Страница 42 из 69
Глава 33
До самого дома мы шли молча. Игорь не задавал вопросов, не пытался вытянуть
подробности – наоборот, говорил о чем-то незначительном: о погоде, о новой кофейне
неподалеку. Пытался отвлечь меня и делал вид что ничего не произошло особенного. За
что я была ему очень благодарна.
Я слушала вполуха, в голове все еще звучали угрозы Лилианы. Меня душили гнев и стыд,
и не знаю какое чувство было сильнее.
Ильинский помог занести коляску, придержал дверь, потом поднялся со мной на этаж.
Спокойный, уверенный – я была ему невероятно благодарна за поддержку! У меня все еще
дрожали пальцы.
– Спасибо тебе огромное, – поворачиваюсь к Игорю. – За поддержку. Ну и вообще, за
все.
– Не за что, – ответил он. – Просто оказался в нужное время в нужном месте.
Он улыбнулся, и эта улыбка, спокойная, прямая, помогла мне снова почувствовать опору
под ногами.
– Я хотя бы должна угостить тебя чаем, – улыбаюсь через силу. – Проходи пожалуйста.
– В другой раз, – Игорь отказывается мягко. – Ты устала. Отдохни.
Наклонившись, целует меня в щеку, по-дружески.
– Береги себя, ладно?
Киваю, не находя слов.
Аккуратно укладываю сына в кроватку. Переодеваюсь.
Мне становится легче. Я полюбила эту маленькую квартирку так же, как наш дом до
этого. Здесь уютно, привычно. Но внутри все еще вибрирует, где-то под кожей остается
тревога, память о криках, о взглядах, о той жгучей фразе:
«Его вообще не должно быть!»
Машинально провожу рукой по лицу, словно могу стереть это воспоминание. Иду на кухню,
там возится Оля. Печет сливовый пирог.
– Крис, вы вернулись с прогулки? У нас гости? Я, кажется, слышала голос Игоря, – руки
подруги в тесте, щека в муке. Такая домашняя, родная. Мне сразу становится легче.
– Да, Игорь нас проводил, – киваю. – Мы случайно встретились.
– Все в порядке? – Оля прищуривается, вглядываясь в меня. – Ты бледная… Почему Игорь
не остался на чай? Ты же предложила ему?
– Конечно предложила. Сказал, в другой раз. Не захотел мешать.
Оля подходит ближе, заглядывает мне в лицо.
– Что-то случилось, да? Что опять не так, Крис? Ты очень расстроена, я же вижу!
Я на секунду замираю. Мне хочется выговориться, скинуть весь этот груз. Но слова
застряли где-то в горле.
– Все хорошо, – сказала я тихо. – Просто немного устала.
– Ясно, тогда иди полежи. Малыш спит?
– Да. Ты права, и я подремлю немного.
Иду обратно в комнату, прикрываю дверь. Опускаюсь на край кровати и просто сижу,
глядя в одну точку.
Внутри все еще звучит голос Лилианы, и чем дальше, тем глуше, но вместе с тем
тяжелее, он оседает на сердце.
Я понимаю, что это глупо и неправильно, но на следующий день у меня просто нет сил
пойти в тот же парк. Я выбираю совершенно другие маршруты и оглядываюсь. Как же
бесит, что этой противной Лилиане удалось поселить страх в моем сердце! Все отлично
понимаю, но ничего поделать не могу. Все время оглядываюсь. Прогулка выходит
нервной. Поэтому, когда звонит Юсупов, разговариваю с ним неохотно и очень коротко.
Пусть думает про меня что хочет! Наверное, следует прямо сказать, что его невеста
меня достала. Но не могу затронуть эту тему. Жаловаться для меня равно расписаться в
собственной беспомощности. А я поклялась себе, что буду сильной и самостоятельной.
Возвращаюсь домой, занимаюсь домашними делами. Оля возвращается из офиса в семь
вечера, очень возбужденная.
– Слушай, Крис, я тебе сейчас такое расскажу, – буквально влетает в прихожую, не
успев даже снять сапоги. Щеки у нее горят, глаза сияют, волосы растрепаны – видно,
что бежала.
– Крис! Ты не представляешь! – выдыхает она, хватая воздух. – Все сдвинулось!
Я стою в дверях, прижимая Тимура к груди, и моргаю – не успеваю уловить смысл.
– Что сдвинулось?
– Все! Наше дело! История с Версаевым! Наша фирма! – Оля сбрасывает сумку на стул,
размахивает руками. – Амир помогает. Представляешь? По-настоящему. Я думала, он
просто обещал, а он действительно взялся! Нашел юристов, тех, кто знает, как
вытянуть нас из этого болота. Появилась надежда, Крис… Настоящая.
Она говорит быстро, очень сумбурно, будто боится, что радость ускользнет, если
сделать паузу.
– Вересаев, какой же он гад все-таки! Но его нашли! Теперь за все ответит. Амир его
дожмет.
Я слушаю, но звуки словно проходят мимо. Каждое слово – как через плотный туман.
Оля вдруг замирает, замечает, что я стою, почти не двигаясь, и в глазах у нее
появляется тревога.
– Крис… – ее голос становится мягче. – Что с тобой? Ты будто не здесь.
Я отворачиваюсь, осторожно кладу Тимура в кроватку. Он ворочается, тихо сопит во сне.
– Все нормально. Просто устала.
– Ты бы врала хоть чуть убедительнее, – вздыхает Оля и подходит ближе. – Что
случилось?
Я долго молчу. Но подруга не сдается. Полна решимости разговорить меня.
– Ты со вчерашнего дня сама не своя! Давай, рассказывай!
И я сдаюсь. Рассказываю про неприятную встречу.
– Та его противная бывшая? – Оля хмурится.
Я киваю.
– Она подошла ко мне на улице. Сказала, что беременна. Что я разрушила им жизнь. Что
меня ждет наказание. Много чего наговорила. Поэтому, меня совсем не радует помощь
Амира.
Оля выпрямляется. В ее глазах вспыхивает холодное, злое пламя.
– И правда, ну что за мужики пошли? Только подумаешь, что стоящий, всплывает
какая-нибудь гадость. Но почему мы должны верить этой Лилиане? Она типичная
интриганка. Думаешь, у нее есть хоть что-то настоящее, кроме истерик?
Я пожимаю плечами.
– Мне просто… противно. Как будто на меня вылили грязь.
Оля садится рядом, кладет ладонь поверх моей руки.
– Крис, послушай. Только не вздумай снова все держать в себе. Поговори с Юсуповым
прямо. Может она беременна, может нет. А у вас ребенок. Он готовит документы, чтобы
признать его официально.
Она немного улыбается, но глаза остаются серьезными.
– Когда он говорит о тебе… Невозможно допустить, что это фальшь. Он тебя любит
по-настоящему.
– Я не уверена, что хочу знать об этом, – шепчу. – Слишком много плохого было. Его
мать меня не выносит…
– Да плевать на нее, Крис! Просто живи. Не планируй, не защищайся, не убегай. Будь
собой. Делай что душа просит.