Страница 89 из 104
Уверена, в тот момент принцу очень хотелось послать меня к черту. Он буравил меня взглядом, ледяные прожилки на его лице засияли ярче. Но вдруг он схватил меня за руку, и мы оба вылетели из зала. Я едва успевала передвигать ноги, а он, кажется, плохо осознавал, куда идет. Мимо проносились коридоры, слуги торопились исчезнуть с нашего пути, но мы все-таки добрались до наших покоев. Винтер, влетев в спальню, с такой силой махнул рукой, что с пальцев сорвались ледяные искры, и на стене появилось несколько дыр.
— Винтер! Пожалуйста, прекрати!
— Прекратить что? – обернулся муж. Венки на висках никуда не исчезли, только углубились. – Сколько еще я должен терпеть, Алена? Терпеть оскорбления, унижения и не иметь возможности ответить? Нет худшего оскорбления для мужчины, чем когда его публично обвиняют в неверности!
— Но мы же знаем, что это не так, – попыталась его обнять, но Винтер вырвался.
Сел на кровать ко мне спиной и обхватил голову руками. Таким злым я ни разу его не видела. Может, лишь когда меня похитила Дарина, и то на него было не так страшно смотреть, как сейчас. Я тоже забралась на кровать, обняла мужа со спины. Пробежалась пальцами вдоль чуть выпирающих позвонков.
— Ну что ты, – прошептала на ухо, – успокойся. Разве ты не понимаешь, что эта вертихвостка специально тебя провоцирует? Уж не знаю зачем. Может, чтобы тебя поскорее выкинули из Ледяных чертогов?
— Я сам уйду! – громыхнул голос Вина.
— Конечно. И я с тобой. Только сначала найдем твоего отца, чтобы ты потом не беспокоился, все ли с ним в порядке.
— Почему я должен беспокоиться? – Глаза Винтера полыхали потусторонней магией. – Он отказался от меня. Он меня ненавидит.
— Думаю, ты преувеличиваешь. Если бы Айсен тебя ненавидел, он приказал бы тебя казнить. И штраф Альберту платить не стал бы.
— Ты его не знаешь.
Кажется, я только больше разозлила Винтера. Он даже отодвинулся, чтобы между нами пролегло хоть какое-то пространство.
— Вин, – приблизилась снова, поцеловала его в шею. – Не принимай так близко к сердцу.
Он подскочил на ноги и принялся расхаживать передо мной.
— Знаешь, чего я хочу, Алена? Немедленно вернуться в твой мир и забыть, что этот вообще существует!
— Но здесь же твой дом.
— Дом? – И стена лишилась еще нескольких кусочков, отколовшихся из-за размахивающего руками принца. – Дом – там, где тебя любят и ждут. А здесь, если ты не заметила, некому меня ждать. Собирайся, мы немедленно едем к моей матери. Спросим об их разговоре с отцом, а дальше Ассия пусть разбирается сама.
— Нельзя ехать в таком состоянии.
— Это не тебе решать!
— Винтер, – терпение оставило меня, – а тебе не кажется, что это я должна метать гром и молнии и выбивать крошку из стен? Если ты забыл, Нора заявила, что ты, дорогой, мне с ней изменил.
— Но это неправда!
— Тогда зачем так нервничать? Сядь, пожалуйста.
Винтер нехотя послушался, а я постаралась придушить поднявшую голову обиду. Не время и не место. Если еще и я устрою скандал, легче никому не станет, а остатки самообладания Винтера полетят в пропасть. Поэтому проглотила рвущиеся колкие слова.
— Успокойся, – прижалась к Винтеру, – оно того не стоит. Скоро все закончится, и мы вернемся домой. Будем с тобой гулять хоть целыми сутками, я же теперь временно безработная. А когда будет готов твой паспорт, можем поехать куда-нибудь. Хочешь?
— Хочу, – глухо ответил Винтер, опустив голову и разглядывая искрящиеся от магии руки.
— Тогда забудь об этой.. Норе. Пусть говорит что хочет, я ей не верю и не поверю.
Осторожно коснулась губами щеки Винтера. Кожа была холодной, но льдинок на висках стало меньше. Успокаивается.
В двери тихо постучали. Выглянув, увидела Леонса с подносом в руках, на котором стояли графин и два бокала.
— Что это? – спросила шепотом.
— Клюквенная наливка, – подмигнул он, – крепкая.
Я забрала поднос и вернулась в комнату. Налила в бокалы багряный напиток и протянула один Винтеру.
— Не хочу, – покачал он головой.
— Пей, легче станет.
Вин явно хотел сказать что-то не особо приятное, но, как и я, вовремя прикусил язык. Я пригубила наливку, очень приятную и мягкую на вкус. Винтер же залпом осушил бокал и отставил его в сторону, давая понять, что споить его не удастся.
— Прости. Веду себя как дурак, – изрек он первую здравую мысль.
Я тут же забралась в его объятия, прижалась всем телом, стараясь согреть. Гладила по сильным рукам, всегда готовым меня защитить, по груди, в которой билось храброе и чистое сердце, легонько коснулась губ. Льдинки на висках окончательно растаяли. Винтер задышал ровнее и наконец-то стал похож на себя прежнего.
— Ничего, – сказала тихо, наслаждаясь объятиями, – пусть говорят, что им вздумается. А мы знаем правду. Так ведь?
Винтер кивнул.
— Спасибо, Алена, – долетело едва слышно.
— За что?
— Что не веришь.
— А должна?
— Нет. Я никогда, слышишь? Никогда не причиню тебе такой боли.
— Я знаю, – закрыла глаза, прислушиваясь к биению его сердца. Это всегда успокаивало. Просто слышать этот мерный стук, свидетельство того, что Вин рядом. – Одного не могу понять. Зачем Норе заявлять такое? Себе же сделала хуже.
— Причин может быть несколько. – Винтер пожал плечами. – Во-первых, как ты и сказала, это способ снова выставить меня из Ледяных чертогов. Во-вторых, способ отомстить. И в-третьих – скрыть отношения на стороне. Мол, искры все видели, значит, виноват Винтер.
— Мне кажется, ты прав. – Я все пыталась понять, какая из версий кажется мне наиболее вероятной. – Но с кем-то же были у нее отношения. Может, этот кто-то причастен к исчезновению твоего отца? И теперь ты мешаешься под ногами?
Мы с Винтером внимательно посмотрели друг на друга. Это бы многое объясняло.
— Чтобы понять, так ли это, надо поговорить с мамой, – уже спокойно сказал он.
— Так давай встретимся с ней и сразу уберем ряд вопросов. Где искать твою мать?
— После того как отец ее простил, она вернулась в Ледяные чертоги и живет где-то на окраине столицы. Леонс должен знать, его отец когда-то дружил с новым мужем матери.
— Тогда идем спросим?
Кажется, буря миновала, и вместо ледяного урагана я снова получила своего любимого мужа. Но стоило нам выйти в гостиную, как отворилась дверь, и в комнату влетела Ассия. Ее глаза покраснели, как будто она только что вытирала слезы.
— Что случилось? – кинулась к ней.
— Я.. Я отменяю помолвку с Дженьером, – выпалила девушка.