы обязательно выясним. Давай закроем чем-нибудь окно, а то весь дом выморозит. Поспи в гостиной, завтра я после универа вызову стекольщика.
— Я сам, утром буду дома.
Демьян хотел было сказать, что тоже видел Симону, но промолчал. Почему? И сам не знал. Наверное, где-то в глубине души побаивался, что его выставят за дверь, решат, что это с его появлением начались неприятности. Он вместе с ребятами заложил окно старым одеялом, чтобы не дуло. Понятное дело, совсем защитить комнату от мороза не удалось, но хотя бы сохранить тепло в других помещениях получилось. После они снова разошлись по комнатам.