Страница 22 из 104
Фигуры подняли головы. Видимо, оценили и авто, и меня – если что, не сумеют помешать позвонить, а я уже набирала номер поселковой охраны, им ближе. Четверо бросились бежать, жертва осталась на снегу. Я сунула телефон в карман и, скользя и спотыкаясь, поехала вниз, к распростертому телу.
— Винтер! – склонилась над ним. – Вин, миленький!
Мой принц открыл глаза, но, кажется, слабо понимал, где он и что происходит.
— Где болит? – спрашивала я, разглядывая ссадину на лбу. – Голова?
— Алена?
— Нет, Снегурочка. Подожди, я вызову «скорую».
— Не надо никого звать.
Винтер осторожно сел, сплюнул кровь на снег, коснулся головы, и рана будто покрылась ледяной корочкой.
— Вин? – Я с ума сходила от беспокойства.
— Магии на четверых не хватило. Она слабеет день ото дня, не отбился.
— Что они хотели-то?
— Телефон, кошелек. Когда сказал, что у меня нет, не поверили. Напали.
— Главное, что все хорошо. – Аккуратно обняла его на мгновение. – До машины дойдешь? Поедем домой.
— Не поеду, – сверкнули синие глаза.
— Винтер, пожалуйста, дома поговорим. Мы друг друга неправильно поняли.
— Я все понял, Алена, – заупрямился принц, – и не собираюсь больше создавать проблемы. У тебя своя жизнь, у меня – своя.
— Да нет же! Вин, хороший мой..
Не знала, как до него достучаться. От бессилия что-то изменить хотелось плакать и рвать на себе волосы. А если бы я за ним не поехала? Если бы нашла позднее? Если бы эти четверо убили его? Слезы все-таки покатились по щекам, и я закрыла лицо руками.
— Алена? – Чужие руки легли на плечи. – Не плачь, пожалуйста. Не надо. – Винтер привлек меня к себе.
Его куртка была холодной и мокрой от снега, но я прижалась к жесткой ткани и все не могла успокоиться. Наверное, сказывалось нервное напряжение последних дней, потому что я едва не выла, чувствуя, как меня гладят по голове, по спине.
— Пойдем. – Он осторожно поставил меня на ноги. – Поедем домой и поговорим.
Я кивнула, и мы вдвоем потащились наверх, к оставленному автомобилю. Вот только возле машины нас ждал еще один сюрприз. Яркий луч света ударил по глазам. Прикрыла их ладонью, а Винтер выпустил меня из объятий, и я поняла – собирается защищаться.
— Спокойно! – расслышала мужской голос, и свет стал глуше. – Мы не причиним вреда.
Это еще кто? Я разглядела три фигуры в черных куртках на молнии. Может, охрана? Или полиция ловит ту четверку?
— Здравствуйте, – кивнула мужчинам. – Наверное, я не в том месте припарковалась? Простите, случайно вышло.
— Нет-нет, – замахал руками тот, который обещал не причинять вреда. Крепкий, коротко стриженный – он, как и Винтер, видимо, шапок не признавал. – Позвольте представиться. Альберт Данилович, служба магического контроля. Мои помощники, Андрей и Костя.
— Алена Карцева, я живу в коттеджном поселке, – махнула рукой в сторону родительского дома, – а это Винтер, мой друг.
— Так-так. – Альберт Данилович неодобрительно посмотрел на Винтера. – Значит, совершили несанкционированный межмировой переход, молодой человек?
Винтер замер в непонимании. Мои глаза тоже медленно лезли куда-то на лоб, потому что я не могла понять, это – шутка? Общий вирус безумия? А Альберт Данилович уже достал планшет и нажимал на кнопки на экране.
— Из какого мира прибыли? – поинтересовался он у Винтера.
— Арея, – пробормотал тот. – Ледяные чертоги.
— Дата прибытия?
— Двадцать восьмое декабря.
Значит, мы встретились с ним через сутки после прибытия в наш мир.
— Фамилия, имя, отчество.
— Винтер ди Айсен.
— Цель прибытия?
— Меня отец изгнал.
Альберт Данилович вздохнул и пристально уставился на Винтера.
— Что же вы, Винтер Айсенович, сразу к нам не пришли? Не взяли разрешение на пребывание? Еще и магию несанкционированно применяете. У вас, между прочим, спецразрешения нет.
Что? Что за бред на ночной дороге?
— Я не знал, – покаялся Винтер.
— Как говорят на Земле, «незнание не освобождает от ответственности», Винтер Айсенович. А еще принц. Что же вы с батюшкой не поделили?
— Трон. – Винтер опускал голову все ниже.
— Нехорошо, молодой человек. Земля, между прочим, закрытое пространство. А вы вот так, без допуска, и магичить во все стороны. Так ладно бы слегка, а то – целая вспышка.
— Я защищался, меня пытались ограбить.
— Не оправдание! – отрезал Альберт Данилович. – У вас поручители в этом мире есть? Или проедете с нами?
— Я, я поручитель, – вмешалась в этот бессмысленный разговор.
— Алена.. Простите, как вас по батюшке?
— Владимировна.
— Алена Владимировна, уж вы-то, коренная жительница Земли, могли как-то контролировать, что ли..
— Виновата, исправлюсь. Какие допуски ему нужны? Куда нам подъехать?
— Так праздники, в отпуске все. А подъезжайте числа десятого. Я визитку дам, там и адрес, и телефон. Но постарайтесь, чтобы до десятого января он не колдовал. Только скажу вам сразу: шанс, что вам разрешат остаться в нашем мире, Винтер Айсенович, минимален. Разве что у вас тут родственники есть.
Знала, что потом себя прокляну, но сказала:
— Есть у него родственники. Я его жена.
Теперь глаза на лоб лезли у Альберта Даниловича.
— Докажете? – посмотрел он на меня сверху вниз.
— Винтер? – Чуть обернулась к замершему парню, который, кажется, не верил своим ушам.
Он коснулся моего запястья, и на наших руках проявились те самые ледяные татуировки, которые так шокировали меня позавчера.
— И правда жена. – Альберт Данилович почесал кончик носа. – Что ж, это упрощает дело. Тогда приезжайте десятого, непременно вдвоем. Захватите свой паспорт, Алена Владимировна, да и другу вашему тоже понадобятся документы, но с ними мы поможем, раз уж у вас.. брак. Быстро вы, что тут скажешь. А мы пока сделаем запрос на Арею, проверим, так сказать, обстоятельства перехода, и батюшке вашему штраф выпишем, чтобы сыновьями не швырялся в немагические пространства. И главное – меньше магии, она у нас запрещена. А законы строгие, уж поверьте на слово. Вот десятого мы вас с ними и ознакомим. Обоих. Теперь разрешите откланяться. Счастливого нового года. – И трое блюстителей магического правопорядка погрузились в свой джип и уехали.
Мы с Винтером так и остались на пустынной ночной дороге.
— А как же штамп в паспорте? – покосился он на меня.
— Не до паспорта, – махнула рукой. – Ты как? Голова болит?
— Немного.
— Все, поехали домой.