Страница 180 из 183
Невероятное орудие преступления
1
– Сначала раздался пронзительный крик: «Помогите!», а вслед за ним звон разбитого стекла. Сато кинулся в комнату жены и увидел Мияко лежащей на полу в крови. Из раны на левом плече хлестала кровь. К счастью, артерию не задело, но тем не менее кровотечение оказалось столь обильным, что Сато помчался за врачом, а уже потом, когда рана была перевязана, позвонил в полицию. По его вызову на место происшествия выехали я и Киносита-кун из следственного отдела.
На основании показаний мужа потерпевшей можно предположить, что преступник проник в комнату через окно и, подойдя со спины, нанес жертве ножевую рану, после чего скрылся. Впопыхах он, видимо, задел оконную раму и выбил стекло.
Окно комнаты выходит на бетонный забор, отстоящий от дома метра на два. Вдоль забора тянется улочка Сумидатё, довольно пустынная. Мы тщательно осмотрели забор и с внутренней, и с внешней стороны, но ничего подозрительного не обнаружили.
Муж потерпевшей, тридцатипятилетний Торао Сато, – из породы скороспелых богачей, каких немало развелось после войны. Он с грехом пополам говорит по-английски, благодаря чему установил связи с американцами и нажился на каких-то поставках. Формально он нигде не служит и, так сказать, жуирует жизнью. На самом же деле этот ловкий малый проворачивает какие-то финансовые махинации и богатеет. Его жене, Мияко, двадцать семь лет. Из разговора с Сато я узнал, что она родом из Ниигаты. Ничего не скажешь, красивая женщина. В свое время служила в кабаре и на своем коротком веку повидала немало. Естественно, у нее были мужчины и до Сато. Один из них, с которым она порвала перед самым замужеством, до сих пор не может ее забыть. Вьется вокруг нее еще какой-то подозрительный тип. Сато уверен, что преступник – один из этих двоих.
Скоро пять лет, как я служу в полиции, – за это время перед моими глазами прошли десятки женщин, но такой красавицы я ни разу не встречал. Сато, влюбившись в нее без памяти, чуть ли не силой увел ее от прежнего сожителя, некоего Горо Сэкинэ, по профессии повара, причем настоящего мастера своего дела, специалиста по части французской кулинарии. Сато прельстил Мияко, конечно же, деньгами.
Другим подозреваемым является Сигэру Аоки, парень с явными преступными наклонностями. В прошлом тоже был любовником Мияко и, похоже, до сих пор не желает от нее отстать. Он по сей день не прекращает своих домогательств – время от времени нагло является в дом Сато с угрозами и бранью.
Внешность у Аоки довольно благопристойная, его вполне можно принять за выходца из хорошей семьи, в действительности же он связан с шайкой некоего Накагавы и уже не раз имел дело с полицией. Он так и не смирился с изменой Мияко, а за последнее время даже написал ей несколько угрожающих писем. Судя по всему, Мияко не на шутку встревожилась, во всяком случае, она высказывала мужу опасение, что Аоки может ее убить.
Короче говоря, Сато подозревает только этих двоих и уверен, что преступник – кто-то из них. Лица нападавшего Мияко не видела, ведь он подкрался к ней со спины, когда же она обернулась, тот уже успел выскочить в окно. В темноте она не разглядела, во что он был одет, однако тоже склоняется к мысли, что это был либо Сэкинэ, либо Аоки, можно даже сказать, она уверена в этом. Я навел кое-какие справки о том и о другом. Но об этом после – сначала я хотел бы обратить ваше внимание на одно любопытное обстоятельство. Вы ведь сами мне говорили: «Если при расследовании преступления ваше внимание привлечет какая-либо неожиданная деталь, непременно запомните ее, пусть даже поначалу вам покажется, что она не имеет отношения к делу…»
Так вот, после того как доктор обработал рану и Мияко уложили в постель, Сато тщательно осмотрел комнату, где было совершено нападение. Он полагает, что преступник воспользовался не обыкновенным ножом, а каким-то обоюдоострым предметом. Но, обыскав всю комнату, так ничего и не нашел.
В связи с этим я заметил ему, что преступник, скорее всего, унес нож с собой и в таком тщательном обыске не было особого смысла. Но, оказывается, Сато не такой уж простак. Он предположил, что история с покушением могла быть всего лишь спектаклем, разыгранным самой Мияко. Она, дескать, женщина с причудами, подвержена истерикам, и от нее можно ожидать любого безрассудства. Поэтому Сато и попытался выяснить, не спрятан ли нож где-нибудь в комнате.
Он проверил все шкафы и ящики, но не нашел ни единой пары ножниц, даже иголки. Ничего подозрительного не обнаружил он и в саду. Лишь после этого Сато уверовал в то, что преступник действительно проник в дом извне…
Выслушав рассказ коллеги, Когоро Акэти, сидевший в кресле напротив, запустил пальцы в свою густую шевелюру и кивнул.
– Гм, любопытно. В этом что-то есть, – проговорил он.
Знаменитому сыщику перевалило уже за пятьдесят, но никто не дал бы ему столько. Правда, лицо его несколько осунулось, но это даже шло ему. В остальном же он мало изменился за минувшие годы. И уж над чем время было совершенно не властно, так это над его великолепной шевелюрой.
2
Когоро Акэти слыл изрядным щеголем, при этом щеголеватость его отличалась какой-то особой изысканностью. Лицо его всегда было гладко выбрито, костюмы, сшитые у лучших портных, сидели на нем безукоризненно, но носил он их с нарочитой небрежностью. Беспорядок, царивший в его шевелюре с молодых лет, лишь подчеркивал свойственную его облику артистичность.
Описанный выше разговор происходил в гостиной его квартиры в районе Кодзимати. Как только в Токио был отстроен первый оборудованный по-европейски доходный дом «Кодзимати апато», Акэти арендовал в нем часть второго этажа; там размещались и жилые комнаты, и его контора. Дом был трехэтажный и по виду чем-то напоминал гостиницу «Империал». Квартира Акэти состояла из просторной гостиной, кабинета, спальни, ванной комнаты и небольшой кухни. Поскольку столовая была отведена под кабинет, гостей он приглашал в соседний ресторан.
Жена Акэти страдала грудной болезнью и вот уже несколько лет находилась в лечебнице в Такахаре, поэтому он вел холостяцкий образ жизни. У него был помощник, молодой человек по имени Ёсио Кобаяси, совмещавший обязанности слуги и секретаря. В этих просторных апартаментах они жили вдвоем. Кобаяси вел хозяйство, заказывал еду из того же соседнего ресторана, а приготовить тосты и чай для него не составляло труда.