Страница 58 из 92
Колян демонстративно задрал видеокамеры кверху, правда, при этом в его брюхе что-то отчетливо загудело. Через полминуты он молча протянул Шерстяному емкость, напоминающую распиленную надвое гильзу от тридцатимиллиметровой автоматической пушки.
— Вот спасибо, дружище, – с чувством произнес мутант, опрокидывая в себя содержимое емкости с характерным запахом.
— По ходу, бутылка все-таки вчера была не одна, – вполголоса пробормотал про себя Ион. – Только вторую мы так и не увидели.. Ладно, пора в путь-дорогу. Кремль не ждет.
— Вы это.. езжайте без меня, – неожиданно проговорил Артем, глядя в пламя костра.
— Не понял? – удивленно воззрился на него Ион. Даже молчавшая со вчерашнего вечера подруга Снайпера подняла голову.
— Данила ночью очнулся и рассказал мне кое-что, – пояснил Артем. И, видя, что его объяснение товарищей не устраивает, добавил: – Мне тоже обратно в «Олимпийский» надо. Поквитаться кое с кем. А потом я отца искать пойду. Я ж за этим в Зону и пришел.
— Вон оно как, – протянул Шерстяной. – Ну, если такое дело, то реально надо идти. Патронов дадим, харчей тоже, но немного. Сам видишь, у нас два робота-проглота, да еще танк надо чем-то заправлять – он тоже плотоядный, когда не на шамирите.
— Да ладно, не надо ничего, – сказал Артем. – У меня к автомату два магазина, «стечкин» с десятком патронов, нож. Куда больше? И консервы есть..
— Ты этого жлоба слушай больше, – рыкнул Ион, метнув на Шерстяного испепеляющий взгляд. – Коль уж решил уходить, снарягой обеспечим по полной. Ты ж наш боевой товарищ теперь, иначе нельзя..
..Что такое сутки в жизни человека? Обычно ничего примечательного. День пролетел за повседневными заботами – и не заметил, ночью рухнул на лежанку – и все. А завтра новый день, зачастую похожий на предыдущий как две капли воды. Иногда кажется, что жизнь – это одни большие сутки, состоящие из маленьких кусочков, почти неотличимых друг от друга.
Но иногда случаются такие двадцать четыре часа, о которых будешь помнить всю жизнь и не забудешь никогда, даже если очень захочешь. Артем точно знал – прошлый день останется в его памяти навечно, как и практически бессонная ночь в чреве боевого робота, пахнущего нагретой за день броней и кровью, засохшей на бинтах Данилы.
Дружинник то приходил в себя и даже отвечал на вопросы, то метался в бреду, роняя с потрескавшихся губ непонятные фразы: «Это матка руконогов. Мы ее детей постреляли, и она решила отомстить.. Настя, ты куда, назад!.. Мы – не нео, мы – люди, которым жить осталось чуть больше тридцати часов. Так что нам терять нечего.. Быстрее, Фыф, гони к Кремлю, они пошли на штурм!..»
Артем лежал ночью и думал о том, сколько же успел пережить этот парень за свою недолгую жизнь. А ведь он ненамного старше него, Артема. Вполне возможно, что они – ровесники. Только дружинник всю жизнь воевал, защищая свой Кремль, а он, Артем, только ел, пил, тренировался да на стене Крепости торчал, отгоняя из стреломета слишком уж наглых мутантов и множа прошедшие одинаковые сутки своей жизни.
Только вчерашний день был иным – ярким, насыщенным, наполненным болью, кровью, страхом.. и настоящей, искренней радостью. Когда перешел границу Зоны. Когда осознал, что жив и вновь может ходить. Когда Японец нож подарил. Когда удалось сбежать из «Олимпийского».. Всего и не перечислишь. А самое главное – радость от того, что друзей настоящих нашел, за которых без вопросов можно и в огонь, и в воду и которые тебя тоже в любой беде не оставят. Это ж и есть самое важное – осознание того, что в этой жизни есть еще такие вот люди, пусть даже один из них мертвец ходячий, а второй вообще робот. Но для Артема все они – люди. Надежные, верные.. Настоящие.
Правда, сейчас нужно было уйти. Потому что два его личных дела – это только его личные дела, которые он должен сделать сам. К тому же сейчас у него было снаряжение, о котором он раньше и мечтать не смел, а значит, его шансы на удачу возросли многократно..
Никто его не отговаривал, никто не давал советов. Взрослому воину не нужно ни то ни другое. Артем уходил, а его друзья молча смотрели ему вслед. А вот это воину очень нужно, просто необходимо – знать, что у него есть друзья, которые думают о нем и от души, искренне желают удачи.
— А парнишка-то молоток, – уважительно кивнул Шерстяной, когда Артем скрылся в развалинах. – Такой точно своего добьется.
— Будем надеяться, что у него все получится, – отозвался Ион. – Кстати, Данила снова отрубился, похоже, не все у него хорошо, как бы хуже не стало. Так что давайте-ка загружаться в танк и быстрее двигаем в Кремль.
* * *
Проторенной дорогой идти всегда проще. «Аконкагуа 5А» и «Т-2222» протоптали широкую тропу в руинах мертвого города. При этом, конечно, именно гигантский робот сделал львиную долю работы, снося целые полуразрушенные здания многотонным корпусом и вырывая с корнем вековые деревья-мутанты своими манипуляторами.
Артем обошел огромное поле возле Излучателя, поросшее гигантским вьюном, и направился обратно к «Олимпийскому». Правда, прежде чем углубиться в развалины, не удержался и обернулся.
При свете тусклого солнца сияние шпиля на вершине гостиницы «Ленинградской» уже не казалось настолько ярким, как ночью, но все-таки поражало воображение. Блистающий клинок на фоне свинцовых туч и щупальца гигантских растений, тянущиеся к нему от самой земли. Нереальная, феерическая картина. Такое не забывается..
Дорога оказалась легкой. Ночной грохот, производимый двумя боевыми машинами, помноженный на шум обваливающихся зданий, распугал всю живность в округе. Понятное дело, на всякий случай Артем держал большой палец на переводчике огня автомата – в случае чего два движения, и любая тварь, решившая поживиться свежим мясом, получит в брюхо вместо завтрака порцию раскаленного свинца.
Но вокруг было на редкость тихо, и парень невольно ускорил шаг. Какой смысл красться, когда в пределах видимости все равно нет ничего живого?..
И тут же был наказан за самонадеянность.
Слева тянулась стена разрушенного здания, похожая на обломок горелого пирога, поставленный торчком. Черные прямоугольники слепых окон, поросшие мхом, напоминали пустые глазницы окаменевшего чудовища Аргуса из старой книжки, которую когда-то давно, в детстве читал Артему дед Пахом.
И вот в одной из этих глазниц парень сумел разглядеть крохотную черную точку, обрамленную светлым ободком. Так выглядит дульный срез ненового огнестрельного оружия, которое заботливый хозяин тщательно чистит после каждой стрельбы.