Страница 46 из 69
Первая (и самая популярная) связывает слово «красная» с красотой. К середине весны уже пригревает солнышко, горки освобождаются от снега и покрываются первой молодой травой — становятся красивыми. В древние времена на горку выходили встречать весеннее солнце или устраивали на них капища, посвященные солнечному божеству.
По другой версии, девушки в это время вступали в пору зрелости. В старину считалось, что они наполняются особой женской силой, которая символически проявляется в виде месячных. Согласно словарю Даля, слово «краска» ассоциируется в том числе и с женским «очищением», что придает празднику дополнительный символический смысл
[351]
[Даль В. И. Толковый словарь живого великорусского языка. М.: РИПОЛ классик, 2006.]
.
Красную горку можно рассматривать как время, когда земля готова к зачатию, и этот период издревле считался временем свадеб. Повсеместно творилось некое женское таинство, ошибочно принимаемое за простое развлечение, — девушки водили карагоды (хороводы).
Обряд «гоньба утушки» в рязанском селе Ерахтур описал филолог-славист Е. Ф. Будде (1859–1929).
Песня. Лубок, 1892 г.
Staatliche Museen zu Berlin / Museum Europäischer Kulturen (по лицензии CC BY-SA 4.0)
«По улицам села торжественно, чинно и важно идут шеренгами, взявшись за руки, молодые бабы и девки; на ходу они играют протяжные песни и проходят по селу из конца в конец, возвращаясь таким же образом назад. Все они одеты в праздничных костюмах, в сарафанах самых ярких цветов, с бусами и лентами на шеях; на головах, большею частью, платки — “шали”, кое у кого — повойники (у баб). Торжественность этой процессии настолько бросается в глаза, что никак нельзя подумать, что это делается для забавы: это какой-то священный обряд, при совершении которого участвующие люди крайне сосредоточенны, поют очень стройно, без взвизгиваний, мерным кадансом и проходят даже с опущенными глазами»
[352]
[Тульцева Л. А. Рязанский месяцеслов: круглый год праздников, обрядов, обычаев и поверий рязанских крестьян. Рязань: Ряз. обл. науч. — метод. центр нар. творчества, 2001.]
.
В Тульской губернии девушки на Красную горку вставали на рассвете в круг и брались за руки. Одна из девушек выходила в центр и, как только солнце показывалось над горизонтом, начинала произносить заклятие.
«Здравствуй, красное солнышко! Празднуй, ясное ведрышко! Из-за гор-горы выкатайся, на светел мир воздивуйся, по траве-мураве, по цветикам по лазоревым, подснежникам лучами-очами пробегай, сердце девичье лаской согревай, добрым молодцам в душу загляни, дух из души вынь, в ключ живой воды закинь. От этого ключа ключи в руках у красной девицы, зорьки-заряницы. Зоренька-ясынька гуляла, ключи потеряла. Я, девушка (имярек), путем-дорожкой прошла, золот ключ нашла. Кого хочу — того люблю, кого сама знаю — тому и душу замыкаю. Замыкаю я им, тем золотым ключом, добраго молодца (имярек) на многие годы, на долгая весны, на веки веченские заклятьем тайным нерушимым. Аминь!»
[353]
[Коринфский А. А. Народная Русь. М., 1901. URL.: https://ru.wikisource.org/wiki/Народная_Русь_%28Коринфский%29/Радоница_ — _Красная_Горка.]
В Калужской губернии девушки «грели весну»: помогали ей поскорее прийти на землю. Рано утром делали соломенное чучело, устанавливали его на горке на длинном шесте, а вечером сжигали под песни и пляски
[354]
[Шангина И. И. Русские праздники. СПб.: Азбука, 2015.]
. В Рязанской губернии во время разлива воды (на Красную горку) молодые бабы выходили на высокий яр и пели в сторону реки:
Авте! Авте!
Вода полая разливается!
Авте! Авте!
Отец с Машей набивается!
[355]
[Грушин Е. Ф. Этнографические очерки. Шилово, 2005.]
Также в Рязанской губернии девушки лепили из глины фигурки двуногих быков, втыкали в них гусиные перья, поджигали, бросали в Оку и пели:
Алга! Алга!
На горе-горе
Трава шелковая!
[356]
[Гаврилов-Чайка А. Н. Мещерский Месяцеслов. Этнологические очерки. Шилово, 2021.]
Бабы «в поре» совершали на рассвете кормление реки: выходили на обрыв, опускали в воду хлеб (иногда кашу) и заговаривали:
Мердино, тахтаро кельдямо,
Кельдямо урина заряна…
Уиха, уиха, цаката куриха…
Кар, кар — куренята пад!
Урбус, урбус — урянус…
[357]
[Гаврилов А.Н.Пережитки женских культов в Шиловском районе Рязанской области/Этнография и фольклор Рязанского края. Материалы Российской научной конференции к 100-летию со дня рождения Н. И. Лебедевой (1-е Лебедевские чтения). 6–8 декабря 1994 г. — 1995.]
Жительница Тульской губернии в традиционном костюме. 1842 г. Иллюстрация Ф. Г. Солнцева из книги «Одежды Русского государства».
The New York Public Library
На Красную горку принято общаться с предками. В конце XIX в. в городе Спасск-Рязанском девушки и женщины надевали траурные платья и шли на кладбище к родителям, там причитали и вспоминали, как жили покойные, а по возвращении в город переодевались в праздничное и отправлялись водить хороводы
[358]
[Сахаров И. П. Сказания русского народа. СПб.: А. С. Суворин, 1885. URL.: https://djvu.online/file/MZBcThdVTaWTJ?ysclid=mk3ystyyhw484306209.]
.
День жен-мироносиц
Третье воскресенье после Пасхи в православной традиции посвящено женщинам, которые первыми пришли к гробу Иисуса Христа после его воскресения, — женам-мироносицам. Русские крестьяне считали этот день именинами всех женщин и часто называли Бабьей неделей, которая также имеет множество местных названий.
На День жен-мироносиц в храмы приходили женщины всех возрастов. Каждая после обедни христосовалась со священником и дарила ему яйцо
[359]
[Максимов С. В. Нечистая, неведомая и крестная сила. М.: Манн, Иванов и Фербер, 2024.]
, на чем христианская часть праздника заканчивалась. Замужние отправлялись на берег озера или реки или в отдельную избу, и каждая несла с собой что-нибудь на стол (называлось «ссыпки»): пироги, сметану, сыр, творог, яйца для яичницы, крупу для каши, напитки. Вход мужчинам, старухам, девушкам был запрещен, а молодух допускали по специальному приглашению. Перед началом застолья на божницу ставили миску с кашей — подношение Божьей Матери и женам-мироносицам
[360]
[Шангина И. И. Русские праздники. СПб.: Азбука, 2015.]
.
В некоторых местах на «бабий праздник» совершали кумление (от слова «кум»). В Орловской губернии «с утра бабы и девки забираются в ближний лесок, или даже хотя бы на такое место, где завязались кусты ракиток, с обрядовыми приношениями в руках, карманах или за пазухой — парой сырых яиц и парой печеных и крашеных»
[361]